я. — А кто сделал ту яму с вбитыми на дно кольями? Гончие?
— Вряд ли, — пожала плечами девушка. — Им нужна жертва живой. Возможно, охотники.
— Догадываюсь на кого они охотились, — хмыкнул я.
— На зайцев?
— Не думаю. Колья слишком острые и глубоко вбиты, да и яма глубоковата для обычного зверя. Скорее всего, это ловушка для медведя. Который, кстати, и ходил там совсем недалеко.
Лариель внезапно остановилась, ее лицо побледнело, а глаза нервно бегали.
— Медведь… — прошептала она, словно говоря это слово было запрещено.
— Ну да, — ответил я, не замечая ее волнения. — Я видел его, и он был огромный. Видимо, его пытались поймать. Но я облегчил им задачу.
— Что ты имеешь ввиду? — насторожено спросила девушка.
— Я убил медведя, — ответил я.
Лариель резко повернулась ко мне, и в ее глазах была не удивление, а паника.
— Что⁈ — выдохнула она.
— Я убил медведя, — повторил я. — Он хотел сожрать меня, поэтому пришлось обороняться. А что такое?
Только теперь я понял, Что эта новость очень сильно обеспокоила девушку.
— Медведь… он был стражем леса… — ее голос дрожал. — Теперь мы в опасности…
— Опасности? Почему?
— Он защищал этот лес… от тех, кто не должен быть здесь… от тех, кто любит питаться человеческой кровью… — девушка сжала кулаки. — Теперь мы будем платить за это…
И словно в подтверждение ее слов по лесу раздался долгий протяжный вой.
Глава 21
— Что это? — спросил я, оглядываясь.
Высоко вверху, в ветвях деревьев, мне почудились угловатые тени.
— Зачем ты убил медведя? — не обращая внимания, воскликнула Лариель, злобно зыркнув на меня.
— Да откуда мне было знать, что он страж леса? Он сожрать вообще-то меня хотел!
— Потому что ты — чужак.
— И что мне оставалось делать? Покориться судьбе?
Девушка ничего не ответила.
— Нам нужно уходить, — произнес я, вновь примечая тени.
Мы двинули по тропинке прочь. Лариель бежала, не оглядываясь, за ней по пятам едва поспевал я.
— Быстрее! Они уже близко! — поторопила моя спутница, ее голос был хриплым от напряжения.
Но укрыться от неведомых тварей не удалось.
Вдруг из-за огромных дубов раздался жуткий рев, напоминающий крик разгневанных зверей. Лариель вздрогнула и оглянулась. Мелькнула тень. Потом еще одна. И еще. А потом из-за деревьев вылетали ужасные создания.
— Вампиры! — выдохнула Лариель, остановившись как вкопанная.
Твари напоминали птеродактилей. Кожистые черные крылья гулко хлопали об вытянутые крепкие тела, а длинные суставчатые задние лапы, увенчанные загнутыми крюками, готовы были в любой момент вцепиться жертве в шею. Кроваво-красные глаза светились в полумраке леса, а острые, как бритвы, клыки жутко лязгали друг об друга.
Твари летали с невероятной скоростью, издавая пронзительные звуки, похожие на свист ветра, смешанный с человеческим криком.
— Твою мать! — только и смог вымолвить я, увидев эту жуть.
Вампиры пикировали, их когти вытягивались, словно мерзкие щупальца и со свистом рассекали воздух.
Одна из тварей пролетела совсем близко от меня, оставив на дереве глубокие царапины. Да у этой гадины когти острее бритвы!
— И как, по-твоему, медведь смог бы оградить нас от этой опасности⁈ — злобно проворчал я, пригибая голову. — Да они бы его разодрали на лоскуты в считанные секунды!
Девушка не ответила. Ее объял дикий страх, и она была в оцепенении.
— Да чтоб тебя! — выругался я.
И схватив Лариель за руку, рванул прочь. Мы резко свернули с тропинки, и я потащил за собой Лариель в густые кусты. Мы пробирались сквозь плети и колючки, чтобы не дать вампирам схватить нас.
— Мы не уйдем! Они слишком быстрые! — прошептала Лариель, ее голос дрожал. — Это конец…
— Нет! не конец. А только начало! — произнес я, доставая оружие. — Мы не сдадимся!
В следующий миг я уже палил в стороны, заставляя воздух пронзительно свистеть.
Пуля попала в одного из вампиров, пробив ему крыло. Тварь издала пронзительный крик, но не упала. Другие вампиры продолжали свой зловещий танец вокруг нас, словно нарочно игнорируя выстрелы.
'Они слишком быстрые! — злобно подумал я. — В них невозможно попасть!
Лариель прижалась ко мне, ее тело дрожало. Она видела, как вампиры с ужасающей легкостью избегают пуль.
— Что нам делать? — спросила она, ее голос звучал как шепот.
— Стрелять! — прорычал я. — А когда кончаться патроны — бить этих тварей палками. Рвать голыми руками. Грызть зубами. Я не сдамся!
Во мне кипела злоба из-за того, что я не мог нормально в них попасть. В былые дни я бы без проблем отстрелил этим тварям бошки, но сейчас…
В глубине души я понимал, что нам и в самом деле не справиться с этими монстрами, но что делать дальше, я понятия не имел.
Внезапно оживилась Лариель. Вдали, между деревьями, она увидела старую заброшенную избушку.
— Там! — крикнула она, указав на избушку. — Может быть, мы сможем укрыться там!
Мы с Лариель, с трудом переведя дух, бросились к избушке. Дверь оказалась незапертой, скрипнув, она распахнулась, впуская нас в полумрак.
Мы тут же захлопнули двери, отсекая пространство от летучих тварей. Те принялись скрестись в стены, но вскоре поняли, что это бессмысленно и начали кружить над нашим убежищем, изредка протяжно воя.
Внутри избушки царил полумрак, пронизываемый лучами солнца, пробивающимися сквозь щели в крыше. Пыль, словно серый туман, висела в воздухе, застилая контуры предметов. Воздух был сырым, пах плесенью и затхлостью.
Мы осмотрелись. Старая мебель стояла разбросанная, обитая потрескавшейся кожей. В углу стояла печь, ее топка была забита золой. В другом углу находилась деревянная лестница, ведущая на верхний этаж.
— Может быть, там есть что-то полезное, — сказал я, кивая на лестницу. Мне хотелось верить, что там обнаружится запас патронов. А еще лучше огнемет, чтобы подпалить этим тварям крылья. — Надо осмотреть верхний этаж.
Мы поднялись по лестнице. Ступени скрипели под ногами, и Лариель вздрагивала от каждого звука.
На верхнем этаже было две комнаты. Одна из них была спальней, с потрескавшейся кроватью и небольшим комодом. В другой комнате стоял стол, заваленный старыми книгами, и высокий шкаф, дверь которого была закрыта на засов.
— Что там может быть? — слово саму себя спросила Лариель, подойдя к шкафу.
