опыт потомков и устраивать на месте отделение каторги, так что — вот уж насмешка судьбы — и в этой истории канал копали в основном зэки.
Плюс в этом же году было закончено несколько больших железнодорожных мостов через Днепр, Волгу и Южный Буг и другие реки, так что можно сказать, что год вышел действительно знаменательный. А ведь уже на финишную прямую вышла постройка Волго-Дона…
Глава 14
Стоящее в зените солнце отражалось от воды многочисленными зайчиками, которые, казалось, намеренно пытаются угодить в глаза собравшимся на возведенных у обрыва трибунах гостям. В воздухе кружили чайки, оглашая округу бесконечным противным кваканием, как бы намекая, что местная фауна совсем не в восторге от подобных мероприятий. Впрочем, скорее всего, им было наплевать, к скоплению людей и кораблей они уж точно были привычные.
На губах чувствовался призрачный привкус морской соли, вокруг на ветру трепыхались государственные флаги и императорские штандарты, где-то вдалеке оркестр играл что-то веселое, создавая соответствующий звуковой фон, в воздухе ощущалась тревожная атмосфера праздника.
— А все-таки не зря на весну решили торжества перенести. В начале зимы тут было бы совсем не так приятно, — ко мне подошел и встал рядом Александр. Остальные, видимо, задумчиво глядящего на голубую ленту воды внизу императора тревожить не решились.
— Хорошо… — Протянул я, думая о другом. — Все же Царьград — мое место силы. Не Питер, не Москва, даже не Николаев. Даже своим именем — Царь-град — он как бы намекает. Именно освобождение этого города стало кульминацией моего правления. Все, что я делал до того, было подготовкой, все что я делал после — следствием. И теперь я чувствую, как заряжаюсь силой от местных камней.
— Почему тогда было не перенести столицу сюда, на берег Босфора? — После короткой паузы переспросил цесаревич. Не часто я вот так изливал ему душу, и он как будто боялся спугнуть момент.
— Это было бы политически не правильно, — я едва обозначил пожатие плечами, — все должны понимать, кто главнее — греки или русские, второй Рим или третий. Символы важны.
— Да уж… — Никак не комментируя мои мысли протянул наследник. — Время, папа. Дымы уже во всю поднимаются над горизонтом. Пора принимать поздравления.
Обратно в Россию мы вернулись в конце августа. К этому времени тут без нас уже во всю шла подготовка к празднованию 30-летия моего правления в качестве императора. Хоть формально Александр отрекся в конце ноября, — а до этого были еще пять лет регентства — само празднование сдвинули на середину апреля, которая в погодном плане тут на берегах Босфора чудо как хороша. Не холодно и не жарко уже, да и дожди бывают крайне редко, так что ничего не могло испортить собравшимся в Царьграде гостям торжество.
Конечно, 30 лет — это далеко не такая уникальная дата. До 60-и лет королевы Виктории, боюсь, я не дотяну, впрочем, не факт, что и английская королева тут столько протянет, жизнь у нее в этом варианте событий куда как более нервная. Не будем показывать пальцем, благодаря кому.
По тридцать лет правили в эти времена многие монархи, хотя именно в России императоры традиционно долголетием похвастаться не могли. Последний раз у нас на троне сумел столько продержаться только Петр Великий. Он царем отработал аж 43 года, хоть опять же, ради справедливости, не все это время правил сам. С другой стороны, его Мономашьей шапкой в 10 лет увенчали, стартовые позиции все же не совсем равны.
Так или иначе на празднество в Царьград собралось весьма и весьма представительное общество. Полтора десятка монархов из восточной и центральной Европы лично и с семьями. Представители правящих домов большинства хоть сколько-нибудь значащих государств, с которыми Россия имела какие-то связи.
Из Европы не был представлен только королевский дом Испании, с которой у нас до сих пор были весьма прохладные отношения. Ну и американцы, занятые другими делами у себя дома, отделались присутствием посланников без прибытия каких-то других официальных лиц. Тут, впрочем, не удивительно: Северная Америка во всю полыхала гражданской войной, заставляя всех соседей находиться в известном напряжении, держать порох сухим и быть готовыми к разным возможным развитиям событий.
Был наследник Египетского шаха, представитель Персидского дома, какой-то родственник императора Эфиопии, вассалы из среднеазиатских государств, посланники из союзных Монголии и Восточного Туркестана.
Конечно же, только прошлом году полноценно занявший завоеванный отцом армянский трон князь Николай Васильевич Бебутов. Наследник Сиамского королевства, где на сотрудничество с Россией возлагали очень большие надежды в плане сохранения независимости: с одной стороны, британцы, с другой французы давили их нещадно, и только русские корабли, стоящие в порту Бангкока, не давали случиться окончательному разделу. Ну или мы хотели, чтобы сиамцы так думали, в моей истории, помнится, их так до конца и не сожрали, может и тут бы обошлось.
Прибыл даже великий визирь султана — фактически глава правительства — Абдул-Межида. Забавно, но в некотором смысле война, разрушившая Османскую империю, пошла Турции и самим туркам на пользу. За прошедшие двадцать лет они сумели — в том числе и благодаря русским инвестициям, для нас эта страна была весьма лакомым рынком сбыта — сделать серьезный рывок вперед. Случившаяся катастрофа стала поводом для султана провести крайне жесткие чистки, взять крутой курс на вестернизацию, отказ от мусульманства как государствообразующего стержня. Была проведена реформа армии — с резким ее сокращением под гарантии России, что и нам было тоже выгодно, — сделан упор на образование, строились железные дороги, тянулся телеграф, начала появляться какая-никакая промышленность. В общем, тот случай, когда какой-нибудь условный мастеровой из Анкары скорее выиграл от всего произошедшего, чем проиграл. Ну и отношения между Николаевым и Коньей оставались ровными, местами даже не плохими, насколько это вообще было возможно.
Всего гостей набралось несколько сотен. Империя нынче котировалась высоко, и выказать уважение императору лично было не зазорно буквально никому.
— Ладно, — я сбросил оцепенение и отлип от ограждения. — Давай начинать, а то действительно наши уже плывут.
Центральным событием празднования 30-летия моего правления стал военный парад. Днем ранее прошла его сухопутная часть, а сегодня все гости собрались на берегу Босфора, чтобы посмотреть на воплощенную в металле военно-морскую мощь империи.
Еще спустя минут двадцать голова неспешно ползущей со стороны Мраморного моря колонны кораблей приблизилась наконец к полуострову, на котором стоял старый султанский дворец Топкапы — тут, кстати, расположился в итоге
