Когда Андрей вернулся, в кружках уже плескалась водка. Тут же стояла бутылка с минералкой, тарелка с нарезанными овощами и бутербродами.
– Пища богов. Ладно, давай выпьем, потом о деле.
Выпили, закусили, причем с аппетитом.
– Блин, я сегодня замотался, даже не поел толком, – с набитым ртом пожаловался Вова. – Есть хочу, как крокодил.
– Что ж ты так? – поинтересовался Андрей. – Чем таким важным был занят?
– А, – махнул рукой Вова. – Местные зацепили реального «сепара», сейчас разрабатывают.
– Кто таков? – деланно безразлично поинтересовался Андрей, выуживая ножом из банки тушенки кусок поаппетитней.
– Коммерсант один. Автобусные перевозки у него. Активный участник референдума. Давал свои машины для перевозки бюллетеней, всех своих сотрудников агитировал участвовать. Открыто выступает за союз с Россией. Даже выделял водителей для развозки боевиков на блок-посты и для патрулирования города после референдума.
– Странно, а чего он не уехал после июня? – задал Андрей резонный вопрос. – Свалил бы в Донецк, никто бы его не поймал.
– Да у него тут родители, брат с сестрой, а он, типа, всем помогает. Может, и свалит. Да мы не дадим, – пошутил Вова, отправляя в рот последний кусок своего бутерброда.
– Ладно. Ты вот что: дай мне на него объективку. Надо в Киев доложить, пусть по своим учетам пробьют. И вообще, социализм – это учет и контроль. Пусть начальство видит, как мы тут шуршим. Кстати, тему Хараберюш нарыл?
– Его пацаны, – кивнул Вова. – Кто-то из водил им этого коммерса слил. Видно, мало зарплату заплатил или просто обидел человека.
– Понятно, – протянул Андрей. Выпитая водка резко потянула его в сон. – Вова, я завтра с утра с «Аскетом» на выезд, в сторону Саур-Могилы. Так что ты работай по своему плану. Славу с Серегой я уже предупредил. И больше молодого припахивай. Не фиг ему с Советовым тусить, плохому научится.
– А вы зачем под Саурку?
– «Аскету» хочется с тамошними командирами пообщаться. Ситуацию срисовать, контакты наладить. Там же военные, а у него одна нацгвардия. Ты же знаешь, здесь в секторе и сил реальных нет. Если вдруг что, и остановить нечем.
– Ты думаешь, россияне попрут? – скептически скривился Вова.
– Не думаю, – качнул головой Андрей. – Но лишней поездка все равно не будет.
– Да фигня все это. Да, на границе не хорошо. Но Донецк-то мы окружаем. И в Луганске тоже прем. Мы наступаем, а не они, – с жаром произнес Вова.
– Согласен. Все, давай спать. А то мне вставать рано, и глаза уже слипаются…
12
Утром, когда еще ночная свежесть приятно охлаждала лицо, Андрей сидел на лавочке у терминала, ожидая выезда командующего. Начальник охраны, весёлый крепкий капитан Саша из «Мустангов», предложил занять место в автомобиле, но Андрей отказался.
– Насижусь еще. Весь день в этой коробке мотаться.
– Это да, – протянул Саша. – Тогда я маякну, когда «Аскет» выйдет. Подходи к стоянке.
На улицу потянулись первые ранние пташки из «Днепра». Кто-то покурить, кто-то на пробежку. А кто-то вышел с чашкой кофе почитать новости на планшете.
– Доброе утро, Иваныч! – поприветствовал Андрея Миша-хакер. – Куда это ты такой военный?
– С командующим. Покатаемся по сектору, – Андрей подавил зевок. – А ты чего в такую рань вскочил? Только 6 утра. Я думал хакеры по ночам трудятся, а потом спят до полудня.
– Да мы тоже сейчас на выезд, – Миша отхлебнул кофе из огромной кружки. – Гости на сафари приехали, будем сопровождать.
– Что за сафари? – лениво спросил Андрей, наблюдая, как двое бойцов «Днепра» во всю молотят грушу, сделанную из обычного мешка.
– Да наши спонсоры из Днепропетровска приезжают. Командование им сафари под Марьинкой устраивает, – словоохотливо пояснил Миша.
– На кого сафари? Охота же запрещена в Донецкой области, – по-прежнему, не понимая, уставился на собеседника Андрей.
– Да на «сепаров» же, – хохотнул Миша. – Они ж охотники все. Стволы там по несколько десятков тысяч долларов. Вот и приезжают поохотиться на людей. Заодно нам всяких ништяков подкидывают. Прошлый раз классный ночник подогнали. В этот раз обещали обувь привезти. Для них копейки, а батальону польза. А они все снайперский курс на нашей базе проходили. Теперь вот в реальной обстановке применяют.
– А, ну раз так, тогда, конечно. Дело нужное, – медленно процедил Андрей сквозь зубы, переваривая информацию.
«Ни хера себе! Это что ж получается – серьезным пацанам уже скучно просто в казино острые ощущения получать или на охоте. Захотелось на людей поохотиться! Бля, это что ж за звери?! Хотя звери лучше – они для удовольствия не убивают…».
С невеселыми мыслями Андрей побрел на стоянку. Там уже грузилась охрана. Начальник разведки сектора подполковник Сергей из командования Нацгвардии весело пропел:
– Нас утро встречает прохладой! Любимая, что ж ты не рада? – и, видя, хмурое лицо Андрея, перешел на серьезный тон. – Что случилось, Иваныч? Че такой хмурый с утра? Ехать не хочешь?
– Не. Все нормально. Не бери в голову, – отмахнулся Шевченко. – Что там «Аскет», скоро?
– Уже выходит. Так что давай грузись. Ты с нами, в «амарок». Охрана на «кугуаре» сзади пойдет.
Через 15 минут, после традиционного мата в исполнении Рудницкого в адрес своих подчиненных, которые долго спят и которых он, целый генерал, должен ждать по утрам, маленькая колонна выдвинулась в путь. Ехать им предстояло за Амвросиевку, где в полях разместились остатки сектора «Д», вышедшие из Изваринского котла…
Чем дальше они продвигались в сторону Саур-Могилы, тем явственнее становилось дыхание войны. Все реже попадался навстречу гражданский транспорт. Все больше по сторонам виднелось брошенных хат. Все чаще в посадках усматривались явные следы стоянок техники, которую маскировали срубленными деревьями – ярко-зеленая листва моментально желтела и съёживалась под южным солнцем.
Начальник разведки оторвался от карты:
– Ну, вроде, как через пару километров должны приехать.
– Вроде! – передразнил его «Аскет». – Ты разведчик или кто?
– Дык, тарьщ генерал, связь же сами знаете какая. Толком ничего не слышно. А мобильниками они как-то не хотят пользоваться.
– Наученные, – горько вздохнул Рудницкий. – Говорят, что по сигналам мобильника наших много
