подходит ближе.
– Эй, ты чего? – Заглядывает в лицо и хмурится. – Алис, мне не нравится твое лицо.
– А, все хорошо. Прости меня. – Все же не удается сдержаться, и я всхлипываю.
– Эй, ты чего это? Ма, подержи-ка Настю.
Татьяна испуганно смотрит на меня, но дочь принимает, и Настя затихает.
– Простите меня, пожалуйста, – шепчу я.
Меня притягивают к себе. Замечаю, что Татьяна незаметно оставила нас с Денисом наедине.
– Что случилось?
– Просто я только сейчас поняла, что я натворила, когда уехала два года назад, – хриплю, потому что держать себя в руках не остается сил.
Меня крепче стискивают и гладят по волосам.
– Прекрати, лисенок. Все хорошо, – шепчет Денис, уткнувшись в макушку. – Ну ты чего это, малышка? Ты же знаешь, мне самому больно, когда ты плачешь.
– Я такая дура! – продолжаю беззвучно реветь у него на груди. – Я лишила Настю отца и родных. Просто из-за своего эгоизма. Если бы я не сбежала, твой отец был бы в порядке, и Настя бы…
– Тш-ш-ш. – Меня начинают укачивать в объятиях. – Это прошлое, и его не изменить. Если бы я не выпил и не сел за руль, мой отец был бы в порядке. Я уже пережил ту боль, лисенок. А ты… ты ни в чем не виновата. Ты подарила мне дочь, и сейчас ты рядом.
– Но могло же быть все иначе!
Отстраняюсь и поднимаю мутный взгляд. Лицо Дениса расплывается, но я вижу, как он волнуется из-за моей внезапной истерики.
– Могло бы, а еще могло бы и не быть иначе. Главное – то, что в настоящем. А прошлое пусть там и остается. Я ни в чем тебя не виню, Алис. И ты не вини себя. Мы все преодолеем.
Шмыгаю носом и киваю. Денис прав, я не в силах изменить прошлое.
– Пойдем, а то мама сейчас с Настей там натворят делов.
Округляю глаза и отскакиваю от Дениса. Он хохочет, а меня отпускает. Неуверенно улыбаюсь.
– Да не шугайся ты так, ничего плохого мама не сделает дочери.
– Я, вообще-то, не за это переживаю.
Выходим в гостиную. Там Татьяна сидит с Настей на полу и показывает ей какие-то картинки.
– О, а мы тут вот нашли чем заняться. – Улыбка матери Дениса согревает меня, и я тоже улыбаюсь в ответ. – Алис, ты прости за мою реакцию, я не собиралась никого винить. Просто все это так неожиданно.
– Это вы меня простите. Слишком много волнений, вот я и поплыла.
Настя подходит к отцу и дергает его за джинсы. Денис тут же подхватывает ее на руки.
– Ну что, с дедом идем знакомиться? – Бросает вопросительный взгляд на меня.
Киваю. Не вижу препятствий.
– Папа не спит?
– Когда я от него уходила, не спал.
– Как думаешь, как он отреагирует?
Татьяна только качает головой и пожимает плечами:
– Мой муж прикован…
– Мне Денис рассказывал, – перебиваю ее, потому что вижу, как сложно ей даются слова. – Мне очень жаль.
Татьяна только сдержанно кивает.
Глава 29
Денис
Сам волнуюсь, как пацан, но всеми силами пытаюсь скрыть свое состояние. Никому от моего волнения лучше и легче не будет. Алиске так точно, вон как распереживалась.
Подхватываю Настю и помогаю маме встать с пола.
– Денис, а что с глазками у Настеньки? – шепчет мама, подойдя ближе, чтобы Алиса не услышала.
– Ну, мы, собственно, поэтому и прилетели.
Не считаю нужным понижать голос. Мне нечего скрывать ни от Алисы, ни от мамы. Поднимаемся по лестнице. Алиса идет за нами, немного отстает, но, я уверен, слушает, о чем мы говорим.
– У Насти нистагм, и нужна операция, хотя это уже неточно.
– А, так вот для чего ты спрашивал связи в медицине!
Киваю. Останавливаюсь возле комнаты отца. Сердце ускоряется, а дыхание замедляется. На лбу испарина. Как отреагирует отец? Что скажет? Или вообще проигнорирует.
– А почему насчет операции сомнения?
Мама продолжает интересоваться по поводу приобретенной внучки. И я не виню ее. Она такая, вот должна быть в курсе всего, и я за это ее люблю. Потому что, если бы не она, мы бы с отцом просто не протянули.
– Клиника, в которой Настю наблюдали, пыталась обмануть нас, и если бы не Денис, то неизвестно, чем бы все закончилось. Врач, который вел Настю, решил, что меня как мать-одиночку можно оставить в дурочках.
– А подробнее? – Мама оборачивается на голос Алисы и хмурится.
– Нам сказали, что операция вместе с реабилитацией обойдется нам в восемьсот тысяч.
– Кстати, мы еще не поговорили насчет денег, – недовольно бурчу, потому что за всеми этими делами совсем забыл спросить у Алисы, откуда у нее пятьсот тысяч.
Алиса морщится, но продолжает:
– А когда мы приехали подписывать договор, то оказалось, что там не прописан пункт про реабилитацию.
– То есть вам сделали бы только операцию?
– Скорее всего. – Алиска пожимает плечами. – Но Денис был с нами и прочитал документы. Он-то и засомневался в честности клиники.
– Ага, я на них еще проверку натравлю, когда разгребемся немного, – выплевываю, ощущая, как каждую клеточку пронзает раздражение.
Ненавижу, когда меня держат за идиота!
– Это правильно. Мало ли кто еще пострадал от их рук, – взволнованно бормочет мама. – Ну что? – резко выдыхает и берется за ручку двери.
Сердце пропускает удар, когда дверь распахивается, и я цепляюсь взглядом за лежащего отца. И все слова, что
