с газировкой, слава богу, выходил легко…
Отдышавшись и отплевавшись, Андрей поднял голову на «Аскета», который смотрел на него с брезгливым интересом:
– А вы сходите, товарищ генерал, гляньте на шашлычок. Там как раз четыре порции – два водителя и два сопровождающих, экипажи бензовозов. Их хоронить запретили. Вот они на брезенте под деревцом и лежат. Аромат распространяют…
Андрей перевел взгляд на Сашу-охранника:
– И с доктором местным пообщайся. Он расскажет, до какой корочки запекся этот шашлычок.
Бойцы охраны настороженно примолкли. Андрей молча залез в салон и прикрыл глаза. После рвоты ему стало легче и мысль о запахе жареного мяса уже не заставляла внутренности сжиматься.
«Аскет» прокряхтел что-то неразборчиво и прикрикнул на застывших бойцов охраны:
– Ну, что варежки разинули? Домой пора. По коням! – и тише добавил. – Надо сваливать отсюда, не дай Бог прилетит…
Обратную дорогу в салоне молчали. Только ближе к Мариуполю «Аскет» толкнул Андрея в бок.
– Оклемался?
– Да, товарищ генерал. Извините. – покаялся Шевченко.
– Да ладно, – хмуро кивнул Рудницкий. – Понимаю. Хорошо, что бойцы не увидели. Они молодые. Им еще жить. Не стоит им такое видеть.
– Да все равно придется. Не сегодня, так завтра. Или через месяц. Хлебнем мы тут по полной, – вставил начальник разведки. – Судя по данным вояк, дорога на нас открыта полностью. И останавливать россиян нечем.
Он сосредоточенно изучал свои записи в блокноте и делал пометки на рабочей карте, держа ее на коленях. Андрей почувствовал укол совести: ведь сведения, полученные в штабе сектора «Д» явно заинтересовали бы Центр.
– Товарищ генерал, разрешите я у Сергея Саныча инфу возьму? А то как-то не сподобился поучаствовать в вашем совещании, а в Киев докладывать придется.
– Валяй, конечно. Ты только скажи, ты со своими встретился или как?
– Встретился, – кривил гримасу Андрей. – Только мой коллега уже несколько суток в состоянии нестояния. Медик говорит, что у него проблемы с психикой. А тут еще и запой. Короче… – Андрей махнул обреченно рукой.
Потом продолжил:
– Зато с медиком предметно пообщался. Кстати, реальный псих. И по профессии, и на всю голову. Как все тут. По его словам, 100 % личного состава – контуженные и по-серьезному. Ну и про потери рассказал.
– И что? – заинтересовался Сергей.
– Всего раненых и убитых 25–30 процентов. Из медицины он один остался.
– Да уж… А нам полковник, кстати, начальник штаба бригады, сказал, что они три четверти техники потеряли. Да куча народу пропала без вести. Кто в Россию перешёл от обстрелов, кто свалил по-тихому, а кого зарыли без следа.
– Круто, – выдохнул водитель и тут же нарвался на окрик разведчика:
– За баранкой следи! А то уши тут греешь. Ляпнешь что в расположении – сгною! Понял?
– Так точно, – буркнул тот и больше никаких реплик не озвучивал.
На аэродром они вернулись уже под вечер. И хотя солнышко еще ярко светило, день явно катился к закату. Андрею никого не хотелось видеть. Однако пришлось пересилить себя и, сбросив сбрую и автомат, двинуться к начальнику разведки. Данные с его карты, плюс документы, которые Андрей забрал у ВКРовца сектора «Д», давали полную картину украинских сил севернее сектора «М». Андрей особо не переживал по поводу похищенных документов. Ясно было, что в хаосе поспешного отступления войск под Волноваху никто не спохватится документов особиста, а в первую очередь он сам. Выйдя из запоя, тот, скорее всего, спишет пропажу на уничтоженную технику и дело с концом. Ну не признаваться же в том, что потерял документы по пьянке?
Вечером он закрылся в своей каморке и тихонько писал справку по результатам поездки. Когда закончил, выпил полбутылки водки и завалился спать в надежде, что ему не приснятся черные обрубки на зеленом брезенте с легким запахом шашлыка…
13
Утро было нерадостным. Всю ночь ему снилась какая-то ерунда, которую и вспомнить-то не мог и которая удовольствия ему не доставила. Хорошо, что «Аскет» разрешил сегодня не появляться на утреннем совещании.
С хмурым настроением он привел себя в порядок и двинулся к своей группе.
– О, начальник! – жизнерадостно поприветствовал его Серега Демченко. – А мы тебя вчера вечером обыскались. Я сам к тебе два раза стучал. Чего не открывал? Или ты не ночевал у себя?
Сам Демченко старательно штопал разорванные камуфляжные брюки, сидя на нарах в одних трусах.
– Ночевал. Просто видеть никого не хотелось. Устал очень… – Андрей прошел в комнату и уселся на стул. – Что у нас новенького?
Демченко перекусил зубами нитку и бодро доложил:
– Вова с молодым и с местными на реализацию укатили, еще в 5 утра. Сказали, ты в курсе.
– Угу, – кивнул Андрей.
– Слава взял Лопатенко и двух свободных «Бобров», повез их в город, развеяться. Ну и на рынок выскочить. А то пацаны месяц уже безвылазно тут сидят.
– Правильно, давно пора, – согласился Андрей. – А Ванечка где?
– Встал с утра и пошел к «днепровцам». Чё-то там планируют…
Андрей тяжело вздохнул
– Не угомонится никак. Блин, нам 10 дней осталось до конца ротации.
Он встал и прошелся взад-вперед по расположению:
– Слушай, Серега. Как думаешь, а если взять нам и всей группой махнуть в воскресенье на море? А то тут месяц уже торчим, а толком ни разу не купались! Так и уедем, не окунувшись…
– Отличная мысль! – сразу загорелся Демченко. – Мяса прикупить, пивка. Не, тогда не мяса, а рыбы. Только куда?
– Да это не проблема. Меня начальник разведки «Азова» все к ним на базу приглашал, в Урзуф. Они бывшую дачу жены Януковича отжали. Говорят, там прикольно. Тогда, Серега, ты организовываешь народ. Я договариваюсь с командующим и с «Азовом». Окей?
– Окей. Думаю, желающих будет много. А кто на связи останется?
Андрей думал недолго:
– Кого-то из «Бобров» оставим. В случае чего назначим ответственного, который через полчаса будет тут. Так, сегодня пятница. Значит, завтра и поедем.
– Здорово, – потер руки Демченко. – А то
