и то же страшное слово.
Наши шаги звучали все тише на фоне этой угнетающей тишины. Сердце билось в груди с усилием, отбивая ритм близящейся беды. Каждое дерево казалось грозным стражем, каждый куст — тайным укрытием для неизвестной угрозы. Мы словно ни были окружены невидимыми глазами, которые следили за каждым нашим движением, готовясь броситься в атаку в любой момент.
В глубине леса прозвучал странный звук, словно сухой листок треснул под ногой невидимого существа.
Тревожный шепот листвы сменился резким треском, словно кто-то ломал ветки, пробираясь сквозь чащу. Звук приближался, и в нем чувствовалась не просто злость, а холодная преднамеренность, которая пробирала до костей.
Это были не ночные охотники. Сначала это понял я, потом и Лариель.
— Гончие… — прошептала девушка, её голос дрожал, но она не сдавалась. — Они вернулись!
Верно. Они каким-то образом смогли разгадать нашу обманку, вновь вышли на правильный след и догоняли нас.
Цокот копыт стал ясно слышен, словно несколько тяжелых карет мчались по лесу, не задевая деревьев, не останавливаясь ни перед чем. Твою мать!
Мы остановились, опираясь спинами на могучий дуб, пытаясь понять откуда идут звуки, чтобы выбрать правильное направление для бегства и не выйти прямиком в руки противника. Но цокот словно раздавался со всех сторон.
Пришлось использовать магию, чтобы отсечь иллюзии и определить единственное верное направление.
— Туда! — воскликнула Лариель и мы рванули в сторону болотистой низины, где можно было укрыться.
Всадники возникли сразу. Они вынырнули из мрака леса, окружили дуб, где мы стояли еще секунду назад. Черные кони фырчали, зыркая красными глазами во все стороны, словно тоже определяя, куда мы запропастились.
Быстрый осмотр — и преследователи быстро определили куда мы ушли. Мы бежали со всех ног, но шансов у нас не оставалось. Всадники настигли нас у самого болота, окружили, не давая уйти. Я выхватил пистолет, но Лариель остановила меня.
— Это не поможет, — совсем тихо произнесла она.
— Но…
— Только сделаешь хуже.
Что же мы, просто так им сдадимся⁈
Из общей своры вперед к нам вышел главарь. Всадник был словно воплощение самого мрака. Его фигура была нечеткой, расплывчатой, словно тень, брошенная на закатном солнце. Он сидел на коне, который тоже казался выкованным из темноты, только его глаза горели красным пламенем.
Всадник был лишен лица, только черная дыра на месте глаз светилась нечеловеческим огнем. От него исходил холод, пронизывающий до костей, и запах гниющих листьев, смешанный с горьковатым ароматом чего-то ядовитого.
Он был безмолвным, но в фигуре чувствовалась непоколебимая сила и угроза. Он не был человеком, а нечто иным, порождением тьмы, и в его безмолвной ярости читалось стремление уничтожить все живое на своем пути.
Гончий разглядывал меня с любопытством, видимо пытаясь понять, кто я такой.
— Отдайте ее, — прозвучал шепот, не человеческий, а пронизывающий до костей голос, который казался пропитан мраком. — Мы пришли за нею.
Главарь кивнул на Лариель.
Это конечно же была не просьба. Всадник мог без труда забрать девушку и без лишних слов. Но он давал мне шанс уйти, не вмешиваясь в их дела.
Но нет, позорно бежать я не собираюсь.
— Нет, — с вызовом ответил я, глядя на всадника. — Ее ты не получишь!
Он задумчиво посмотрел на меня, словно пытаясь понять, откуда я взялся такой наглый.
— Глупец… — задумчиво произнес всадник, взмахнул рукой, облаченной в черную перчатку.
В следующую секунду нас окутала черная волна магии. Она была удушливой и едкой, проникающей под кожу. Первой закричала Лариель, потом и я не смог сдержать крика. Короткое заклятие блока не помогло — оно рассыпалось об этот невидимый конструкт. Напасть на всадника тоже не получилось — все тело сковало.
Потом и вовсе перед глазами начали плясать кровавые всполохи.
— У тебя был шанс уйти, — пробасил всадник. В его голосе чувствовалась насмешка. — Но ты им не воспользовался. За что и поплатишься. Ты будешь сожалеть, что не ушел.
Сквозь красное марево я почувствовал, как крепкие руки поднимают меня, словно мешок и закидывают на седло. Потом точный удар обухом меха по темечку — и темнота…
Глава 22
Голова гудела, словно в нее колотили молотом. Я открыл глаза, ослепленный ярким солнцем, и попытался подняться, но тяжесть не позволяла сдвинуться. Тогда я увидел их — двоих мускулистых мужчин в темных плащах, они снимали меня с коня, который беспокойно брыкался и ржал. Гончие. Все те же головы без лиц. Но эти ребята были точно не из той пятерки, которая охотилась на нас.
Где я? Голова кружилась, а горло пересохло.
Меня стянули вниз, поставили на ноги. Я осмотрелся. Нас с Лариель привезли в какую-то деревню. Весьма странную деревню. Дома были выстроены из черного камня, а крыши покрыты острыми шипами. Вместо окон в стенах были узкие щели. Повсюду висели странные деревянные механизмы, состоящие из вращающихся шестеренок и рычагов. Воздух был пропитан странным запахом машинного масла и гниющей плоти.
— Что это за место? — прошептал я, особо не надеясь, что мне ответят.
— Серый Угол, — сказал один из гончих. — То место, где вы умрете.
— Не слишком то приветливо, — пробурчал я.
И тут же получил крепкий удар в живот.
— Александр! — это была Лариель.
— Все в порядке, — кивнул я, разгибаясь.
К нам приставили двух надсмотрщиков, и оставили ждать возле каменные столбов. Кто-то из гончих пошел докладывать старосте деревни о удачно поимке. Сейчас решалась наша судьба, но чего-то хорошего я не ждал. Нужно поймать момент и удрать отсюда. Но сначала разобраться куда нас вообще доставили. Какое-то странное место, которое…
На мгновение я потерял дар речи. Вдали увидел их и сначала не поверил собственным глазам.
Они стояли на краю деревни, одетые в рваные одежды, их тела были покрыты рубцами и ранами, а лица — бесчувственным масками смерти. Их глаза были пусты, а губы сжаты в немой улыбке.
Зомби.
Это были ожившие мертвецы, не стражи, а их замена в этой странной деревне.
Страх пронзил меня насквозь. Я понял, что оказался в месте, где все обычные правила жизни не действуют. Я был один и бессилен перед этой неизвестной угрозой, что скрывалась в этой странной деревне, построенной из камня и механизмов, где смерть и жизнь переплелись в жутком танце.
Потому что зомби нельзя убить. Он и так мертв!
—
