– Бог ты мой! – Джули не могла удержаться от смеха. – Видимо, она скучала.
– Видимо, она так скучала, что ей захотелось покончить с собой – Макс распахнул дверцу и отодвинулся, чтобы дать Джули сесть. Когда она проходила мимо, он заметил синяк у нее на виске и спросил уже мягче:
– Как ты себя чувствуешь?
– Лучше, чем выгляжу.
– А вот это уже из области фантастики, – сказал он и захлопнул дверцу.
Джули сидела, прижимая к себе Джозефину, сердце у нее прыгало, как ягненок на весеннем лугу. Макс обогнул машину и сел на водительское место. «Он – всего лишь эпизод, – строго напомнила она себе, любуясь разворотом его мускулистого торса и движением сильных рук. – Всего лишь краткий эпизод».
– Так о чем ты хотел со мной поговорить? – осведомилась она нарочито деловым тоном, пока он заводил машину.
Джозефина растянулась поперек ее колен и закрыла глазки. Джули начала машинально поглаживать кудрявую шерстку собачки.
– На улицах поговаривают, что это работал не местный. – Макс многозначительно остановил взгляд на ее украшенном багровым пятном виске. – А если и местный, здесь такого не знают. Не из обычных взломщиков или извращенцев.
Джули невольно напряглась и попыталась отогнать страшные воспоминания.
– Что это значит?
– Это может означать очень многое. Это кто-то, только что переехавший в город, чей modus operand! 2 еще не засечен радарами. Словом, это одна из причин, по которой я прошу у тебя разрешения обыскать твой дом.
Джули удивленно уставилась на него, даже не замечая, что они давно уже выехали со стоянки и движутся в общем потоке машин.
– Полиция уже это сделала, – проговорила она с трудом.
Ей было гораздо легче, когда она заставляла себя просто не думать о нападении, но сейчас в словах Макса прозвучало нечто такое, отчего у нее словно капля ледяной воды прокатилась по позвоночнику.
– Я знаю, – ответил Макс. Джули уже научилась распознавать этот безразличный тон, означавший, что он что-то от нее скрывает. – Но ты должна понять: у полиции много работы. Им приходится вести много расследований одновременно, а твой муж ясно дал понять, что именно это расследование ему хотелось бы свести к минимуму. Кстати, ты не знаешь, почему он так стремится замести дело о нападении на свою жену под ковер?
Джули с горечью рассмеялась, глубоко утопив пальцы в мягкой шерсти Джозефины.
– Ну, тут все элементарно. Этот район застроен фирмой Сида. Цены на недвижимость могут упасть, если люди начнут думать, что тут на женщин нападают среди ночи в их собственных домах. А Сида всегда очень волнуют цены на недвижимость.
– Цены на недвижимость действительно очень важны, – сухо заметил Макс.
– А я-то думала, ты занят поисками той, что получает удовольствие от виагры, – заметила она нарочито легкомысленным тоном.
Макс усмехнулся, оглянулся на нее, атмосфера в салоне «Блейзера» и впрямь разрядилась.
– Ну что я могу сказать? Я делаю свою работу на совесть. Обслуживаю по полной программе.
– К вашему сведению, мистер «Обслуживаю по полной программе», сегодня во второй половине дня Сид вылетает в Атланту. Его не будет три дня. И что вы собираетесь предпринять?
– Думаешь, я не знаю, что он улетает? Это вторая причина для разговора с тобой. Обычно я в таких случаях следую за объектом, потому что закосившие налево мужья, как правило, встречаются со своими подружками в деловых поездках. Но на этот раз, я думаю, мне лучше остаться здесь. Не хочется бросать тебя одну.
– Думаешь, этот парень вернется? – На этот раз целая ледяная река потекла у нее по спине. Джули поежилась.
Макс это заметил и отрицательно покачал головой:
– Не торопись. Я вовсе не считаю, что он непременно вернется. Но я думаю, что осторожность не помешает. Что бы ни случилось, я позабочусь, чтобы тебе ничто не угрожало, пока мы все окончательно не выясним. Верь мне.
Джули глубоко вздохнула:
– Я верю.
Макс улыбнулся ей нежной и соблазнительной до невозможности улыбкой.
– Вот это правильно!
«Блейзер» остановился, и только теперь Джули поняла, где они находятся: на краю лужайки, возле большого кирпичного дома Форестов, на другой стороне улицы и немного наискосок от ее собственного.
– Что ты делаешь?
– Я же сказал: хочу осмотреть дом. Сейчас самое удачное время. Никого из твоих соседей дома нет, а Сид собирается уезжать. Я хочу, чтобы ты пошла со мной, показала мне, что там и как. Хочу восстановить порядок событий в ночь на воскресенье. Ты как, справишься?
Он пристально взглянул на Джули. Она еще не входила в дом с тех пор, как Макс вынес ее оттуда. Последние две ночи Сид провел в этом доме один. Если бы решение зависело только от нее, она скорее предпочла бы слетать на Луну, чем еще раз пересечь порог этого дома. Даже подумать об этом было страшно.
Но если Макс считает, что насильник может вернуться…
Джули стиснула кулаки так, что ногти впились в ладони, и кивнула. Джозефина, почуяв ее нервозность, беспокойно оглянулась.
– Я все время буду рядом. Не отойду ни на шаг. – Улыбка собрала веселые морщинки в уголках его глаз. Он взглянул на Джозефину. Собачка поднялась на лапки на коленях у Джули и выгнула спинку, потягиваясь, как кошка. – Слушай, у тебя даже есть сторожевой пес. Уж с ним-то чего бояться?
Трудно было вообразить Джозефину в качестве сторожевого пса, подумала Джули, но все-таки улыбнулась в ответ. Странным образом улыбка помогла ей успокоиться и даже расхрабриться.
Все еще с мужественной улыбкой на губах она обогнула машину, держа на руках Джозефину, и тут увидела, что Макс прилаживает большой рекламный щит на магнитах к водительской дверце: ГАЗОНЫ И ЛУЖАЙКИ. РАЗБИВКА ПАРКОВ И САДОВ. Под этой надписью красовался местный телефонный номер. У Джули округлились глаза.
– Я держу эту вывеску как раз на такси-случай, как сегодня, – объяснил Макс в ответ на ее взгляд. Никто не обращает внимания на такие служебные машины. Ты не поверишь, сколько подобных служб работает здесь каждый день.
И в самом деле, прислушавшись, Джули услыхала гудение мотора, а оглядевшись, заметила в отдалении мужчину, сидевшего в кабине большой оранжевой газонокосилки. Он работал и даже не взглянул в их сторону. При обычных обстоятельствах она тоже не заметила бы его.
– Это называется прятаться у всех на виду, – объяснил Макс, словно подслушав ее мысли.
Потом он подхватил ее под руку и чуть не силой потащил к ее собственному дому. Они вошли, и прохладный, полутемный холл по сравнению с ярким солнцем и испепеляющей жарой снаружи показался Джули склепом.
Макс закрыл за ними дверь. Джули вдруг стало не хватать воздуха, сердце у нее болезненно забилось. «Прекрати», – приказала она себе и сделала несколько осторожных шагов по знакомому холлу, стараясь дышать глубоко и размеренно. Хорошо хоть ее внутренний голос на этот раз молчал. Если он еще раз заговорит, она больше не будет его игнорировать, пообещала себе Джули.
