из аварийного запаса в холодильнике и внезапно поняла,
что обязана сделать.
Испытание № 20 (Каждый должен научиться плавать самостоятельно. Можно направлять друзей и помогать им держаться на плаву, но в конце концов нужно дать им возможность самим во всем разобраться).
Она должна убедить Джетта, что ему не обязательно уезжать из Бинди-Бинди. Не обязательно запрещать себе оглядываться назад. Ей нужно быть ему другом. Нужно показать, что она не та эгоистичная, избалованная девчонка, с которой он встретился на том балконе пятнадцать лет назад.
Она – та, ради кого стоит остаться. Лука, Том, Грей и Макс – те, ради кого стоит остаться. Она должна убедить его, что то ужасное напоминание, которое он набил у себя на руке, – неправда. А чтобы Джетт понял, что не может просто сбежать, нужно, чтобы случившееся в офисе Кларксона никогда, никогда не повторилось.
Испытание № 7 (Не шути с океаном – никогда не спи с другом).
Глава 21
Нелла
Суровый лик взирал на Неллу с таким осуждением, словно Дева Мария читала все ее грешные мысли. Руки Джетта на ее бедрах; его щетина, царапающая подбородок; запах кожи и перца; крепнущая сила его желания…
Друзья. Они друзья. Она должна убедить его в этом. Должна убедить в этом себя. А друзья не допускают таких мыслей. Тем более в церкви. И уж точно не тогда, когда они собираются совершить самое нелепое ограбление из всех, какие только бывают. Ограбление, разрешение на которое они намерены спросить.
– Антонелла? – Голос Маттео Ла Маркас, щедро сдобренный итальянским акцентом, эхом отскочил от каменных стен. Вместе с ним в дверном проеме появился Грей, за ним Макс и Ариана Ла Маркас. В затуманенном недосыпом сознании Неллы они предстали самой странной свадебной процессией, которую когда-либо видели в этом церковном проходе.
– Почему моя дочь здесь? – спросил Маттео, преклонив колени перед алтарем. Нелла с удовлетворением заметила, как дрожат его руки, когда он осеняет себя крестным знамением.
– Ей двадцать пять, Маттео, и она уже научилась ходить самостоятельно, – заметила Нелла.
– Не могу сказать, что пришла сюда добровольно. – Ариана сердито посмотрела на Макс, которая отошла куда-то вправо, словно проникнувшись вдруг благоговейным восхищением перед картиной «Тайная вечеря».
– Разве к твоей голове приставлен пистолет, как тогда, на гала-шоу? – спросил Грей.
Ариана вздрогнула – золотистый луч солнца упал на ее лицо, и голубые глаза сверкнули сдержанным гневом, как сапфиры, заточенные в темницу обручального кольца.
– Ей нечего здесь делать, – рыкнул Маттео, шагнув к скамье Неллы. Джетт тут же встал у него на пути, что должно было бы высечь у нее вспышку феминистского гнева, но вместо этого где-то в районе пупка вспыхнула крошечная искорка, а взгляд задержался на его плечах, напрягшихся под темно-синей футболкой.
– Ты осквернил ее тело своим тату, ведь так? – сказал Грей, имея в виду средневековый ритуал семьи Ла Маркас помечать своих татуировкой в виде сердца на их четырнадцатый день рождения вместо подарка в виде браслета с подвесками или дорогих часов, как это делают нормальные семьи. – А значит, сам приобщил ее к делам семьи.
– Она может попасть в дом на озере Орта, – проверила догадку Нелла, – да?
Ариана устремила на отца полный ярости взгляд.
– Я вижу, ты порылась в вещественных доказательствах с места преступления, Антонелла, – сказал Маттео по-итальянски, затем, переключившись на английский, продолжил: – Скажи мне – бедный детектив Эйвери знал, что ты позволила ему лизать свою тугую маленькую киску только потому, что тебе нужно было подслушать мой частный разговор с Кларксоном Лью…
Все слилось в темно-синее пятно, когда Джетт ринулся через скамью по направлению к Маттео, словно олимпийский барьерист. Грей каким-то образом успел встать между ними, одна его рука уперлась в грудь Джетта, другая вытянулась в сторону Маттео, на лице которого застыло точно такое же выражение, как у Христа на висящей неподалеку картине «Предательство Иисуса».
– Оставь, Джетт…
– Папа! – Ариана сделала вид, что шокирована словами отца, хотя Нелла не была уверена, связано ее возмущение с тем, что Маттео упомянул вагину другой женщины, или с тем, что он сделал это в церкви.
– Отпусти его, Грейсон, – протянул Маттео, и его губы изогнулись в усмешке. – Нападение в природе этой сторожевой собаки, он не способен контролировать себя. – Он повернулся к Нелле, словно между ними возникло некое взаимопонимание.
Она собрала все силы, чтобы не швырнуть в его хирургически исправленный нос сборник гимнов, лежащий у ее колена. Бей по болевым точкам. Это был единственный совет, который она восприняла от отца. Хотя он дал его ей во время бесконтактной игры в нетбол, на которую пришел лишь потому, что вратарем была дочь владельца пивоварни, которую он пытался купить. Нелла адаптировала этот принцип для собственных нужд в юридической практике.
– У твоего отца есть дом около Милана, на озере Орта, – сказала она, повернувшись к Ариане.
Та приподняла бровь, словно говоря: Ну и что? А еще он владеет тремя футбольными командами.
– Мой адвокат… – Нелла сглотнула. – Мой покойный адвокат считал, что в том доме есть некое доказательство того, что законный владелец рецепта сангве – моя семья.
Выражение лица Арианы не изменилось, но по участившемуся дыханию Нелла догадалась, что ее настоящее сердце под вытатуированным на груди бьется часто и прерывисто.
– Разумеется, твой отец не желает, чтобы я заполучила это доказательство.
– Я не хочу видеть Барбарани на моей территории, – прошипел Маттео. – Это не одно и то же.
– А если у меня будет сопровождающий? – спросила Нелла. – Кто-то, кто может нас туда провести? Я полагаю, это как-то связано с аббатством – ведь именно там находится ключ, верно?
– Ариана. – Маттео прошел мимо Грея. – Andiamo[24]. Мы уходим.
– Как сказал Грей, – продолжила Нелла, – сейчас к твоей голове не приставлен пистолет, как было в том подвале в прошлом июле.
– Ариана! – У Маттео даже побагровели уши, но его дочь не двинулась с места. Взгляд ее сапфировых глаз метался между Макс, Греем, Неллой и Джеттом, словно заново проигрывая те моменты прошлой зимы.
– Я уже говорила вам…
– Ты говорила с ними? – возмутился Маттео. – Когда?
– Ты сказала нам, что не можешь помочь нам выяснить детали насчет Кларксона, – вмешался Джетт, – но сейчас все иначе. Ты ничем не рискуешь. И если твой отец и вся твоя семья так уверены, что вы имеете право на рецепт сангве, то никаких доказательств противного в доме на озере Орта нет. Верно?
Ариана бросила взгляд на Макс.
– Если я соглашусь, мой долг будет считаться выплаченным? Вы ни о чем больше не будете меня просить?
– Ариана! – Маттео уже был темнее тучи. – Ты ничего им не должна! Вина
