Докладчик многозначительно поднял указательный палец вверх:
– Разницу чуете, коллеги? Или, вы разницу не чуете?! Ну, а что творилось в декабре того же года – с «реальными» перманентными дивизиями маршала Шапошникова, вы только себе можете представить…
Картина «маслом» была нарисована так явственно, что Наркому обороны осталось только развести руками:
– Понятно! Если всё оставить, как оно есть – то моим «перманентным» дивизиям, в час «Х» придётся «рвать» оборону немцев голыми руками. Даже, ту «дохленькую» оборону – что те успеют и сумеют соорудить в мёрзлой земле!
Триандафиллов согласился:
– Тогда, понятна общая неудача советского «зимнего» наступления под Москвой: прорывать оборону немцев было попросту НЕЧЕМ!!!
По уже сложившейся традиции, разгорелся нешуточный срач: авиационщики, предлагали свои решения – способствующие и, без «152-мм гаубиц» сломить оборону врага, танкисты – свои…
* * *
Наконец, утихло и, Мирзаханов смог продолжить:
– Я предлагаю, не мудрствуя особенно то лукаво, идти тем путём – каким мы собственно то и, шли… Пока у нас, то ли «в зобу дыханье спёрло» – от собственных успехов первых пятилеток, то ли – «шлея, чья-то, под хвост попала»… То есть – путём модернизации доставшегося нам «наследия проклятого прошлого» – материальной части старой императорской артиллерии, то есть. В курсе, да?
– Да, думаю – все мы «в курсе», – согласно кивнул Ворошилов, – что в конце двадцатых – начале тридцатых, были модернизированы некоторые образцы орудий…
– Я предлагаю, не «модернизацию некоторых образцов»… Вернее – «не столько». Я предлагаю выполнить программу артиллерийского перевооружения армии, «Комиссии при Арткоме» от 1905 года, которую не смогла завершить Империя! Естественно, несколько оптимизировав её и проведя некую модернизацию «образцов орудий».
Ворошилов, явно заинтересовался:
– Вот, с этого места – можно поподробней, коллега!
– Всегда пожалуйста! Начнём с полковой артиллерии… То ушлёпище, массой почти в тонну – которую мы знаем как «76-мм полковая пушка образца 1927 года» (точно не знаю – уже приняли её на вооружение или только собираются), мы пускаем на переплавку в более полезную вещь, а на вооружение полка принимаем «3-дюймовую короткую пушку образца 1913 года».
![]()
Рисунок 109. 3-дюймовая короткая пушка обр. 1913 г.
Удовольствовавшись произведённым, скажем прямо – неоднозначным эффектом, докладчик продолжил.
– В чём здесь фишка, коллеги? «Зачем лучшее, когда есть просто хорошее»?! По сути, это – лёгкая гаубица, весящая в боевом положении шестьсот с небольшим килограмм, лупящая на 7 кэмэ и, с «подкопанной» станиной, могущая вести навесной огонь по противнику с приличной скорострельностью.
Нашёлся среди знатоков артиллерии скептик:
– «Что в лоб, что по лбу», коллега: получится тот же «бобик», даже с темп же весом – если с резиновыми шинами.
Докладчик не согласился с ним, приведя пару весомых аргументов насчёт веса:
– Несколько лет на освоение и доводку «бобика» не уйдёт – вот, что «получится», коллега! Естественно, совершив некоторый лёгкий апгрейд – по возможности облегчим её за счёт уменьшения дальности стрельбы, упростим технологию изготовления и введём переменный заряд в боеприпас. А «резиновые» колёса нам не понадобятся – мы изначально смотрим реалистично на уровень механизации армии к 41-му году.
– Короткий ствол – против танков бесполезен, – был отмечен ещё один недостаток, – а ведь полковое орудие находится на самом переднем краю – где очень велика вероятность танковой атаки.
– Это, характерно для всех «бобиков» – даже, для германского «Le IG-18»! Немцы выкрутились, применяя кумулятивный снаряд и нам никто не мешает это сделать…
– Мешает слабость советской химии, коллега!
Мирзаханову, только осталось развести руками:
– Ну а здесь, я ничем помочь не в силах!
Среди попаданцев не было ни одного химика, тем не менее, некоторое время шёл разговор про способы и методы пораньше начать производство гексогена в СССР… Сошлись, что проще не париться и купить лицензию в Германии. Или украсть – если будущие фашисты не продадут.
Наконец, докладчик смог продолжить:
– Далее, друзья и коллеги… Стрелковому полку, неплохо было бы придать и, что-нибудь потяжелее трёх дюймов. Конечно, на язык напрашивается 120-миллиметровый миномёт – но памятуя успехи, в кавычках, наших жовто-блакыдных «небратьев» с их «Молотом»…, – докладчик, горестно-снисходительно покачал головой, – я бы, поостерегся! Взамен, пока не доведём до ума миномётные технологии, я предлагаю вооружить полковую артиллерией старым, но ещё не забытым «ништяком»: бомбомётом, стреляющим – хоть и на небольшое расстояние, зато – солидным боеприпасом! Надкалиберной бомбой. Просто, сказочно дёшево и достаточно сердито!
![]()
Рисунок 110. 89 мм бомбомёт Ижорского завода.
– Ближе же к началу войны, для кадровых мотострелковых и танковых полков, мы с вами примем на вооружение нечто более современное – приспособленное для мехтяги. Кроме уже упомянутого полкового 120-ти миллиметрового полкового миномёта, я предлагаю разработать пушку-полковушку увеличенного до 87 миллиметров калибра.
![]()
Рисунок 111. Возможно, так будет выглядеть альтернативное полковое 87 мм орудие.
Закончив с полковой артиллерией, ответив на пару интересных широкой публике вопросов и, с ходу, отметя пару труднореализуемых предложений, Мирзоханов плавно перешёл к следующей теме:
– Для дивизионной артиллерии, оставляем и модернизируем следующие образцы: «3-х дюймовая (76-мм) пушка образца 1902 года» и «6-ти дюймовая (152-мм) полевая гаубица образца 1909 года». Думаю, про эти системы все достаточно хорошо знают и, лишний раз напоминать я вам про них не буду… Коллеги-военные могут меня поправить: в артиллерийском полку стрелковой дивизии будет 24–32 первых и 12–16 вторых…
– Позвольте! А где 122-миллиметровая гаубица? – был вопрос одного из коллег.
Мирзаханов искренне удивился:
– А, зачем она? Если есть «шесть дюймов»? Опять же – производственникам и снабженцам легче будет, если уберём «лишний» калибр…
Спрашивающий, задумался и согласился:
– Как, «зачем»…? А, действительно – зачем?!
Ворошилов спросил, несколько обеспокоенно:
– А не тяжела ли «шесть дюймов» для дивизии, коллега? «Лошадки» то, потянут?!
– Ведь, тянули же в «реале»! Эта система изначально была заточена под гужевую тягу – так ведь, мы же ещё и, «модернизацию» проведём!
У Молотова возник организационно-экономический вопрос:
– Нет, а серьёзно: куда 122-миллиметрвые гаубицы, коллега Мирзаханов, предлагаете деть и, боезапас к ним? В переплавку, что ли – при нашей то бедности?!
Тот, только хмыкнул:
– Не думаю, чтоб после Первой мировой и Гражданской, осталось достаточно этих систем в хорошем состоянии – чтоб, дотянули до Второй мировой! Их, например можно «раскидать» по малозначащим округам, передать в учебные части… Продать братьям по классу – в Китай, в конце-концов!
Молотов, продолжал проявлять хозяйственно-государственный подход к делу:
– А, налаженное производство, оснастку, инструмент? В мартен, что ли предлагаете закинуть, коллега?! Не рационально рассуждаете.
– Да, хоть бы и «в мартен»! Постойте-ка…
Тут, он ненадолго завис и выдал подумав:
– Хотя думаю, можно максимально облегчить эту систему, укоротить ствол, уменьшить навеску пороха и… Возможно, получится отличная полковая мортира – вместо бомбомёта!
– Опять же, для подвижных частей и соединений – перешедших с лошадки на «мотор», где-то поближе к войне мы с вами примем новые системы. Я предлагаю на лафете «реальной» 122-ти миллиметровой гаубицы «М-30», создать альтернативную 107-ти миллиметровую пушку-гаубицу и 152-ти мортиру. Хотя, можно вместо последней – 160-ти миллиметровый миномёт! Ненамного хуже, зато дешевле…
Рисунок 109. 3-дюймовая короткая пушка обр. 1913 г.
Рисунок 110. 89 мм бомбомёт Ижорского завода.
Рисунок 111. Возможно, так будет выглядеть альтернативное полковое 87 мм орудие.
