Конан говорил, стараясь отвлечь внимание своих людей от развернувшейся перед ними жуткой картины. Действительно, при упоминании о Немедии по рядам слушателей прошел сдержанный ропот: аквилонцы всегда не слишком жаловали своих северных соседей.
— Там встречаются и приличные люди, — заметил варвар, в очередной раз вспомнив юную герцогиню Хельсингера, — но должен согласиться: мерзавцы в этой стране встречаются чаще, чем в иных, ну, разве что со Стигией сравнить можно… Так вот, тот колдун опутал меня паутиной, которая ни двинуться, ни вздохнуть толком не позволяла. И хохотал при этом, — киммериец скрипнул зубами, вспомнив издевательство мага. — Потом ему это отлилось полной чашей, — с явным удовлетворением продолжал он. — Слава богам, хоть кровь не высасывала эта мерзость, как здесь. Хотя, как сказать, — задумчиво продолжал Конан, — их смерть, может быть, была полегче той, что уготовил мне тогда этот мерзавец по имени Краутвурст. Похоже, эти люди умерли достаточно быстро.
— Как же ты выбрался? — осмелился спросить Тагмор, который только что подъехал с еще несколькими гвардейцами.
— Совсем просто, — повернулся к нему король, — эти придурки, тоже, случается, допускают ошибки. Этот болван не учел, что его паутина расползается от воды, — редко, наверное, издевался над людьми таким способом. Я простоял полдня на жаре, спеленутый вместе с конем, словно шелковичный кокон. Не то что почесаться, вздохнуть глубоко не мог и уже представлял, как сгнию заживо, но вдруг налетела гроза. Видимо, боги решили, что мой земной путь еще не окончен, и через какое-то время вся работа мага пошла насмарку. Никогда в жизни я так не радовался дождю, клянусь милостью Митры!
— А что колдун? — спросил кто-то из гвардейцев.
— Колдун-то? — переспросил киммериец. — Крепкий, надо признать, оказался негодяй. Он еще разок попытался со мной справиться, только я вновь ускользнул от его чар, а уж потом… — довольная усмешка тронула губы Конана. — Когда мы встретились в последний раз, он сгорел на моих глазах, объятый синеватым пламенем.
— Просто взял и сгорел? — спросил Тагмор.
— Ну, не совсем просто так, — скромно ответил варвар. — Колдун тот был истинным слугой тьмы, и когда я сломал принадлежащую ему же золотую фигурку Сета, все кончилось в один миг. Как говорится, даже на проворную мышь всегда найдется ловкий кот. Все в мире связано, — назидательно закончил он и вновь обратил свой взгляд на лежащие перед ними останки. — Нам, пожалуй, здесь делать уже нечего, но кто эти люди, я мог бы догадаться. Возьми пока что с собой вот это, — показал он егерю на валявшуюся у трупа нобиля перчатку, расшитую по обшлагам золотыми нитями, — сдается мне, при жизни этот человек был сыном советника Патриана. Покажем отцу, он скажет точно.
— Но он также может быть и сыном генерала Бреганта, — возразил Паллантид, хранивший до этого молчание.
— Думаю, что моя догадка вернее, — ответил киммериец. — Ты вспомни, что все слуги Альгиманта находятся в лагере, а этот явно был в сопровождении своей охраны.
— Возможно, — согласился командир Черных Драконов, — я как-то упустил это из виду.
— На то я и король, чтобы держать в голове все, и, видят боги, не знаю, зачем я держу при дворе такое количество советников, с деланным вздохом заметил Конан и, уже серьезно, добавил:
— А теперь нам надо отыскать Альгиманта. Действуй, Тагмор! — приказал он офицеру гвардейцев. — Сдается мне, парень где-то совсем неподалеку.
В тот же миг он ощутил дрожь медальона.
«Какого демона еще? — выругался про себя варвар. — Экая проклятая штуковина!»
Он оглянулся по сторонам. Ему показалось, что в глубине леса сгущается странное темное облако.
«Эге, а вот, похоже, и червячок, что обглодал косточки этих ребят, — подумал варвар, — надо убираться отсюда, и побыстрее».
— Эй! — крикнул киммериец, обращаясь к своим спутникам. — Смотрите!
Все повернулись в сторону, куда указывал Конан, и некоторые из гвардейцев не смогли сдержать крика ужаса: облако выплывало из леса, закрывая небо.
— Живо! За мной! — скомандовал король, хлестнув коня.
Всадники бросились по тропе, стараясь уйти от темной массы, что стремительно охватывала их с двух сторон. Мгновение спустя стало ясно, что вряд ли они смогут осуществить свое намерение, потому что черное облако передвигалось гораздо быстрее их лошадей.
«Огонь! Огонь!» — густой голос, казалось, прозвучал прямо в голове киммерийца.
— Тагмор! Зажигай факелы! — Конан, не раздумывая, повиновался своему неведомому советчику. — Нам все равно не уйти! Да шевелись ты, рога Нергала тебе в зад!
Он выхватил факел у замешкавшегося солдата, вытащил свое кресало и зажег огонь. Тут же рядом вспыхнуло пламя в руках гвардейцев.
И вовремя!
Черное облако почти накрыло их, и люди уже начали чувствовать противное покалывание на теле, однако разгоравшийся огонь заставил колдовскую массу остановиться.
— Все в кучу! — закричал Конан, быстро сообразивший, как надо действовать. — Спешиться и укрыться под лошадьми! А вы, с факелами, встаньте по сторонам!
Все повиновались командам варвара, спрыгнули с коней, и в потемневшем воздухе виднелись только круги пламени.
Это киммериец и те, у кого в руках были зажженные факелы, размахивали ими, пытаясь разогнать черное облако.
Если бы Конану кто-нибудь сказал, что таким простым способом можно противостоять колдовским, он рассмеялся бы советчику в лицо, но теперь он с удивлением наблюдал, как черная масса, нехотя, но все же отступала от них, съеживаясь и становясь менее плотной.
— Давайте! Гоните прочь эту дрянь! — закричал варвар, направляя коня в гущу облака.
Люди с факелами присоединились к своему королю, и облако под напором огня стало быстро рассеиваться, разбиваясь на мелкие части, становясь похожим на утренний туман, и, наконец, с треском и шипением исчезло окончательно.
— Уф! — король смахнул пот со лба. — Мы его отогнали, клянусь Кромом! Эй, как вы там? Все живы?
Гвардейцы и егеря, помаленьку очухиваясь от пережитого ужаса, садились на коней. Все произошло невероятно быстро — они даже не успели отойти на значительное расстояние от того места, где обнаружили объеденные трупы. Люди переглядывались, не в силах поверить в чудесное спасение.
Киммериец посмотрел лежащие в сотне шагах от них тела.
— Повезло нам! — оглядывая спутников, воскликнул он. — Чуть бы замешкались, и быть бы нам такими же, как они. На всякий случай не гасите огонь.
— Как тебе пришло в голову зажечь факелы? — с восхищением глядя на киммерийца, спросил Паллантид. Командир Черных Драконов был поражен.
