превратили в берсерков. Они думали, что это сделает их армию непобедимой.
Но они забыли, что страх — это предохранитель. Убрав его, они превратили своих солдат в бомбу, у которой только и ждут, чтобы кто-то поднёс спичку.
— Ну что ж, — я глубоко вздохнул. — Сами напросились.
Я закрыл глаза. А когда открыл их, они уже не были человеческими. В них плескалась тьма, старше, чем этот мир. Я снял все барьеры. Убрал все щиты, которые маскировали моё присутствие. И выпустил наружу свою…
Ауру Прародителя.
Тяжёлое, удушающее, абсолютное накрыло всех тварей. Они почувствовали присутствие существа, которое стояло на вершине пищевой цепочки не потому, что было самым сильным, а потому, что оно создало эту цепочку.
Вожак, который был уже в пяти метрах от меня, внезапно споткнулся. Его лапы разъехались, и он упал на брюхо, скуля, как побитый щенок.
Остальные твари замерли. В их безумных мозгах, лишённых страха, что-то щёлкнуло. Предохранители сгорели. Они увидели перед собой не человека, а монстра, который мог разобрать их на атомы одним взглядом. И их безумие, лишённое вектора атаки, обратилось внутрь.
— Взять! — тихо сказал я.
Твари завизжали и начали кидаться друг на друга. Крупный штурмовик вцепился в горло своему соседу. Кислотные плевуны начали поливать слизью своих же собратьев. Теневые гончие рвали друг другу животы.
Началась кровавая баня, в которой монстры уничтожали сами себя, пытаясь выжить, лишь бы избавиться от того давления, что исходило от меня.
— Вперёд, — кивнул я хомякам. — Добивайте.
Мой спецназ рванул в бой. Им было легко. Твари даже не сопротивлялись, ведь они были слишком заняты тем, что сходили с ума от ужаса. Хомяки просто бегали между дерущимися гигантами и точечными ударами пробивали артерии.
Через пять минут зал оказался завален горами истерзанной плоти.
Я медленно погасил ауру, возвращая свои глаза в нормальное состояние. Голова слегка кружилась — такие фокусы в этом слабом теле давались нелегко.
Я перешагнул через оторванную лапу вожака и подошёл к истерзанной гермодвери.
— Вот что бывает, когда делаешь упор только на безумие, — назидательно произнёс я, обращаясь к выжившим хомякам, которые снова деловито вытирали оружие. — Контроль — это всё. Без контроля сила — ничто.
Я достал телефон. Связь пробивалась с трудом, но мне хватило одной «палочки», чтобы набрать Агнессу.
— Алло? Виктор? Ты жив? Что там⁈
— Привет. Тут всё в порядке…
— В порядке⁈ — она почти закричала. — Мои люди докладывали об аде! Там же гвардия была!
— Ну, была, — согласился я. — А теперь нет. Санитарная обработка проведена успешно. Можешь присылать своих техников, пусть вскрывают бункер. Там люди, наверное, уже заждались.
— Ты… ты сам справился? Один⁈
— Ну почему один? — я посмотрел на хомяка, который сидел на трупе монстра и ел прихваченный с собой крекер. — Со мной была моя команда. Мы тут… укольчики поставили. Знаешь… снотворное там, успокоительное… Животные просто переволновались, стресс, все дела… Ну, я их и успокоил… навсегда.
— Виктор… — выдохнула она.
— Слушай, Агнесса. У меня к тебе просьба. Давай без громких слов и медалей. Официальная версия: твоя доблестная гвардия провела блестящий штурм. Зачистила территорию, спасла персонал. Героизм, отвага, все дела… А я тут просто мимо проходил, консультантом подрабатывал. Договорились?
— Но почему? Ты же…
— Потому что мне не нужна слава истребителя монстров. Я скромный ветеринар. Мне ещё хомяков лечить. А если узнают, что я тут устроил… клиенты пугаться будут.
— Хорошо. Я сделаю, как ты просишь. Спасибо, Виктор.
— Сочтёмся, — я положил трубку. — Собираемся, банда, у нас ещё дома дел по горло.
Мне действительно было о чём подумать.
* * *
Завод «Синтез-М»
Индустриальный сектор Петербурга
Агнесса Новикова перешагнула через искорёженный кусок металлической обшивки. Её дорогие сапоги ступили в лужу маслянистой чёрной жижи — смеси машинного масла и крови химер.
— Госпожа, осторожнее, — Макар шёл впереди, освещая путь тактическим фонарём. — Перекрытия нестабильны.
Агнесса кивнула, но шага не сбавила. Ей нужно было видеть это своими глазами.
Они прошли через главный сборочный цех. Зрелище было как в фильмах про апокалипсис. Оборудование, стоящее миллионы, превратилось в груду лома. Конвейерные ленты разорваны, чаны с реагентами опрокинуты. Но это всё ерунда. Железо можно купить, стены отстроить. Главное было внизу.
У одного из уцелевших терминалов копошился парень в чумазом инженерном комбинезоне. Он отчаянно пытался что-то вытащить из дымящейся консоли. Увидев Агнессу, он вздрогнул и вытянулся по струнке.
— Ваше Сиятельство! Я… я пытаюсь спасти логи… записи…
— Вольно, — мягко сказала Агнесса, подойдя ближе к терминалу, от которого несло горелым пластиком. — Что-нибудь уцелело?
— Никак нет, — парень понурил голову, боясь смотреть ей в глаза. — Центральный сервер расплавлен. Внешние накопители… тоже. Пропали все наработки за последние полгода…
Он ждал крика, разноса, угрозы увольнения. Но вместо этого Агнесса положила руку ему на плечо.
— Железо мы заменим. Данные восстановим из резервных копий. Иди к медикам, выпей горячего чая.
Парень удивлённо посмотрел на неё, что-то пробормотал и, кивнув, поплёлся к выходу.
Они спустились к герметичным дверям бункера. Макар посветил на стальную плиту толщиной в полметра.
— Открывайте, — скомандовала Агнесса.
Техники, уже работавшие над замком, засуетились. Загудели гидравлические приводы. Тяжёлая дверь с протяжным стоном поползла в сторону. Из открывшегося проёма пахнуло спёртым воздухом и потом. А затем оттуда начали выходить люди — бледные, перепуганные, в грязных халатах, но живые.
Главный технолог, увидев Агнессу, чуть не разрыдался.
— Агнесса Павловна! Мы думали… мы думали, это конец! Они ломились в двери! Мы слышали, как они скреблись снаружи!
Он снял очки и вытер лицо дрожащей рукой.
Агнесса посмотрела на своих людей. Живы. Все ключевые специалисты, «мозги» корпорации, спасены. Если бы они погибли, роду Новиковых понадобилась бы уйма времени, чтобы оправиться от потери.
— Уводите их, — распорядилась она. — Там, наверху, медики, горячее питание и транспорт. Каждому — премию и неделю отпуска.
Когда персонал увели, Агнесса повернулась к Макару.
— Покажи мне их.
Начальник охраны молча кивнул и повёл её вглубь цеха, туда, где располагался главный распределительный узел. Именно сюда свалили трупы химер. Весь пол огромного зала был усеян трупами. Но это были не просто тела, убитые пулей или магическими техниками. Это натурально были куски мяса.
Огромные штурмовые химеры врага, покрытые костяной бронёй, оказались буквально разорваны на части. Кого-то разорвали пополам, кому-то оторвали голову вместе с позвоночником.
Агнесса подошла к стене. В бетоне остались глубокие борозды — следы от когтей. Четыре параллельные линии, уходящие вглубь на пять сантиметров.
— Госпожа, посмотрите сюда, — позвал один из гвардейцев.
Он стоял над трупом вожака стаи — гигантской твари, похожей на медведя.
