«Надо поподробнее расспросить Эсканобу, — решил Брегант. — Если еще не поздно и этот мерзавец не успел воспользоваться перстнем, но это уже не в моей власти. Даже предупредить ведь короля не успею… Экая незадача!»
Однако, встреча с офицером ничего нового к мыслям советника не добавила: кольца у убитого грабителя не нашли, куда делся второй — неясно, так что по-прежнему полный мрак.
— И еще, — помедлив, доложил в конце Эсканоба, — тут в городе произошло несколько не совсем понятных событий…
— Ты о чем? Каких еще событий? — вздохнул генерал.
Эсканоба рассказал про убитого неизвестного, который заходил к цирюльнику, к которому, в свою очередь, наведывались некоторые из известных нобилей, а именно, граф Этельстейн и сын советника Патриана Тасвел.
— Что же ты сразу не сказал мне об этом? — вскричал Брегант. — Теперь мне многое понятно. Где этот цирюльник?
— Тут еще более странно, — на лице офицера появилась усмешка, — Этот брадобрей, видишь ли, уехал на охоту вместе с двором.
— Ничего себе! — присвистнул генерал. — Зачем цирюльник едет на королевскую охоту?
— Я то же самое спросил у дознавателя, — ответил Эсканоба. — И он мне не мог ничего сказать, и я тебе не могу ответить. Не знаю…
— Зато я, кажется, знаю, — сокрушенно заметил Брегант. — говоришь, у этого убитого записочка оказалась в кармане?
— Точно так, — кивнул головой офицер. — «Чья сила, того и действие». Не очень понятно, но именно так было написано на клочке пергамента.
— Этот убитый, цирюльник, граф Этельстейн и сын Патриана Тасвел как-то связаны между собой. Я еще могу понять отношения графа и сына советника, молодой человек вроде бы добивался руки его падчерицы. А вот что общего между цирюльником и нобилями? Ты можешь мне сказать?
Эсканоба в ответ только развел руками.
— Никого не подозревают в убийстве падчерицы Этельстейна?
— Никого, — покачал головой офицер.
— Значит, она тоже каким-то образом замешана во всем этом, — решительно сказал Брегант. — Не бывает таких совпадений. Да, — он обхватил голову ладонями, — я совершил серьезную промашку. Теперь все в руках богов…
Он не договорил и на мгновение задумался.
— Эсканоба! — голос советника звучал решительно и твердо — прошлого уже не вернешь, теперь нам так или иначе надо действовать.
Офицер выпрямился, вопросительно глядя на собеседника.
— Во-первых, если я не ошибаюсь, а боюсь, что это так и есть, — Брегант загнул палец, — граф Этельстейн с сообщниками задумал убрать Конана. Похоже, что кроме них в заговоре замешаны тот купец, брат твоего приятеля, бывший дворецкий Гаримет и еще многие, кого мы не знаем.
Он смотрел на Эсканобу, но у того на лице не дрогнул ни один мускул: к подобным поворотам событий офицер привык давно.
— Может быть, еще не поздно, — Брегант загнул второй палец, — и мы можем предотвратить самое скверное. Надо послать верного человека к королю, пусть он немедленно предупредит его об этом.
Эсканоба кивнул:
— Сейчас же пошлю Малера.
— В-третьих, — продолжал генерал, — Конан вылезал и не из таких передряг, и просто так в руки этим мерзавцам не дастся. В-четвертых, распорядись, чтобы на все дороги, ведущие на север, выслали отряды армии с приказом арестовать Этельстейна и всех, кто будет с ним. У него не должно быть много вооруженных людей и нам неизвестно, где он сейчас. Ждут удобного случая, наверное. И потом, вряд ли в рядах заговорщиков высшее командование войск, иначе никаких заколдованных перстней не понадобилось бы, и я не уверен, что король, даже такой воин как Конан, смог бы противостоять всей армии. Вот так. Эти ублюдки рассчитывают на то, что втайне расправятся с королем, а когда всем объявят о его смерти, не найдется охотников защищать убитого варвара и противостоять заговору. Все просто смирились бы с узурпатором, вот и все.
— Ты так думаешь? — позволил себе усомниться Эсканоба. — Я не думаю, что, например, Паллантид…
— Я не говорю специально о ком-то, но ты же не первый день живешь на свете, — укоризненно перебил его генерал. — Помнишь заговор Аскаланте? Разве Больмано, граф Карабана, или Дион, барон Атталуса, что пытались вместе с ним скинуть Конана с трона, не считались преданными королю людьми? Так что действуйте, не медля.
Глава восемнадцатая
Недалеко послышался лай собак, и из зарослей вынырнул егерь. Он был в сильном возбуждении, на лице мужчины был написан страх.
— Король! — выдохнул охотничий. — Там такое!
— Что вы там отыскали такое уж страшное? стараясь отогнать собственную тревогу, проворчал варвар, направляя коня вслед за егерем.
Когда всадники выехали на тропку, огибавшую подковообразный склон, их встретил мрачный Паллантид.
— Клянусь Кромом, я подумал, что вам должен был встретиться сам владыка Серых Равнин, такая перекошенная рожа была у твоего посыльного! — сказал киммериец.
— Поехали за мной, сам увидишь, — ответил командир Черных Драконов. — Было от чего перекоситься, зрелище не для слабых.
Совсем скоро, проехав вдоль тропы, король увидел то, что так напугало охотничего: на открытом месте, где деревья расступались в стороны, образуя небольшую поляну, лежали шесть человек — однако назвать их людьми язык уже не поворачивался.
Пораженным взорам предстали скелеты с немногочисленными кусками сохранившейся плоти, по которым совершенно невозможно было определить, кто были эти люди.
Пятеро из них, судя по платью, были слугами какого-то важного господина, может быть, его охраной, поскольку рядом с ними валялись луки, дротики, на поясных ремнях болтались сабли. Шестой, по всей видимости, и был тем самым нобилем — его одежда отличалась щеголеватостью покроя и обилием золотого шитья.
— Да!.. — буркнул киммериец, вглядываясь в останки. — Не иначе проделки нашего большого приятеля Сета. Как ты думаешь, Паллантид?
Тот пожал в ответ плечами.
— Странная картина, — один из гвардейцев пощупал одежду. — Совсем новенькая, никакого намека на тление, а тела… — он недоуменно посмотрел на Конана, возвышавшегося над ним в седле. — Как будто черви обглодали.
— Колдовство, не иначе, — киммериец был совершенно уверен, что перед ним — страшные последствия чьих-то магических действий, на полных опасностей дорогах его жизни ему не раз приходилось сталкиваться с подобным. — Эти маги, Сетово отродье, способны сотворить и не такое. Мне не единожды приходилось попадать в похожие переделки. Вот как-то в Немедии…
Конан говорил, стараясь отвлечь внимание своих людей от развернувшейся перед ними жуткой картины. Действительно, при упоминании о Немедии по рядам слушателей прошел сдержанный ропот: аквилонцы всегда не слишком жаловали своих северных соседей.
