укреплений, сделавших невозможной всякую связь осажденных с окрестностями, окончательно лишили их надежд на получение помощи извне. В городе начался сильный голод. Аллаяр-хан, убедившись в безвыходности положения, отказался от звания эмира и предложил прекратить сопротивление.
В марте 1732 г. по решению дурбара осажденные, заручившись обещанием Надира сохранить им жизнь и не разрушать город, открыли крепостные ворота.
Войдя в Герат, Надир назначил правителем города своего военачальника Мухаммед-хана Мерви, взамен дурбара учредил совет, в который входили только назначенные им лица. Несколько тысяч семей абдали были переселены в Хорасан.
С конца 1736 г. неоднократно подвергалось нападениям войск ставшего шахом Надира и Кандагарское княжество. Надир понимал, что, находясь в руках афганцев и являясь центром освободительной борьбы, Кандагар всегда будет представлять для него угрозу. Кроме того, захват Кандагара должен был стать первым шагом в подготовке задуманного им похода на Индию. Несмотря на неоспоримое военное превосходство, Надир более года осаждал Кандагар. Продолжительная осада имела результатом возникновение на месте военного лагеря целого города.
Источники содержат многочисленные сведения о героической борьбе кандагарцев. Их вылазки наносили немалый урон армии Надира. К декабрю 1737 г. от огромного войска, пришедшего к Кандагару, осталось лишь несколько тысяч человек. Почти во всех областях государства был объявлен новый набор в войско. Только 23 марта 1738 г., получив крупное подкрепление, Надир смог захватить Кандагар.
Овладев Кандагаром, Надир разрушил его и провел ряд мероприятий, имевших целью ослабление экономической силы и политического влияния хотеки, а также устранение возможности новых восстаний: хотеки и другие подразделения племени гильзаев были насильственно переселены и различные районы Хорасана и Муганской степи, их земли объявлены государственной собственностью и розданы представителям племени абдали. Наместниками Кандагарской провинции и ряда ее округов были назначены абдалийские ханы. Последние занимали привилегированное положение в войске Надира: им устанавливалось повышенное жалованье, раздавались земли. В отличие от знати племен Ирана и Азербайджана они не подвергались казням и штрафам, особенно участившимся в последние годы жизни и правления Надир-шаха.
Еще во время пребывания Надира в Кандагаре началось восстание афганцев в районе Газни. Особенно активно они действовали у Кермана и на пути между Кандагаром и Кабулом.
В Кабуле в борьбе против Надира объединились различные слои населения — знать, духовенство, рядовые иляты. Несмотря на военное превосходство войск Надира, оснащенных артиллерией, кабульцы оказали им ожесточенное сопротивление.
Восстали против Надира и афганские племена, жившие в горах между Кабулом и Джелалабадом. Двенадцатитысячный отряд отборных войск шаха под командованием Аслан-хана кырхлу был послан против этих племен, издавна славившихся своей воинственностью. Однако шахские войска были разбиты.
Афганцы использовали любую возможность для оказания сопротивления Надиру. Часть их, бежав от его преследований, вступила в могольское войско.
Немногим более чем через год после падения Кандагара вновь начались волнения западных афганских племен, отказавшихся подчиняться шахским властям. Для их подавления Надир послал одного из своих лучших военачальников — Тахмасп-хана джелаира, назначив его сердаром Афганистана и северо-западных провинций Индии. В 1746 г. волнения вспыхнули с новой силой, охватив территории Кандагарской и Кабульской провинций. Правитель Кабула Таги-хан поддержал повстанцев и объявил о своем неподчинении шаху. Восставшие наладили связь с другими племенами, также боровшимися против Надира, с населением Систана, ургенчскими йомудами; на их сторону переходили и шахские войска. Примеру кандагарцев и кабульцев последовали хезарейцы, которые, объединившись с населением Герата, тоже выступили против иранских властей; тогда же восстали и юсуфзаи.
Выступления афганцев наряду с освободительными движениями в Дагестане, Грузии, Средней Азии были одной из основных причин краха Надировой державы (1747 г.). Распад государства Надир-шаха, в свою очередь, создал благоприятные условия для образования в 1747 г. афганского государства, первым правителем которого стал Ахмад — хан абдали, основатель династии Дуррани.
Глава 8
Индия в XVI–XVII вв.
Образование Могольской империи.
В начале XVI в. Индия являла собой картину политической раздробленности. На Декане в процессе распада некогда крупного и могущественного государственного образования — Бахманидского султаната возникли несколько более мелких государств. Наиболее значительным из них был Биджапур, где в 1490 г. власть захватила династия Адил-шахи.
В том же году в Ахмаднагаре пришли к власти Низам-шахи, а в Бераре — Имад-шахи. Несколько позднее, в 1512 г., династия Кутб-шахи стала править в Голконде. Бахманидские султаны сохраняли за собой лишь небольшую часть своих прежних владений — Бидар, где в 1525 г., после бегства в Биджапур Калимуллы, последнего бахманидского султана, укрепилась династия Барид-шахи. Между образовавшимися султанатами Декана происходила постоянная борьба, в которой принимало участие южноиндийское государство Виджаянагар, многолетний соперник Бахманидского султаната.
Политическая раздробленность была характерна, возможно, в еще большей степени для Северной Индии. Ареной борьбы враждующих сил в конце XV — начале XVI в. была Бенгалия. Здесь вслед за гибелью в 1442 г. последнего правителя индусской династии, раджи Ганеша, установили свою власть мусульмане Илиас-шахи. Значительным влиянием пользовались рабы-военачальники — абиссинцы, своеволие которых было причиной постоянных неурядиц и анархии. Некоторая стабильность наступила после захвата власти Сайидом Хусейн-шахом (1493–1519), который подчинил себе ряд территорий в результате войн с Ориссой и Ассамом.
В Кашмире правила мусульманская династия, основанная еще в XIV в. Шах-мирзой, вступившим на престол под именем Шамс уд-Дин-шаха. В начале XVI в. Кашмир, как и ранее, оставался в значительной мере изолированным от других частей Северной Индии, что определило ряд специфических черт его развития.
Богатая земледельческая область Малва находилась с 30-х годов XV в. под властью династии тюрков-хильджи, подчинивших себе местных раджпутских князей. Однако именно раджпуты в лице князя Мевара раны Санграм Сингха (Рана Санга, 1509–1528) покончили с правлением Хильджей, нанеся поражение и взяв в плен последнего султана, Махмуда II (1510–1531), слабого и не отличавшегося воинскими способностями. Воспользовавшись этим, Малву захватил правитель Гуджарата из династии Ахмад-шахи, или Танк, Бахадур-шах (1526–1537).
Рис. 5. Индия в XVI в.
«Заповедником» индусского феодализма была Раджпутана (Раджастхан). Здесь существовало одновременно несколько княжеств, где правили князья из различных раджпутских кланов. Самым могущественным из княжеств был Мевар, правители которого из клана сесодия в XV в. вели войны с соседними государствами — султанатами Малвы и Гуджарата. В начале XVI в. при Ране Санге был одержан ряд побед над мусульманскими правителями этих областей. Раджпутские воины Раны успешно сражались также против войска, посланного против Мевара последним султаном Дели — Ибрахим-шахом Лоди.
Делийский султанат в начале XVI в. оставался одним из значительных государств Северной Индии, хотя пределы его были несопоставимо скромнее, чем прежде, в XIV в., когда они охватывали значительную часть полуострова Индостан. Султанат теперь включал Панджаб, область Дели и двуречье Ганга и Джамны. Правившие
