инфраструктуры, пару раз янки — видимо от отчаяния, иначе это просто объяснить нельзя — пытались высадить десанты, что в итоге приводило только к большим потерям. Короче говоря, шла нормальная такая война, на любое действие противник тут же пытался найти противодействие.
Что касается опять же наших бывших крейсеров, то «Вирджиния» и «Алабама» получились настолько удачными кораблями, что уже осенью 1857 года к нам обратились из Вашингтона с просьбой продать им хотя бы пару аналогичных кораблей. Тут мы им и выкатили претензию, мол вы и за прошлую пару еще не рассчитались, и то, что крейсера достались конфедератам, ничего не значит. Заключали мы соглашение с администрацией в Вашингтоне, передали корабли офицерам союза, подписи в актах приема-передачи стоят честь по чести, а значит, и платить должна администрация в Вашингтоне. А кто там что захватил, разбирайтесь между собой. Или может господин посол желает, чтобы Николаев официально признал КША, оправил дипломатическую миссию в Ричмонд и начал переговоры о погашении долга с президентом Деви? Ах не хочет, тогда платите сами.
В общем Вашингтон долг — там небезосновательно подозревали нас в грязной игре, хоть доказательств этого никаких и не имели — признавать не желал, а тема с покупкой у нас новых крейсеров так и канула в итоге в Лету.
Впрочем, мы были не в накладе, «Виджиния» и «Алабама» показали себя настолько удачными в плане даже самой концепции кораблями, что на имперское кораблестроение тут же обрушился целый водопад новых заказов. Пару килей сторговали пруссакам, которые потихоньку осваивались в формате новой морской державы. Серию 2+2 — два вымпела должны были быть построены на русских верфях и еще два при нашей технической поддержке в Веракрусе — подписали мексиканцы. Для наших европейских союзников — греков, шведов и сербов — океанские крейсера были как бы не нужны, да и дороги слишком, поэтому им мы напарили по паре броненосцев береговой обороны. Греки же в итоге через пару лет заказали еще пару килей, поскольку проблема защиты своего очень длинного побережья у них стояла весьма остро.
Да что там говорить, если по одному кораблю выкупили у нас французы с англичанами. Понятное дело их в первую очередь интересовали технологии, но пусть. Пока они будут разбираться и копировать, мы успеем уйти еще дальше, а сам факт подобной сделки был лучшей рекламой русскому кораблестроению. Так что в итоге два «подаренных» конфедератам крейсера — я предпочитал смотреть на это как на инвестицию, ведь пока шла гражданская война в Америке наши транспортные компании во всю захватывали рынки атлантических перевозок, те 24% атлантической торговли которые до описываемых событий держали за собой американцы вернуть им будет крайне сложно — окупились многократно.
Вторым знаковым событием стало восстание против призыва в Нью-Йорке. Про это событие я помнил — спасибо кинематографу — из прошлой жизни, и естественно подготовился к нему заранее. Как уже упоминалось ранее, Нью-Йорк в эти времена был редкостной помойкой, что не удивительно для главных морских ворот севера страны, и криминогенная обстановка тут действительно была… Сложной. Так что собрать достаточно приличной численности банду, хорошо ее натренировать и вооружить, а в момент обострения ситуации бросить на штурм административных зданий оказалось совсем не сложно. И даже не слишком дорого.
К этому моменту войск на Манхеттене не было вообще, и кроме полиции защищать город оказалось некому. Но что могут полицейские вооруженные барабанниками и дубинками против хорошо организованного отряда со скорострельными винтовками и даже парой — операция по доставке артиллерии на Манхэттен заслуживает отдельного шпионского романа — пушек. Да ничего практически.
Добавить к этому несколько десятков профессиональных агитаторов, подготовленных специально для разъяснения правильной позиции местных, а также вал собственных проблем горожан, которые с началом войны только обострились.
Немалая часть живущих здесь горожан были недавними эмигрантами, и идти на фронт чтобы умирать за чьи-то непонятные им интересы желания не имели вовсе. Особенно это относилось к ирландцам, которые совсем не для того уезжали с Зеленого острова чтобы попасть на войну в Америке. Очень быстро простой и понятный лозунг неучастия Нью-Йоркцев в гражданской войне захватил умы городской бедноты, после чего в городе окончательно воцарилась анархия.
Понятное дело, цели захватить лежащий глубоко в тылу северян город у нас не было. Это просто было невозможно. Хорошо, может захватить и можно было, но удержать за собой хоть сколько-то продолжительный период времени — точно нет. Но за те две недели, пока город был в руках восставших — президенту Коффину натурально пришлось отдавать приказ о снятии двух полков с фронта и направлении их в Нью-Йорк для подавления мятежа — урон будущему мегаполису был нанесен просто огромный. Были разграблены все банки, магазины, склады и просто богатые дома, часть города просто выгорела и выгорел бы Нью-Йорк вообще весь если бы не вовремя начавшиеся дожди. Из захваченных армейских арсеналов оружие раздавали буквально всем желающим, что взвинтило накал насилия на небывалую до того высоту. Количество убитых горожан исчислялось тысячами, полиция, пожарная служба, медики и чиновники были вырезаны чуть ли не подчистую специально сформированными для этого командами.
Обычные горожане не желавшие принимать участи в кровавой вакханалии начали разбегаться с Манхеттена подобно тараканам, переправляясь на континент на любом удобном плавательном средстве включая самодельные плоты. По ним зачастую стреляли с обоих берегов не разбираясь, плывет это обычный обыватель или очередной бандит, пытающийся вывезти награбленное. Часть из них утонула в холодной ноябрьской воде, причем точные число оставшихся на дне Ист-Ривер людей установить в итоге оказалось просто невозможно.
Пришедшим от Потомака полкам понадобилась поддержка флота — корабли под конец уже не стесняясь палили по застройке из всех орудий — и четыре дня времени чтобы установить контроль над всем островом. Но и усмирение Нью-Йорка принесло Вашингтонской администрации мало радости. Город понес жуткие потери, и о возможном наборе отсюда рекрутов в дальнейшем фактически не могло идти и речи. Более того реакция Нью-Йоркцев изрядно напугала политиканов в Вашингтоне которые очень быстро стали поднимать вопрос о запрете дальнейшего расширения призыва. Планы по набору еще ста тысяч солдат в новом 1858 году фактически пришлось отложить в долгий ящик.
Все эти события привели к тому, что, когда армия конфедератов в начале 1858 года вновь перешла в наступление на Вашингтон, удержать их порыв командующему Потомакской армией северян генералу Гранту не удалось. Генерал Джексон сумел обвести противника вокруг пальца и переправился через Потомак выше по течению, после чего в кровавом трехдневном сражении у
