Бросив свою добычу, парень со всех ног помчался к сестре:
— Эйша! Эйша! Стой!
Но девочка не слышала его. Любопытство и желание погладить дельфинов стали настолько сильны, что она села на корточки у самого края и протянула к ним руку. Млекопитающие, польщенные вниманием маленького человека, начали крутиться в воде, периодически выпрыгивая и красуясь. Один из них оторвался от стаи и подплыл к самому берегу, выставив наружу свой любопытный нос.
Размахивая руками и крича, чтобы отпугнуть дельфинов, Майкл что было сил несся к сестре. Млекопитающие, видя приближающуюся опасность, на всякий случай отплыли подальше от берега. Мальчик выбежал на косу. И когда до Эйши осталось совсем немного, она обернулась. Ее нога соскользнула с мокрого камня, девочка вскрикнула и упала в воду. Парень видел, как волны сомкнулись над ее головой. Не раздумывая, со всего разбегу, он прыгнул за ней.
Под водой Майкл открыл глаза и несколько раз развернулся вокруг своей оси в поисках сестры. Осыпавшийся с косы песок замутнил воду, усложнив и без того нелегкую задачу. Парень вынырнул, набрал побольше воздуха в легкие и нырнул снова. Попытки найти хотя бы след Эйши не привели к успеху. Тем временем воздух начал заканчиваться, еще немного, и надо подниматься на поверхность, но без своей сестры он этого сделать не может. Тогда в последней отчаянной попытке мальчик ушел еще глубже под воду. Кровь начала бешено пульсировать в висках, перед глазами поплыли круги, уже в полуобморочном состоянии Майкл увидел приближающуюся тень. Из глубины океана к нему плыл дельфин. Почти обессиленными руками он ухватился за плавник, и вместе они стали подниматься. Уже у самой поверхности млекопитающее, подтолкнув мальчика носом, выкинуло его на косу.
Выбравшись на берег, Майкл огляделся. В нескольких футах от него скользила по воде стая дельфинов. На спине одного из них в бессознательном состоянии лежала Эйша. Они подплыли ближе к берегу, и Майкл аккуратно переложил сестру на песок. Мальчик повернул ее голову набок, положил ладони на грудь, чуть выше солнечного сплетения, и несколько раз надавил. Тело девочки скрутил спазм, она закашлялась, выплевывая соленую морскую воду.
— Слава Богу! Ты жива!
Сестра посмотрела на него слегка замутненным взглядом и улыбнулась.
— Как ты себя чувствуешь?
— Рука немного болит, — проговорила она дрожащими губами.
Он бегло осмотрел Эйшу. На предплечье виднелся свежий, кровоточащий порез. Только сейчас мальчик заметил, что вокруг них камни и вода были окрашены в розовый от крови цвет.
— Наверное, ты ударилась о камни, когда падала. Рана глубокая и неприятная, но не смертельная. Ты у меня сильная, справишься.
— Прости, что я доставила тебе столько хлопот.
— Не говори глупости, главное, что все закончилось хорошо. — Майкл встал и, повернувшись к дельфинам, громко сказал: — Спасибо, друзья! Вы уже второй раз спасаете нам жизнь!
В ответ млекопитающие что-то просвистели и ушли в океан, оставив детей в обнимку сидеть на тонкой полоске песка.
Глава 33. Запах крови
В старой бамбуковой хижине на берегу Кораллового моря на дырявой циновке сидел на коленях колдун. Он не спеша разматывал окровавленную повязку, слой за слоем снимая ее со своего тела.
Вот уже больше месяца он зализывал раны. Несмотря на все его мастерство и тайные знания в вопросах медицины, ему пришлось несладко. Левый бок был сильно изуродован. Сломанные ребра и сорванная с мясом кожа были сущей ерундой по сравнению с извлечением просмоленной деревянной щепы, застрявшей между обломками костей. Даже чудодейственная мазь, приготовленная по рецепту древних, не могла до конца обезболить и залечить эту рану. Чудо, что он вообще остался жив, другой на его месте давно ушел бы к праотцам.
Анару взял лежащую рядом кривую палку, которая на протяжении многих недель служила ему костылем, посмотрел на нее. Потом резким движением откинул в угол хижины. Надо пробовать самому. Колдун аккуратно наклонился влево, затем вправо. Бок слегка тянуло, но это было не критично. Поднявшись с колен, он поднял руки вверх, нагнулся вперед, потом положил ладони на поясницу и отклонился назад. Вот и настал тот день, когда мучениям пришел конец. Он снова может нормально двигаться и даже относительно бодр. Удовлетворенный своими ощущениями, он побрел к морю.
Зайдя в воду по пояс, он зачерпнул ее горстью и плеснул себе в лицо. Соленая прохлада океана обдала иссушенную кожу приятной волной, отзываясь в каждой клетке изуродованного шрамами тела. Теперь надо подумать о цели и вновь вернуться к поискам артефакта.
Развернувшись, он направился к сложенному на берегу костру, но, не дойдя до него нескольких шагов, встал как вкопанный. Ноздри широко раздулись, уловив еле различимый запах. Анару неспешно покрутил головой, пытаясь угадать направление, откуда его принесло. Потом понюхал руки. Практически бегом он вернулся к морю и, упав на колени, наклонил голову к воде, жадно втянув воздух ноздрями. Прислушиваясь к своим ощущениям, он тихо проговорил:
— Неа ка.
Облизав мокрую от соленой морской воды руку, он прикрыл единственный глаз. Тут же в голове возникли образы.
Мыс, песок, камни, кровь, маленькая светловолосая девочка с рассеченной рукой сидит в обнимку с молодым парнем, на ее запястье затянут браслет с переливающимся яркими красками узором.
Едва он увидел браслет, в голове Анару будто ударила молния. Он скорчился от боли и открыл глаз:
— Ки оха зонани?!
В ярости колдун ударил по водной глади ладонью и пошел к костру.
Уже спустя полчаса он пристально всматривался в разгорающееся пламя. Бросив в него щепотку серо-зеленого порошка, он еле слышно начал читать заклинания. Окончив ритуал, он провел рукой над костром и повелительным тоном задал интересующий его вопрос:
— Ге махери Посейдонус?!
Пламя расступилось, показывая нужную колдуну картину.
Тот же парень, что недавно в видениях Анару обнимал его врага на песчаной косе, теперь шел по джунглям. В
