исчезли, запахло перегретым металлом и ещё чем-то горелым.
Захаров, заместитель начальника имперской службы безопасности, уже распорядился перекрыть все выходы. Он оказался рядом, когда я убрал руки от холодного металла бомбы, и ошарашенно посмотрел на неё.
— Она не взорвётся… — пробормотал Захаров, уставившись на потухший таймер. — Как вы это сделали?
— У меня проявилась одна из способностей, — ответил я. — Да, бомба уже не активна.
Один из высоких мужчин, находящихся неподалёку, распорядился по рации, чтобы вывели из здания императора с семьёй. Затем маги заблокировали выходы, не давая покинуть здание всем остальным. Сейчас будут искать исполнителей.
— Твою-то мать… — выдохнул Захаров, когда его сотрудники аккуратно вскрыли корпус бомбы. — Это же громовые кристаллы!
— Верно. Если бы рвануло — от нас даже костей бы не осталось! — ответил подошедший высокий седой мужчина и представился: — Начальник имперской службы безопасности Иванов Глеб Сергеевич. Пройдёмте, пообщаемся.
Чуть позже мы зашли в отдельную комнату, сели за стол, и я ответил на серию вопросов. Иванов не отводил от меня взгляда, но я и не собирался ничего скрывать. Тем более Крыс заметил у него во внутреннем кармане камень правды.
— Поймали трёх злодеев, — зашёл к нам Захаров. — Пытались улизнуть через чёрный ход. Двух агентов задержали на Арбате, питомцы их засекли. Кстати, уже выбили имя заказчика.
— Кто? — сухо спросил Иванов.
— Болконский, — выдохнул Захаров. — Князь залёг на дно, но один чёрт знает, где он конкретно спрятался.
— Не называйте его князем, — зарычал Иванов. — Этот подонок уже давно лишён титула… Дмитрий Анатольевич, подключите всех наших профи. Пусть землю зубами роют, но отыщут гада. И обязательно живым.
— Так и сделаем, Глеб Сергеевич, — убедительно кивнул Захаров и вышел, по пути начиная с кем-то громко переговариваться по рации.
— Спасибо вам за спасение, — Иванов протянул руку. — Императору уже доложили о вашем подвиге. Вас ждёт вознаграждение.
— Я просто не мог поступить иначе, — кивнул я, обмениваясь с начальником имперской службы безопасности рукопожатиями.
Покинув здание, я увидел Юлю и Аркадия. Они ждали меня через дорогу от здания и замахали руками, как только я вышел.
— Такая суматоха. Я даже не поняла, что случилось, — сказал растерянная Юля, когда я подошёл к ним. — Меня допросили и сказали, что ты нашёл и обезвредил бомбу. Это правда?
— Истинная, — кивнул и вкратце рассказал о том, что случилось.
Юля испуганно охнула. Аркадий застыл, ошарашенно посматривая на меня. Они только сейчас поняли, какой страшной участи избежали.
Мы ещё немного поговорили и разошлись. Я проводил Юлю до машины, где её ждал отец. Старик Воронцов сухо кивнул на прощание, задерживая на мне заинтересованный взгляд, и отвернулся. Прежней необоснованной ненависти ко мне граф точно не испытывал. И это уже было неплохо.
Возле здания начали собираться аристократы, которых уже успели допросить и отпустили. Кто-то ждал приезда такси, кто-то хотел узнать подробности, кто-то просто беседовал со знакомым. Я же двинулся пешком домой. Мне нужно было обдумать случившееся. На свежем воздухе и думается лучше.
Вспомнил слова Захарова о задержанных агентах, и учёл тот факт, что исполнитель заказа Болконский. Понятно, откуда ноги растут. Смерть императора выгодна бритам, которые спят и видят революцию на территории Российской Империи, а также толпы людей, штурмующих имперский дворец. К тому же Болконский через свои связи узнал, что я тоже буду на этом вечере.
Князь, который уже не князь, а озлобленная крыса, забившаяся в свою нору, всё-таки был советником императора. Скорее всего, изначально и добивался этого, чтобы потом передавать секретные данные на Запад. И надо учитывать, что до сих пор у Болконского есть некоторые связи с различными высокопоставленными и более мелкими чинами. Которых тоже скоро зачистят.
Так, в раздумьях, я не заметил, как дошёл до поместья. Отец и Славик уже спали, поэтому были не в курсе того, что произошло.
Когда переоделся и спустился в гостиную, принимая от Тихона чай с бутербродами.
Расположившись на диване, включил новостной канал.
— … я видел, как он застыл перед бомбой, а затем что-то вспыхнуло… — сообщал круглолицый аристократ.
— Кто это был? Имперский маг? — спросил у него усатый репортёр.
— Точно не из службы безопасности, — замотал головой круглолицый мужчина. — Не разглядел лицо, притом охрана оцепила периметр…
Я щёлкнул на другой канал.
— … именно в этом здании было совершено покушение на императора, — показывал в сторону знакомой громады с колоннами очередной репортёр. — Судя по информации, которая поступила к нам недавно — сила заряда была таковой, что весь квартал оказался бы разрушен, а на этом месте оказалась огромная воронка от взрыва.
Я выключил телевизор и в тишине попил чаю. Затем прогулялся к питомнику.
«Шеф, я честное слово растерян», — пробормотал Крыс. — «Ты меня опередил».
«Я понял, что ты не успеешь», — ответил я.
«Но как ты это сделал⁈» — воскликнул Крыс, появляясь передо мной в воздухе. — «Я ведь не отстану, пока не расскажешь».
«Ты всё видел», — улыбнулся я.
«Помогла та же энергия. Я увидел её! Которая спасла тебя во время нападения Аракчеева», — напомнил Крыс.
«Именно так», — улыбнулся я
Да, та же зелёная энергия, тот же купол, которым я в этот раз изолировал взрыватель. И у меня назрел вопрос к Зелиону. Он существует и в этом мире. Я чувствую его силу. Но как его вызвать на разговор?
«Уже скоро…» — прошелестел в голове чей-то голос.
— Ты что-то сказал Крыс? — спросил я вслух у астрального питомца.
— А? — отозвался астральный питомец, который материализовался в воздухе.
Я не мог ему не напомнить, что он уже совсем не призрак. Щёлкнул по носу.
— Оу! — вскрикнул Крыс, переворачиваясь в воздухе. — Это было неприятно! Так я что?.. Я что, материален, да⁈ Мама дорогая!
— Потише, а то на звук мои родственники прибегут, — напомнил я. — Ты не должен им показываться.
— Это не твои родственники, — сморщился Крыс.
— Уже мои, — улыбнулся я. — Я Черкасов. Как и ты — драконо-крыс.
— Опять разговоры о драконах, — запищал Крыс. — Я уже говорил тебе, да?..
— Всё, не мешай мне. Потом поговорим, — перебил я его. — Пора кормить питомцев.
— Я напомню, — пробурчал Крыс и растворился в воздухе.
