Вернулся Маккивер, и Эдгар посмотрел на него:
— Я похоронил Лайнела на старом кладбище. Не семейный склеп, но выбора у меня не было. Эти ублюдки сжигали погибших на заднем дворе особняка.
Гаррет сдержано кивнул, а ликан продолжил:
— Скажешь об этом принцессе. Она имеет право проститься с отцом.
— Сам скажешь, когда вернемся, — Маккивер протянул руку, и Эдгар ответил рукопожатием.
— Поторопитесь, они близко, — с этими словами он быстро пошел к воротам.
— Ты готова? Я нашел место, о котором говорил Моргот.
* * *
В глубине сада находился декоративный пруд с беседкой, увитой плющом и скрытой под раскидистым дубом. Дерево — отдельная достопримечательность. Огромный исполин с ветвистой кроной.
«Мы черпаем свою силу от природы — она является одним из прямых источников, как и все, в чем живет энергия. Даже человек может стать источником. Его можно опустошить разом, или же постепенно, и наблюдать, как жизнь покидает сосуд, превращая его в иссохшую мумию. Когда-то для этого держали рабов».
Мари вспомнила ухмылку Мариуса, когда он проводил для нее краткий урок, не скупясь на подробности.
«Сила из прямого источника велика, она отличается от той, что витает в эфире. Она не постоянна, и порой ее недостаточно. Так что люди все равно страдают. Чем больше силы будет забрано из эфира, тем хуже они будут себя чувствовать. Энергия покинет их, чтобы восполнить прорехи, созданные нашими заклятиями.
Сплетенные из этой энергии заклятия самые мощные. Но никому из нас не хочется жить в пустыне, и потому мы почти не используем этот источник. И все же эфир восполняет белые пятна и за счет природы. За долгое время обитания на одном месте, как здесь, в кантоне, все вокруг постепенно становится невзрачным и серым. Люди списывают это на плохую экологию, глобальное потепление».
Дуб был необъятным.
— Даже жаль, — Гаррет тоже любовался деревом.
— Что с ним будет?
— Заклятие, что дал тебе Моргот, слишком сильное. Источник будет полностью опустошен.
Мари достала из кармана рюкзака артефакт. Янтарный инклюз[12] с пузырьком воздуха внутри, не больше голубиного яйца, приятно холодил ладонь. Гладкий полупрозрачный камень со спиралями мутных разводов. Хорошенько присмотревшись, можно было разглядеть, как в пузырьке воздуха пульсирует энергия.
«В нем уже содержится сила. Тебе ничего не придется делать. Как только камень окажется в земле у корней дерева, заклятие оживет. Главное — не касайтесь марева».
Мари неуверенно замерла, зажав в кулаке камень, и посмотрела на Гаррета.
— Что не так?
— Но ведь Мариус сказал, что если это использовать, то ты не сможешь услышать Кэт. Магия скроет нас.
Скрестив руки на груди, Гаррет выглядел невозмутимым, но она уже научилась видеть сквозь эту маску. Сосредоточенный взгляд, сведенные брови. За внешним спокойствием скрывались сомнения.
— До рассвета осталась всего пара часов. Думаю, хватит, чтобы сбить заклинателей со следа. Будем надеяться, что ничего серьезного не произойдет.
Помедлив, она опустилась у подножия дерева на колени и погрузила пальцы в рыхлую почву. Влажная после дождя она неприятно липла к рукам. Мари положила инклюз в ямку, засыпала сверху землей и поднялась. Ей не верилось, что все может быть настолько просто. Ничего не происходило. Мари повернулась к Гаррету.
— Так и должно быть?
— Мариус связал камень с этим местом и с землей, вложив силу заранее. Нам просто осталось запустить программу нажатием кнопки. Смотри.
Мари проследила за его взглядом и замерла, приоткрыв рот. Из земли поднималось нечто напоминающее туман. Он бурлил, как пар над кипящим котлом, и оседал, расползаясь в разные стороны.
— Осторожно, — Гаррет потянул ее назад, когда мгла заклубилась у самых ног. — Не стоит его касаться.
Они наблюдали за тем, как дымка поднимается вверх, цепляется за листву и постепенно растворяется. Наконец Маккивер произнес:
— Холодает. Пошли в дом.
* * *
На первом этаже коттеджа находились кухня, столовая, гостиная и просторный холл. Узкая винтовая лестница вела на второй этаж.
— Я останусь здесь, а ты выбери себе комнату наверху, — он бросил ключи от машины на небольшую резную тумбу.
Марилли кивнула. Осматриваясь, Гаррет прошел вглубь дома, на ходу расстегивая рубашку. Она проводила его взглядом и направилась к лестнице. Поднимаясь по ступенькам, Мари едва переставляла ноги, и все чего ей хотелось — это снять мокрую одежду и принять теплый душ.
Она открыла самую первую дверь и оказалась в темной комнате. Щелкнув выключателем, Мари огляделась. Спальня оказалась небольшой и уютной. Кровать с маленькими подушками. Несколько картин с непримечательными пейзажами. Небольшой диван в нише под окном. Косо срезанные углы потолка над ним придавали этой части комнаты вид сказочного теремка.
Кинув на кровать рюкзак, она достала чистую футболку и джинсы. На дне мелькнуло острое лезвие атаме, и Марилли завороженно прикоснулась к изогнутой рукояти. Мариус отдал ей семейную реликвию, бесценный и уникальный клинок. Катерине не нравилась идея о соединении кинжалов, и она попросила Мари как можно реже использовать атаме.
Она оставила клинок на покрывале и, захватив вещи, направилась в душ. Мари включила воду и посмотрела на свое отражение в зеркале. Спутанные волосы, темные круги под глазами и бледная кожа. Она тяжело вздохнула, стянула с себя одежду и встала под теплые струи. Журчание воды успокоило. Оно унесло мрачные мысли, смыло усталость. Марилли с удовольствием подставила лицо под горячий поток, совершенно позабыв о времени. Было так хорошо и спокойно.
После она долго сидела на кровати, распутывая и расчесывая волосы. Стоило немного поспать, но она знала, что как только закроет глаза, станет еще хуже. Оставаться одной взаперти было также невмоготу.
Мари спустилась вниз и с интересом осматривала их временное убежище. За порядком в доме следили. Об этом говорил почти полный холодильник еды, свежие цветы и отсутствие пыли. Она взяла из вазы яблоко, задумчиво покрутила в руках и вернула на место. Есть не хотелось. В горле стоял ком после всего пережитого.
Гаррета она нашла в гостиной. Просторная комната выходила окнами в сад. Пол был устлан тканым ковром с изысканным орнаментом и длинным мягким ворсом, что ступив на него, Мари почувствовала себя так, будто парит на облаке. Бежевые стены с золотыми узорами сочетались с обивкой резных кресел, цветом ковра и мебели. Дорогие ткани, мореный дуб, темный орех. В приоткрытое окно тянуло прохладой. Пахло дождем. Звуки ночи разливались незримыми нитями: шепот ветра струился между листвой.
