вполне хватит[204].
Вы просто запомните, что наша мысль может их призвать, и что они сразу бросаются нам на помощь. Мы оказываемся частью их «задания».
Мы находим также, и из других источников, указание, какая форма будет нормальной для наших умерших, и это очень похоже на данный здесь образ «светящейся кометы»: он вполне соответствует «светящимся шарам», о которых мы недавно говорили. Итак, мы видим здесь еще одно подтверждение того, что умершие или ангелы являются в форме «кометы» или «звезды». И все это доказывает, заметим мимоходом, что волхвы вполне себе могли и на самом деле существовать, и что их рассказ вполне может соответствовать тому, что они на самом деле видели.
Однако большую часть времени наши дорогие ушедшие действуют не так заметно, ненавязчиво, даже не прибегая к помощи медиума, просо смешивая свои мысли с нашими. Вот вам очень простой пример. Речь идет о родителях-итальянцах, которых я лично знал и не раз встречал на разных конференциях в Италии. У них было двое сыновей: Энцо, архитектор, и Леонардо, музыкант, игравший на классической гитаре. Оба перешли в мир иной, друг за другом. Родители стали с ними общаться, хотя и не искали этого, с помощью медиума, сохранившего анонимность: его всегда упоминали, как некоего «Л». Через несколько лет после смерти сыновей, когда родители вернулись однажды после очередной отлучки из Рима домой, они вдруг обнаружили, что квартиру ограбили. Вот тогда-то Энцо при помощи медиума «Л» и отправил им это сообщение:
«Родные мои, мне не удалось предотвратить подобную неприятность, мысль моя не смогла проникнуть в сатанинские умы тех, кто причинил вам зло. Я присутствовал при краже, но ничего не мог поделать, поскольку такие души непроницаемы для дуновений добра. Единственное, что я мог сделать, внушить им, чтобы они ограничились лишь теми вещами, что лежат на виду. Потом я помогал вам, стараясь, чтобы вы не слишком сильно расстроились, и придавая вам сил, чтобы вы, узнав о случившемся, сумели перенести первое потрясение. Мужайтесь мои дорогие, доверьте эту неприятность Богу»[205].
Жан Винтер, которого я вам уже цитировал, продолжал и из мира иного наблюдать за своими пациентами; он рассказывает своей матери, как у него это получается: «Я стараюсь внушить земным врачам все то, что сам увидел, изучил, понял с тех пор, как покинул собственное тело… Конечно, мы пытаемся проникнуть в мысли лишь к тем, кто готов нас туда впустить… им кажется, что они сами придумывают все то, что мы им навеваем. Но, конечно, со словом такое невозможно, ты и сама знаешь. Их мысль схватывает ту идею, которую мы им посылаем, они работают над ней, и она становится их собственной»[206]. То есть, речь тут идет о слиянии мыслей, как бывает слияние рек.
Жерар де Дампьерр, общаясь с матерью из мира иного, объяснил ей, до какой степени они с ней объединены своими мыслями, которые превращаются в одну общую мысль: «Раз и навсегда, дорогая мамочка, то, что в ваших мыслях, становится „моим“. И если вы о том или другом подумаете что-то, то вполне вероятно, что внушил вам это „что-то“ ваш непутевый сынок»[207].
А вот еще одно свидетельство, тоже дошедшее до нас из мира иного, от Алена, а он ведь не был утонченным интеллектуалом. Он работал лифтером в одном парижском отеле. Это был ребенок, рано начавший работать в сфере обслуживания, у него не было возможности учиться, он не получил никакого религиозного воспитания, но его искренность тем более примечательна, что он вовсе не стремится подпитать собственные теории, а просто пытается изложить то, что наблюдает. И отлично излагает! Его сообщения получал Поль Мисраки, известный композитор, получал в виде своеобразных «телепетических сообщений», как он сам это называет. Мы бы тут скорее говорили об автоматическом письме. Поясним сразу, что в своем рассказе об этом духовном приключении Поль Мисраки описывает это так, будто все произошло не с ним самим, а с его другом. Когда он уже и сам стал старше и феномены эти стали лучше известны, он мне признавался: теперь вы уже можете рассказать, что это я сам вступал в общение с миром иным и получал оттуда сообщения. Итак, вот тот отрывок, что нас интересует:
«Человек создан таким, что все его подсознание — или то, что принято называть этим словом — погружено в мысль других людей, и мы (в мире ином) принимаем его так, как он принимает нас. Тут нет автономии, все взаимосвязано, с „центрами“, т. е. разными Я, погруженными в море духа, как в жидкость, если хотите… Как перемешиваются иногда нити, что тянутся из разных клубков шерсти, разных цветов… Вам (живущим), не различающим этим „цвета“, почти невозможно отделить эти нити одни от других; но для нас (развоплощенных) это проще, поскольку мы видим цвета и знаем все, что зависит от нас»[208].
Итак, среди наших мыслей бывают те, что приходят к нам извне, и мы даже сами не можем определить, какие именно! Все это, в действительности, что-то вроде телепатии между нашим миром и миром иным. И вы конечно, уже начали догадываться, до какой степени такое общение между мирами может оказаться плодотворным. Порой речь идет о настоящей духовной помощи. Этот мальчик-лифтер в итоге взял в свои руки этапы духовной жизни Поля Мисраки. На вопросы Мисраки о мире ином Ален сначала пытался отвечать, то лучше, то хуже, а потом заметил в заключение: «Но все это ни к чему не ведет, это развлечение: если бы то же время потратить на благоговение, это было бы гораздо полезнее, поверь мне». И Ален не одинок с такой миссией. Вся группа из мира иного вторит ему, дополняет его слова, иногда замещает его:
«Голос: Посмотри, как сложно тебе по-настоящему молиться. Ты не можешь сосредоточиться. Нужно учиться концентрировать на чем-то ум. Молись, как мы тебе уже говорили сотню раз. Пользуйся случаем. Проси Бога войти в тебя.
Мисраки: Как вы входите в меня?
Ален: Может быть, и так. Но это не то же самое, конечно, хотя процесс похожий. Тебе нужно лишь быть готовым (как ты это делаешь с нами), но думать при этом о Боге, а не о нас.
Мисраки: Или о святых?
Ален: А почему не о Боге?
Мисраки: Потому что Он слишком велик для меня. Я не понимаю Его.
Ален: И не нужно понимать Его так, как ты понимаешь нас или Ангелов. Бог
