быть, никак не долетали до соседей. В углу главного зала даже в этот ранний час музыкант тихо наигрывал на лютне. Его пальцы скользили по струнам с особой нежностью.
Пока я отвлеклась на собственное любопытство, управляющий постучал в дверь особым ритмом, учтиво открыл ее передо мной и бесшумно исчез, оставив меня одну с бешено колотящимся сердцем.
Войдя в небольшое уютное помещение, я мгновенно оказалась в крепких объятиях Дэя. От его одежды исходил знакомый аромат трав, что горечью оседал на языке.
– Семь минут, – прошептал Дэйривз, прижимая меня к себе так, что ребра заныли от давления. Его пальцы впились в мою талию сквозь ткань платья, а горячее дыхание обожгло шею. – Ты опоздала на семь минут.
– Я долго выбирала платье. – Запрокинув голову назад, я встретила его потемневший взгляд.
Еще немного, и наши губы обязательно сошлись бы в поцелуе. Ярком, сладком, головокружительном, долгожданном…
Но за спиной Дэя неожиданно вежливо прокашлялись.
Я отпрянула от дракона в тот же миг. Испугавшись, растерялась и мгновенно устыдилась. Рядом с массивным столом из черного дерева, уставленным бумагами и чернильными приборами, стоял пожилой мужчина. Его строгий камзол из темно-синего бархата с серебряной вышивкой выдавал в нем высокопоставленного юриста, а острый взгляд серых глаз – человека, привыкшего видеть больше, чем остальные.
Нестерпимый жар занял мои щеки, но Дэйривз не устыдился ни на миг. Напротив, он не дал мне отойти от себя даже на шаг. Все так же обнимал, но теперь мы вдвоем стояли, повернувшись к неучтенному свидетелю.
– Месье Леруа, – представляя юриста, Дэй не отпускал мою руку. В попытке успокоить меня, он мягко проводил большим пальцем по внутренней стороне моего запястья. – Поверенный нашей семьи вот уже сорок лет.
Передо мной совершили безупречный поклон.
– Леди Харфурд, мое почтение, – его голос звучал как скрип пера по бумаге. – Приятно наконец встретиться с вами лично. Его Светлейшество столько рассказывал…
– Месье Леруа, – предостерегающе произнес Дэй.
– …о вашем маркизате, конечно, – невозмутимо закончил старик.
Но в уголках его глаз собрались морщинки. Ему не удалось скрыть легкую усмешку. Однако эта слабость длилась всего миг. Едва меня пригласили за стол, передо мной разложили уже полностью подготовленные документы с проставленными на них магическими печатями. Мне оставалось только изучить их и подписать.
– Мы внесли небольшие изменения в условия, – предупредил меня юрист.
Дэй недовольно поджал губы. Кажется, сообщать об этом он мне не собирался.
– Небольшие? – переспросила я, одновременно пробегая глазами по строчкам, но взгляд безошибочно зацепился за цифры. – Ваше Светлейшество, зачем вы увеличили оговоренную сумму втрое?! Маркизат…
– Полуразрушенная усадьба, заброшенные поля, – перечислил Дэй, под столом успокаивающе касаясь моей руки. – Это идеальное место для моих виноградников. Я верну себе каждую потраченную монету и, несомненно, получу внушительную прибыль.
Пока я пораженно открывала и закрывала рот, месье Леруа тактично откашлялся:
– Деньги уже переведены на ваш новый счет. На имя… – Он бросил быстрый взгляд на Дэя. – Аларии Волдерт, герцогини Трудо.
В уютном кабинете, что уже успел наполниться ароматами свежезаваренного чая, повисла густая, как утренний туман, тишина. Я смотрела только на Дэйривза и не находила слов, чтобы выразить свое отношение к происходящему.
– Это временная мера, – осторожно пояснил он, не отводя взгляда. – Чтобы Световолд не смог арестовать средства в банке.
– А потом? – мой голос дрогнул, опустившись до шепота.
– Потом ты сменишь титул. Свой ты сможешь передать кому-то из наших детей. Если захочешь.
– Захочу, – кивнула я и решительно оставила свою подпись на каждом листе.
Ловко собрав бумаги, месье Леруа совершил еще один безупречный поклон и тихо удалился. Мы на него не смотрели. Мы продолжали смотреть друг на друга.
Едва дверь за поверенным закрылась, руки Дэя снова обвили мою талию. Губы встретились, дыхание смешалось. И нет, этот поцелуй не был нежным или мягким. Но он был сладким, как тот самый золотой виноград, который использовали для декора даже этого кабинета. Он был пьянящим, как выдержанное вино, что изготавливали из самых разных сортов.
В Изумрудном кабинете изумрудными были только подушки.
Со стоном отчаяния оторвавшись от моих губ, Дэй прижался лбом к моему лбу. Его голос отчего-то охрип:
– Мне уже пора. К сожалению, через десять минут я должен присутствовать на лекции.
Я кивнула. Все понимала. Однако затуманенный разум мгновенно очистился, стоило мне вспомнить о том, почему я провела эту ночь в одиночестве.
– Ты узнал что-то новое? – спросила я, с надеждой взглянув на дракона.
По его лицу скользнула темная тень. Он явно не хотел делиться этой информацией, но я смотрела прямо и требовательно. В конце концов, происходящее напрямую касалось именно меня.
– Я знаю, зачем ты нужна королю. – Его пальцы неосознанно сжали мою руку чуть сильнее. – Но теперь это моя проблема.
– Дэй…
– Обещай мне одно. – Он прижал мою ладонь к своей груди, где под тонкой тканью черной рубашки билось горячее сердце. – Все танцы на балу сегодня – мои.
– Но это же…
– Обещай, – произнес он требовательно.
Я покорно кивнула. Пусть нас сегодня увидит все королевство. Я любила и была любима. И плевать хотела на репутацию и этикет.
Прежде чем карета отъехала от ресторации, Дэй успел сорвать с моих губ еще один поцелуй. Он практически украл его, ведь я выглянула в окошко, чтобы попрощаться с ним элегантным взмахом пальцев.
Элегантности не случилось. Зато была шкодливая улыбка на его губах и мои горящие щеки. Потому что в этот час улицы уже полнились случайными прохожими. Наш поцелуй видели, но думать я в этот момент могла только об одном.
О том, что ждала этого дня слишком долго.
Глава 11. Бал дебютанток
Я шла по королевскому парку одна, и каждое мое движение было наполнено странной, почти детской легкостью. Солнце, поднявшееся уже высоко, пробивалось сквозь листву столетних дубов, рассыпая по дорожкам золотые блики. Воздух был напоен ароматом свежескошенной травы, роз, цветущих в парадных клумбах, и чего-то сладковатого, едва уловимого.
Пальцы то и дело тянулись к припухшим губам. Они все еще горели от поцелуя Дэя, я ощущала его до сих пор, а еще вкус его обещаний. Всего через несколько часов этот кошмар наконец завершится. Всего один бал, и больше никто не скажет, что я принадлежу королю.
Никто не посмеет назвать меня его фавориткой.
Обогнув тенистую аллею, я вышла к знаменитому Лабиринту Королевы. Живая изгородь из темного самшита была подстрижена так искусно, что даже в полдень его коридоры тонули в полумраке.
Говорили, что когда-то предыдущий король лично похоронил там неверных
