уничтожить значительную часть армии Александра, а мне кажется, что к этому не готовы даже самые воинственно настроенные Бобы.
– То есть мы будем…
– Говард, я не знаю. Будем действовать по ситуации?
* * *
Мы взлетели с одной из внешних веток, а затем сделали круг и опустились под «поплавок». Он медленно плыл на восток, подгоняемый легким ветерком, который летел с холмов. Когда мы добрались до озера, «поплавок» опустил свои щупальца в воду. Бриджит принялась летать вокруг него, а я следовал за ней.
Оказавшись у дальнего края озера, «поплавок» втянул в себя щупальца, и Бриджит приблизилась к нему. Драконы – не птицы, но во многом на них похожи, и, в частности, они могли ухватиться за вертикальную опору и повиснуть на ней боком. Бриджит медленно спустилась по щупальцу, а затем стала поднимать его оставшуюся часть. Я кружил рядом, наблюдая за ее работой.
Минуту спустя Бриджит отпустила щупальце и полетела обратно к деревне.
– И что? – спросил я, поравнявшись с ней.
– Потом поговорим. Мне надо подумать.
Значит, она обнаружила что-то интересное. Ждать будет неприятно, но дело того стоит.
43
Период обучения
Икар. Октябрь 2321 г. На пути к Кентаврании
На уровень, позволяющий поддержать разговор, мы вышли далеко не сразу – на это нам понадобилось более недели. Инопланетный корабль, который мы прозвали «Гюнтер», потому что данное имя было похоже на его собственное название, сразу же разобрался в математических понятиях, но когда мы попытались перейти к элементам языка – таким как глаголы, процесс забуксовал. В соответствии с теорией Дедала Гюнтер был больше похож на ИМИ или ИИ, чем на репликанта, поэтому у него не было фактического опыта жизни в физическом мире, в контекст которого можно поместить такие выражения, как: «Смотри, Дик бежит». Лично мне показалось, что он просто более чужеродный, чем другие существа, к которым мы привыкли. В любом случае нам пришлось вернуться на несколько шагов назад и снизить графику до уровня «Пакмана», прежде чем мы добились каких-то успехов.
Но успехов мы все-таки добились и в конце концов загрузили в нашу программу-переводчик приемлемую версию языка Гюнтера. Он, похоже, не был заинтересован в том, чтобы учить наш язык, а может, не мог этого сделать – и поэтому заниматься переводом пришлось нам. И даже при этом все шло более-менее в формате «вопрос – ответ», а не чего-то похожего на разговор. Да, Гюнтер с нами сотрудничал, но без особого энтузиазма.
А вот со звездными картами мы разобрались быстро. Хотя Гюнтер вел себя крайне осторожно и старался не выдавать подробностей, мы установили, что он прибыл из развивающейся цивилизации, которая находится рядом с одним из узлов-листьев третьего хаба по часовой стрелке от Хаба-ноль. Это означало, что мы с ним фактически прибыли с противоположных концов империи. Биосущества, которые создали Гюнтера, видимо, напоминали кентавров – у них было четыре ноги внизу и две руки впереди. Правда, пропорции у них совершенно дикие – я бы скорее принял их за такс с руками, чем за лошадей с человеческими торсами. И все же к ним немедленно прилипло слово «кентавры», а их родную планету мы прозвали «Кентаврания». Кроме того, оказалось, что Гюнтер когда-то сам был био и, следовательно, стал настоящим репликантом.
По словам Гюнтера, у кентавров было три пола – мужчины, женщины и рабочие. Существа третьего пола, видимо, играли ту же роль, что и рабочие муравьи, – они не участвовали в размножении, но занимались обеспечением своих сородичей. И, похоже, ими можно было пожертвовать – в том числе в тех случаях, если требовался разум для космического зонда. Гюнтер говорил об этом нехотя, но у меня сложилось впечатление, что такая концепция, как «доброволец», в данном случае не работала.
Цивилизация, которая построила Гюнтера, открыла двигатели ВСПЛЕСК и суддар, но пока не средства связи УППС. Это, похоже, был стандартный вариант развития технологий, если судить по нашей крайне ограниченной выборке – людям, Другим и кентаврам. Освоив данные технологии, кентавры немедленно отправили зонд на разведку, причем впопыхах, стараясь опередить каких-то местных конкурентов, – только этим и можно было объяснить минималистичный дизайн Гюнтера. Это уже начинало сильно напоминать нашу собственную историю.
В первой точке своего маршрута Гюнтер обнаружил «червоточину», а затем, видимо, пошел по траектории, очень напоминавшей ту, которую выбрали мы с Дедалом. Он прыгал из системы в систему и картировал положение каждой по отношению к галактике. Кульминацией данного процесса стало его пленение стражами, после чего, как мы и предполагали, он постепенно терял свои запасы энергии, пока не был вынужден выключиться. Гюнтер, в отличие от нас, так и не расшифровал идентификаторы ворот. Это было прискорбно, потому что временные метки в пакетах помогли бы нам выяснить, сколько времени он провел в плену.
В конце концов нам удалось убедить Гюнтера в том, что мы не представляем для него угрозы: ведь, во-первых, мы спасли и воскресили его, во-вторых, у нас есть оружие, а у него – нет. В-третьих, не было ни одного логичного сценария, в котором нам имело бы смысл лгать относительно наших намерений. И кроме того, ему действительно нужно было вернуться домой, чтобы доставить доклад.
Поэтому в итоге мы договорились о том, что направимся к планете Гюнтера.
Путешествие сквозь системы ворот было рутинным – три прыжка через хабы, а затем еще один – в узел-лист. Это была система, в которую Гюнтер должен был лететь изначально, стартовав с родной планеты. Он, разумеется, уже тщательно исследовал систему, но мы хотели сами взглянуть на нее. Поэтому мы убедили Гюнтера подождать, пока мы занимаемся разведкой.
* * *
В этой системе, как и в большинстве других, лишь одна планета находилась в обитаемой зоне, и именно там мы обнаружили цивилизацию. Судя по планировке и пропорциям городов, с данным видом мы еще не сталкивались – и это был шестнадцатый из тех, которые мы включили в наш каталог, пока исследовали империю. И что интересно, данная система была второй, в которой мы нашли фотосинтез, основанный на ретинале. Растения, обладавшие такой системой фотосинтеза, были не традиционного зеленого цвета, а лилового или насыщенного пурпурного.
– Очень странно, – буркнул Дедал, когда мы завершили картирование планеты. – Судя по всему, ретиналь должен встречаться чаще, ведь он позволяет использовать более простой и эффективный способ захвата энергии. Кроме того, большинство звезд излучают в зеленом спектре, что дало бы преимущество ретинальной системе. Но почти на каждой планете мы обнаружили хлорофилл.
