– Прекрати вести себя так, словно ты знал его.
– С кем, как ты думаешь, он разговаривал после того, как женился на Стар и осел на острове?
– Хочешь, чтобы я поверила, будто ты стал наперсником Дэвида? После того, что ты натворил?
– Жить в прошлом – не такая уж отличная идея, – произнес он с таким оттенком сострадания, что она какое-то мгновение поверить не могла. – Это осложняет жизнь больше, чем нужно. Я могу тебе помочь.
– Единственное, что ты можешь – оставить меня в покое.
Она бросила тачку и пошагала к дому.
– Ты просто упорствуешь, – не повышая голоса, сказал он. – Что ты собираешься делать, когда туристы покинут остров?
– Уеду с острова, как и все.
– И куда отправишься?
Никуда. Братья ее любили, но не хотели, чтобы она жила с ними – ни она сама, и уж тем более ни она с притащенным двенадцатилетним мальчишкой. Ей некуда идти, и, похоже, Майк это знал.
Бри услышала, что он ее догоняет: даже шагал он куда уверенней, чем она со своей спешной взбешенной походкой.
– Тебе здесь нужны друзья, – сказал Муди, когда Бри дошла до крыльца. – Мира скончалась. Дэвид и Стар покоятся с миром. А с виду у тебя не имеется длинного списка закадычных подруг.
Ни одной, на которую можно рассчитывать. После ухода Скотта вся так называемая поддержка от подруг сводилась лишь к едва замаскированным попыткам посмаковать сочные подробности ее с мужем разрыва. Бри развернулась и встала к Майку лицом:
– Надеюсь, ты упиваешься своей местью. У тебя есть деньги и успешный бизнес. У меня ничего этого нет. Уверена, ты от этого невероятно счастлив.
Он натянул серьезное выражение:
– А что, ты бы прыгала от счастья, видя, что кто-то когда-то тебе небезразличный попал в неприятности?
Она подумала о Дэвиде и Стар, как они причинили ей боль, как сильно она их ненавидела и как отчаянно скучала по ним. Отогнав их образы, Бри сосредоточилась на Скотте и его девятнадцатилетней сексапильной цыпочке.
– Можешь не сомневаться!
К ее удивлению, Майк рассмеялся:
– Хочешь ты это признавать или нет, но я тебе нужен, поэтому лучше смени гнев на милость. В воскресенье я возьму вас с Тоби в церковь. В девять тридцать.
– В церковь?
– Самое лучшее место, чтобы свести знакомства с местными. Но давай условимся о некоторых основных правилах. На людях не выказывай мне неуважение. – Твердость в его веселых глазах встревожила ее. – Не вздумай насмехаться над кем-нибудь из паствы, даже если кто-то начнет бормотать на неведомом языке в приступе религиозного экстаза. И если Нэд Блейкли появился со своей змеей и начнет цитировать Библию, будь вежливой. Церковь – не твой Блумфилд–Хилл, здесь Чарити–Айленд, и люди предаются религиозным обрядам всей душой.
Неведомые языки? Змеи?
Майк улыбнулся, не той неприятной притворной улыбкой, которую она помнила, а от всей души. Узрев ее ошеломленный вид.
– Мне нужно вернуть грузовик Ханку Дженкинсу. Увидимся в воскресенье. Да, и если ты решишь не идти, я передам, что ты хочешь остаться совершенно одна.
– Именно так и хочу, – с нажимом заметила она.
– Точно? – Он все еще улыбался, по–родственному. – Зимы здесь долгие, и люди зависят друг от друга, съедут ли в кювет или у них кончится масло для жарки. Или их детишки – детишки вроде Тоби – заболеют, и понадобится увезти их с острова. – Он поскреб подбородок. – Будь осторожней в своих желаниях, Бри.
Шантаж. Ей хотелось швырнуть что-нибудь, только бы он ушел, но она никогда не устраивала скандалы, не бросали ничего, не визжала. Она была лишь посредственной студенткой и чирлидершей Скотта. И ничего больше.
После ухода Майка Бри вернулась за тачкой и одеялом, которым укрывала прилавок. Только потом она увидела оставленный ей Майком подарок, тот, что, по его словам, мог помочь ей в бизнесе. Не «Скиттлс» и не лимонные конфетки. Майк Муди вступил в высшую лигу. Теперешняя его взятка приобрела вид ноутбука «Макинтош».
Глава 13
Люси обернула вокруг талии пляжное полотенце с мутантами Черепашками-ниндзя и вышла из летнего душа. Она ходила понырять с пристани, но вода в озере была еще холодной, потому купанье не затянулось. Пока Люси закрывала на защелку покосившуюся деревянную дверь, с веранды по лестнице спустился Панда. Судя по промокшей от пота футболке и всклокоченным волосам, он только что отмотал одну из тренировок в компании Темпл.
– Хочу обратно свою спальню, – заявил в очередной раз он, попутно пялясь на влажные плечи Люси и чересчур тонкий верх дешевого черного купальника.
Та подтянула под мышками полотенце:
– Ты охраняешь Темпл. Тебе нужно торчать возле нее.
– Темпл спит, как бревно, а еда под замком. – Он подошел ближе, выйдя из тени на солнце. – Наверху три пустые спальни. Выбирай, какая понравится. Черт, можешь спать во всех трех, если хочешь.
Правда была на его стороне, и вообще-то Люси верила в игру по правилам. Но не в этом случае.
– Сейчас это моя комната. И я ее не уступлю.
– Точно? – Он наклонился ближе, обдавая ее запахом свежего пота и опасности, исходящей от мужчины. – Выселить тебя мне не составит труда. Вспомни, что я больше тебя, сильнее, и у меня отсутствуют моральные принципы.
Не совсем, но близко к правде. Нервная дрожь в животе не пришлась по вкусу Люси, и она скрестила на груди руки.
– Ты не можешь так поступить… тебе ведь тогда придется объясняться с Темпл.
Он все еще выглядел зловеще, но при этом чуточку… надулся?
– На этой кровати наиновейший матрас.
– Ага, наконец-то мы добрались до сути дела. – Матрас и впрямь был райским. Не слишком мягким, в меру твердым, в верхней части с перьевой набивкой. И занимал по значимости второе место после отдельного входа. – Кажется, это единственная мебель в доме, которой ты не пренебрег.
Свирепый взгляд Панды выглядел не очень убедительным.
– Если мне приходится отказываться от своей спальни, то хочу что-нибудь взамен. – Его глаза задержались на ее выступающих ключицах. – Что ты можешь предложить?
Действительно, что?
– Советы по интерьеру.
– Забудь.
– Отмытые до блеска окна.
– Оно мне надо?
Она судорожно шевелила мозгами… Бах, тут ее осенило.
– Хлеб.
Протикало несколько томительных секунд. Панда медленно отстранился, подняв голову:
– Я весь внимание.
– Если ты на час задержишь в бухте Темпл завтра днем, то в кустах на веранде тебя наверняка будет ждать припрятанный каравай свежего хлеба.
Он задумался:
– Она учует его в ту же минуту, как подойдет к дому.
