коллективному иску.
Услышанное произвело на меня впечатление. При первом знакомстве я решил, что Эктор – просто подхалим, но оказалось, что он – серьезный боец.
Поблагодарив его, я разорвал связь. «Ченни» – это всего лишь верхушка айсберга. Компании, которые занимаются арендой «мэнни», добавят в свой ассортимент «ченни» – для тех, кому он нужен лишь изредка. Компании, которые хранили «мэнни» для экс-людей, увеличат свои площади, чтобы приобрести «ченни» для клиентов, которые еще живы. Когда люди поймут, что им уже не обязательно проводить несколько лет в анабиозе или умереть, появится новая индустрия туризма и отдыха.
И более половины этих компаний принадлежат мне. Ну, точнее, Бобам.
46
Совет
Боб. Июль 2344 г. Вирт
Я отправил сообщение Терезе: «Совет через пару миллисекунд. Увидимся там?»
Ответ пришел немедленно: «Я уже здесь. Шевели копытами».
Ха. Почему-то эти слова стали и ее любимой фразой, и мемом в мире квинланцев – несмотря на то, что копыт у них не было.
Я зашел в наш зал совета и увидел Билла с кружкой пива в руке; он сидел рядом с Терезой, которая выбрала для этой встречи человеческий облик. Я посмотрел на ее напиток: по какой-то причине она полюбила сидр. На наших советах он появился недавно и стал своего рода элементом культурной контаминации со стороны экс-людей, поскольку никто из Бобов не предлагал включить его в меню. Однажды в подростковом возрасте Изначальный Боб напился сидром, и я до сих пор содрогался, вспоминая об этом.
– Привет, Билл. Как оно? – спросил я, садясь напротив Терезы.
– Ну, конец света пока не намечается, – ответил он. – Я просто подумал, что давно пора провести совет. Приглашение получили все, но в наше время, если приходит хотя бы пара сотен, значит, это уже успех.
– Да, вот еще одна причина сказать спасибо «Звездному флоту».
– Правда, одна мелкая новость у меня все-таки есть. Павы отправили экспедицию к своей родной планете. Это никого не удивило, даже при том, что раньше они упрямились.
– Я ни разу не видела павов, – вставила Тереза. – Пожалуй, мне бы хотелось это сделать.
– Это можно устроить, но тебе придется залезть в «мэнни» – ведь павы крайне негативно относятся к виртуальной реальности. По-моему, все дело в том, что для них она – еще одно изобретение Бобов.
– Если организуешь встречу, сразу дай мне знать. Мне прийти в облике квинланки или человека?
– Не знаю, что будет хуже. С одной стороны, люди им не нравятся, но с другой – они могут решить, что квинланец – это добыча. Они же всеядные.
– Ну, значит, их ждет огромный сюрприз, – сказала Тереза. – Может, мы и похожи на больших, жирных бобров, но зубы и когти у нас острые.
– Не смотри на меня так, я же на твоей стороне, – улыбнулся я и повернулся к Биллу: – А что еще?
Билл многозначительно посмотрел на Терезу и слегка поднял брови. Я сразу его понял: ни слова о «червоточинах». Я еле заметно кивнул.
– Пару месяцев назад пришло письмо от Ферба, – небрежно заметил Билл. – Он получил отчет от кого-то по имени Джордж, который находится в паре сотен световых лет дальше по оси галактики. Я жду дальнейших разъяснений. Кстати, на прошлой неделе я пообщался со Стивеном…
– С профессором Гиллиганом?
– Угу. Кто-то из его консорциума предложил оснастить цилиндр О’Нила пластинами с двигателями и превратить его во что-то вроде корабля поколений.
– Круто. А зачем?
– Полагаю, им просто кажется, что мобильность лучше ее отсутствия.
– Если они могут это профинансировать, то почему бы и нет? – рассмеялся я.
– Кажется, Анек еще об этом не заявлял, но у нас уже есть корабль с десятью тысячами квинланцев в анабиозе, и он готов отправиться в систему, которую выделили нам Бобы, – вставила Тереза. – Анек вне себя от радости. Ну, настолько вне себя, насколько это вообще возможно. Он наконец-то получит то, что он называет «локальное дублирование». Он клонировал себя, чтобы управлять кораблем и руководить колонией.
– Ого! Вот это мощно, – сказал я.
В тот момент наступило объявленное время сбора, и в пабе появились гости. Через несколько миллисекунд меня уже окружила толпа Бобов и экс-людей.
Я наклонился к Терезе:
– Кстати, я кое с кем поговорил…
– Молодец, – ответила она и взяла меня под руку. – Хорошо, что ты нашел себе друзей.
Я удивленно посмотрел на нее и увидел, что она ухмыляется.
– Да, тут ты меня подколола. Это мило.
На ее щеках появились ямочки.
– Боб, я начинаю наслаждаться новой молодостью. Работая старшим преподавателем, я стала очень чопорной и правильной, но на самом деле я не такая. И теперь я поняла, что мне плевать на приличия.
– Только не будь слишком строга к людям, волосы и кожа им еще пригодятся, – усмехнулся я и немного помолчал. – В общем, я поговорил насчет той проблемы с квинланцами, которые себя выключают.
Тереза посерьезнела и убрала руку.
– Вот как?
– Мои знакомые говорят, что экс-люди тоже так поступают, хотя и редко. И руководство аркологий действительно это скрывает – выглядит это так себе, а если пытаешься объяснить, то все становится еще хуже. Так что пользы для компаний в этом никакой.
– Хм… Не думаю, что Анек пойдет тем же путем.
– Нет, ему политика нравится еще меньше, чем Бобам, – улыбнулся я. – Но пара тех, кто совершил самоубийство, оставила записки. Те, кто их читал, утверждают следующее: экс-люди обнаружили, что впереди у них вечность, и поняли, что у них все меньше способов чем-то себя заинтересовать.
– Что? Но это же смешно! Можно читать книги, заниматься наукой!
– Училка, ты сейчас ломишься в открытую дверь.
Тереза выглядела сбитой с толку, но затем переводчик, видимо, объяснил ей контекст, и поэтому я продолжил:
– Но я вот о чем: похоже, есть люди, которые решили, что вечная жизнь им не нужна. Не хочу показаться черствым или жестоким, но мне кажется, что это один из тех случаев, когда твоя ответственность перед другим индивидуумом имеет границы.
– Вынуждена с тобой согласиться, Эноки… э-э… то есть Боб, – вздохнула Тереза. – У меня были такие студенты. Они выучивали все уроки, запоминали все факты, но их разум не мог превратить все это в музыку.
Тут уже настал мой черед недоумевать, но потом я понял, что это устойчивое выражение квинланцев и, если честно, довольно понятное из контекста.
– Продолжай заниматься своими делами, – сказал я. – Грусти, если кто-то уходит вот так, но в конце концов это решение принимаешь не ты.
Тереза стиснула мою руку и ненадолго прижалась ко мне.
