краденых ценностей из Бриллиантовой палаты. Те, кто покупали артефакты, зная, что они украдены. Им нужно было, чтобы Хлебников не назвал имена на суде. Понимаете?
Алла медленно кивнула.
— Д-да…
— Второй пункт, — продолжил я. — Что вы знаете о западных связях Хлкбникова?
Она моргнула.
— Что я знаю?
— Вы помогали расследовать финансирование информационной атаки на мою семью через подставные фирмы и дали об этом показания. Вы никак не связаны с делом о Бриллиантовой палате.
Алла нахмурилась.
— Ну да. Обнорский делал об этом расследование, но я не принимала в этом участия…
— Именно, — подтвердил я. — Вы не можете вывести на заказчиков ценностей. Вы не знаете, кто конкретно покупал артефакты. У вас нет этой информации и быть не может.
Я посмотрел ей прямо в глаза через экран.
— Алла, вы для них не угроза. Вы не знаете того, что нужно скрывать. Заказчики хотят остаться неназванными и избежать публичного скандала в Европе. Их интересы — спустить процесс на тормозах в России и не создавать новый шум.
— Но они уже создали шум, — возразила Алла. — Убили человека в тюрьме.
— У нас, в России, — уточнил я. — Но не в Европе. Здесь будут говорить, расследовать, писать статьи. А там — молчание. Никаких имён, никаких обвинений. Если они начнут убивать свидетелей по всей России, это привлечёт ещё больше внимания, и тогда начнётся серьёзное расследование с международным резонансом. Им это не нужно.
Она кивнула — уже более уверенно.
— И четвёртый пункт, — закончил я. — Волков. Генерал-губернатор Москвы, второй фигурант дела.
— Что с ним?
— Волков был человеком Хлебникова. Работал только по российским делам. Он чиновник, коррумпированный, но не посредник с Европой. Волков знает лишь российскую часть схемы — кто прикрывал, кто брал взятки, как проходили документы. Но не международную. Он не знает покупателей.
— Значит, для покровителей Волков не опасен, — медленно проговорила Алла.
— Именно. И вы тоже.
Алла слушала, и я видел, как напряжение постепенно уходит с её лица. Она глубоко вдохнула и выдохнула. Вытерла глаза — на этот раз не от слёз, а просто устало.
— Вы… вы правы, — тихо сказала она. — В панике от новостей я и не подумала об этом…
— Страх затмевает разум, — мягко сказал я. — Это нормально, и я понимаю ваш страх за себя и близких. Тем не менее, будьте осторожны. Усильте охрану, если это возможно. На всякий случай.
Алла кивнула.
— Отец уже распорядился. И… — она замялась, — он всё-таки настаивает, чтобы мы на время уехали в имение.
— Неплохая идея, — согласился я. — Подальше от столицы, от всей этой суеты. Переждать бурю.
Она посмотрела на меня внимательно, затем медленно улыбнулась.
— Спасибо, Александр Васильевич. Вы… вы меня успокоили. Я чувствую себя лучше. Гораздо лучше.
— Рад помочь, — ответил я.
Мы помолчали несколько секунд — просто смотрели друг на друга через экран.
— Вам нужно отдохнуть, — наконец сказал я. — Выспаться. Утро вечера мудренее.
Алла кивнула.
— Да. Вы правы. Спасибо ещё раз.
— Спокойной ночи, Алла Михайловна.
— Спокойной ночи, Александр Васильевич.
Она потянулась к кнопке отключения. Экран погас. Я откинулся на спинку кресла, глядя на чёрный монитор.
Оставалось надеяться, что моя логика верна. Я встал из-за стола. Хватит на сегодня. Завтра новый день, новые проблемы.
А пока — спать.
* * *
Утро следующего дня началось с обычной суеты магазина.
Я помогал в торговом зале, консультируя клиента — купца средней руки, который присматривал серебряный браслет для жены. Мужчина держал в руках три разных изделия, мучительно выбирая между ними.
— Вот этот с аметистами элегантнее, — говорил я, показывая на средний вариант. — Камни хорошего качества, огранка чистая. Артефактные свойства — защита от стихии земли, также аметист помогает в психологической гармонизации.
Купец кивал, разглядывая браслет под светом витринной лампы.
Лена сидела у стойки, оформляя заказ для другого покупателя. Её пальцы быстро порхали над клавиатурой.
Дверь магазина распахнулась, впуская морозный воздух и новых посетителей. Я машинально глянул в ту сторону — и замер.
В дверях стояла княжна Зоя Сапега в элегантном тёмно-синем пальто с меховой отделкой у воротника. Скромная шляпка с вуалью.
За ней следовала камеристка — девушка лет двадцати с сумочкой в руках. Княжна осмотрелась по сторонам, заметила меня, улыбнулась и направилась прямо ко мне.
Купец, которого я консультировал, проследил за моим взглядом, увидел княжну и почтительно отступил в сторону.
— Я пока, пожалуй, ещё повыбираю, Александр Васильевич, — сказал он. — Благодарю. За консультацию.
Я кивнул консультанту, чтобы взял клиента себе, и продолжил обслуживание.
— Александр Васильевич, добрый день, — поздоровалась Зоя.
Я поклонился.
— Княжна Сапега, какая приятная неожиданность. Чем могу служить?
Она сняла перчатку, протянула руку — я коротко коснулся её пальцев губами.
— У меня к вам дело, — сказала Зоя. — Можем поговорить?
— Разумеется. Прошу за мной в комнату для особых гостей.
Я провёл Зою через торговый зал к задней части магазина, где располагалась VIP-комната.
Комната встретила привычной роскошью. Мягкие кресла с бархатной обивкой. Низкий столик из полированного красного дерева. Витрины вдоль стен с эксклюзивными изделиями под стеклом. Персидский ковёр на полу.
Зоя огляделась с одобрением и села в кресло. Камеристка осталась стоять у двери.
Вошла Лена с подносом. Серебряный кофейник, две чашки, сахарница, молочник, тарелка с печеньем.
— Ваше сиятельство, — Лена поставила поднос на столик, — чем могу угостить?
Зоя улыбнулась ей.
— Кофе, пожалуйста. Без сахара, с молоком.
Лена ловко разлила кофе, добавила молоко в чашку княжны, поставила передо мной вторую чашку и беззвучно вышла.
Зоя взяла чашку, отпила.
— Отличный кофе, — одобрительно заметила она. — Из Бразилии?
— Из Колумбии, — уточнил я. — Свежая обжарка, три дня назад.
— Прекрасно.
Она поставила чашку на блюдце и посмотрела на меня прямо.
— Перейдём к делу?
— Слушаю вас, княжна.
— Александр Васильевич, я хочу заказать у вас ювелирный гарнитур. Аквамариновый, как вы мне и советовали на балу у графини Шуваловой. Помните наш разговор?
Я вспомнил. Тогда я предложил ей аквамарины — камни, которые идеально подходили под цвет её глаз.
— Разумеется.
— Но это должны быть не просто украшения, а эффективные артефакты, — продолжила Зоя. — Поэтому,
