своём не тренированном теле. У меня кубиков нет, зато кожа не менее чувствительная и нежная.
Митий же двумя руками прижал мою голову к себе, протягивая сквозь пальцы отросшие волосы от самых корней до кончиков. И пока он этим был занят я полной грудью вдыхала мужской запах, будоражащий кровь.
— Вот и всё, — придержал он меня за плечи, когда я медленно вела носом по его груди, а бёдрами прижимаясь всё теснее.
Какой же он соблазнительный… Потом вздохнула, посмотрела в тёмные глаза и констатировала — не мой!
Но как хорош!
— Пошли уже, а то завтра поспать не получится в повозке — ещё половина спектакля не готово! — отстранилась от эльфа и начала натягивать платье.
Тот молча помог со шнуровкой с таким знанием дела, словно сам её ежедневно зашнуровывает и расшнуровывает. А потом ещё и поправил складочки и оборочки. У меня порой складывается ощущение, что мужчины в этом мире лучше меня разбираются в женской одежде.
На утро, после лёгкого завтрака и быстрых сборов, наш путь продолжился, сопровождаемый шутками, песенками и придумыванием диалогов.
— Сегодня будем проезжать через Зиуфаль, — просветил меня командир трёхповозочного балагана Иллисий, — Но быстро. Только у старосты закупимся рыбой на ужин и продолжим путь. Ты нос свой любопытный из повозки не высовывай.
Ну, вот! Ещё один сэнсэй на мою голову! Сама понимаю, что лучше никому на глаза не попадаться, но любопытно же посмотреть на ту самую деревню, что столько лет камнем преткновения двух империй была.
Так что разглядывала я всех в деревне из-за шторки повозки, надёжно скрываясь внутри от посторонних взглядов.
Ну, что сказать… Деревня как деревня. Большая, это да.
Дома хорошие, крепкие вдоль дороги.
Детворы много, а это значит, что еды в достатке — озёра кормят.
Около большого дома старосты наша бодрая кавалькада остановилась, поприветствовав и хозяина, и всех любопытных. Иллисий с Зендаэлем степенно поднялись по ступенькам дома, отпили вынесенного хозяйкой для дорогих гостей напитком и бодренько так начали торговаться.
Через минут десять к нам уже бежали мальчишки, таща сумки со всеми заказанными продуктами. А через пол часа мы уже дальше утрамбовывали колёсами и копытами дорожную пыль.
А быстро здесь дела делаются! С таким хватким старостой деревня точно не пропадёт. Даже под пристальным вниманием драконьей и эльфийской дипмиссий.
Как оказалось, торопились мы не просто так. До вечера нам нужно было проехать весьма большой кусок пути по направлению к Ульсанте. Он был умеренно холмист и не обладал никакими достоинствами — ни водой, ни растительностью. А мы спешили к берегам весьма крупной реки, где можно было и освежиться, и лошадей напоить, и самим нормально отдохнуть.
До столицы оставалось всего три дня и два вечера репетиций.
Не скажу, что постановка далась нам легко: было много споров и пришлось слегка подкорректировать сюжет. Зато общее впечатление было зажигательное.
А в последний вечер перед прибытием в столицу, когда уже отрепетировали всю постановку и зевая собирались расходиться, Иллисий вдруг спросил:
— Тая, а ты ещё что-нибудь интересное расскажешь нам?
Я вопросительно взглянула на хитрого командира и поуютнее устроилась под боком у Мития. С ним получилось всё… странно. Нет, мы не начали встречаться под луной и интимной связи у нас не завязалось, но… В каждый момент, что я выбиралась ночью или днём купаться на речку голышом, рядом оказывался этот пройдоха. Как он меня выслеживал — не знаю. Только каждый раз после купания, я подвергалась такой сладкой пытке, как сушка волос и оглаживания мужскими руками всех выпуклых частей моего тела. Когда я всё же поинтересовалась у эльфа, что же он с магическими умениями делает в балагане, а не при дворе Императора, тот только загадочно улыбнулся.
Вот и что я могу рассказать? В голове только старые фильмы крутятся во главе с «Гусарской балладой». Вот и будет в этом мире на одну женщину-воина больше! А герои пусть будут эльфами. Тут уж сильнее получится контраст тонкой эльфийской замороженной девы и воина-героя с наградами. И тем веселее. Так что ещё несколько часов все слушали, затаив дыхание мой корявенький пересказ фильма про прекрасную Александриэль и храброго воина из рода Ржевскиэлев.
Боги этого мира, если вы существуете, не давайте мне хохотать в полный голос над лицами слушателей, решивших отдохнуть у костра!
— Какое непотребство! — воскликнул Зендаэль, когда история была завершена, а ошалевшая молодёжь не находила слов и продолжала хлопать глазами.
— Это будет сенсацией! — восхитился Иллисий.
— Но только не на этом фестивале! — хором заявили друзья и переглянулись.
— Всем спать! — скомандовал Зендаэль.
— И чтобы про эту историю я в ближайший месяц ни от кого не слышал! Даже во сне! — припечатал командирским голосом главный хитрый эльф.
— Почему? — возмутилась неразумная молодёжь.
— Потому, что нам ещё месяц выступать в Ульсанте, после победы на фестивале. Вот отыграем во всех столицах «Компаньонку Доротею», тогда и следующий спектакль ставить будем!
На это заявление громко грянул в ночи дружный эльфийский хохот. Весело у нас!
Часть 3. Ангельская
«Некоторые женщины не созданы для того, чтобы их приручили.
Они созданы быть свободными, пока не встретят кого-то похожего,
чтобы быть свободными вместе.»
Секс в большом
