немногочисленная свита сидела возле его ног и преданно смотрела в глаза хозяина, ожидая новых приказов.
Богомолов не мог воспользоваться стационарным трансмиттером, поскольку сам уничтожил его в прошлый визит сюда, но это и не требовалось. Он расстегнул поясную сумку, достал из нее внешне похожий на большую консервную банку предмет. Откинул верхнюю крышку первого работающего прототипа переносной машины времени. Понажимал кнопки, вводя необходимые параметры. Снова закрыл крышку, аккуратно поставил «консерву» на землю, отошел на шаг назад и стал ждать.
Несколько мгновений ничего не происходило, но вот компактный трансмиттер завибрировал. Над ним появился широкий веер голубоватых лучей. Сквозь него виднелись как будто подернутые дымкой полукруглый металлический ангар и часть массивной опоры спутниковой тарелки.
Богомолов вытянул руку по направлению к низко гудящему, как трансформатор ЛЭП, порталу. Изорги послушно запрыгали на четвереньках к пробою в незримой ткани пространства-времени, исчезая в нем один за другим.
Игорь Михайлович последним шагнул в портал. Из сотканного голубоватыми лучами конуса высунулась его рука, схватила «консерву» и скрылась из виду.
Часть III. Есть цель – нет преград
Глава 15. Попытка номер два
И хотя на этот раз путешествие во времени прошло без нервов, Андрей все равно удивленно посмотрел по сторонам. В голове не укладывалось, как можно в одно мгновение переместиться из Москвы в Припять более чем двадцатилетней давности. Было в этом что-то нерационально-мистическое, тесно связанное с потусторонними силами. Андрей непроизвольно принюхался. Почему-то казалось, воздух непременно должен пахнуть серой. Но, сколько бы он ни сопел носом, ожидания не оправдались.
– Болван! – в сердцах обругал себя Андрей и уверенно зашагал по изрытому трещинами асфальту.
То ли он слишком быстро шел, то ли Семченко где-то подзадержался, но в этот раз Андрей оказался на перекрестке раньше патрульного автомобиля.
Анатолий отвлекся, прикуривая сигарету, увидел внезапно вышедшего из-за кустов незнакомца и чертыхнулся. Внедорожник визгливо заскрипел тормозами и лихо вильнул в сторону. За ним по асфальту тянулись длинные черные полосы. Из окна высунулась вихрастая голова. Анатолий выплюнул зажженную сигарету и злобно рявкнул:
– Ты кто, на хрен, такой?!
Андрей опешил. События развивались вроде бы по тому же сценарию, но с вариациями. Если в прошлый раз Семченко был сама доброта, то сегодня он как с цепи сорвался. Впрочем, Андрей быстро сообразил, что сам во всем виноват, и мысленно поблагодарил водителя. На его месте он бы наверняка вылез из машины и надавал тумаков любителю эффектного появления на дороге.
– Журналист. Хочу снять документальный фильм о сотрудниках электростанции. Люди должны знать в лицо героев нашего времени.
– Допустим, ты действительно журналист. – Голос Семченко немного смягчился, но взгляд остался настороженным. – Только я одного не пойму: ты как здесь оказался?
Андрей просунул большой палец под ремень висящей на плече видеокамеры и застенчиво улыбнулся.
– Отлить захотелось.
– Чего? – Лицо Семченко удивленно вытянулось, рот приоткрылся, глаза стали круглыми, как пятаки.
Не давая водителю прийти в себя, Андрей зачастил, как пулемет:
– Я на автобусе вместе с сотрудниками первой смены на станцию ехал. Утром в гостинице много кофе выпил, по дороге растрясло. Думал, дотерплю, но нет. Пришлось водителя упрашивать, чтобы где-нибудь по пути высадил. Он сначала ни в какую, говорит, рейс по минутам расписан, но я сказал, мне для съемок надо выйти. Типа интересные виды нашел. Освещение сейчас подходящее, в другой раз так красиво снять не получится. Только тогда он остановился, но предупредил, что ждать не будет и мне придется самому топать до станции. Меня, кстати, Андреем зовут.
– Анатолий, – буркнул Семченко, но руки, как в прошлый раз, не подал.
Андрей списал это на проявление недавнего стресса и снова растянул губы в улыбке:
– До станции не подкинешь? Пешком идти долго, а у меня времени в обрез. Начальство командировку выписало на два дня, а материала велело наснимать – недели не хватит.
– Садись, куда тебя девать, – проворчал Семченко. Он хоть и не припомнил, чтобы кто-то из начальства упоминал о предстоящем визите журналиста на ЧАЭС, видеокамера и уверенный тон Андрея убедительно подействовали на него.
Воронцов благодарно кивнул. Придерживая рукой камеру, обогнул спереди тарахтящий «уазик», сел на кресло рядом с водителем и хлопнул дверью:
– Поехали!
Семченко покосился на пассажира, но ничего не сказал. В два захода развернул неповоротливый внедорожник и покатил в обратном направлении по дороге, больше похожей на широкую просеку в лесу.
– Курить будешь? – Анатолий достал из бардачка помятую пачку сигарет.
Андрей помотал головой:
– Бросил.
– Молодец, не то что я. Столько раз пытался, ни черта не получается.
Семченко вытащил зубами сигарету из пачки. Щелкнул зажигалкой, глубоко затянулся, выпустил дым из ноздрей.
Андрей сунул руку в карман куртки. Коробочки с мятными драже не было. Видимо, оставил дома или обронил в лаборатории отчима. Может, поэтому события развиваются не совсем по тому сценарию?
– Хочешь, я тебе стихи почитаю? – неожиданно предложил Семченко, держа одну руку на руле, а другой поднося сигаретный фильтр к губам. – Сам написал сегодня утром. Правда, они немного грустные. Настроение у меня такое, видимо.
– Хочу, – кивнул Андрей и подумал: «Очередное отличие. Интересно, сколько их еще будет?»
Анатолий затянулся, деликатно выдохнул дым в открытое окно и, глядя на дорогу, завыл нараспев:
– Поставьте на моей могиле черный крест.
И пусть к нему идут с окрестных мест.
На нем вы напишите белой краской:
«Он жизнь окончил смертию ужасной.
Он не повесился, и он не застрелился,
А перерезал горло, когда брился».
– Да, дружище, – Андрей цыкнул зубом и покачал головой. – С твоей хандрой без бутылки не разберешься.
– Есть что предложить? – усмехнулся Семченко, снова затянулся и стряхнул пепел с наполовину выкуренной сигареты на пол кабины.
– С собой нет, но могу купить. Правда, я пас, мне репортаж делать надо.
– Ну так и я по утрам не пью. – Анатолий в три затяжки дотянул сигарету до фильтра, выбросил окурок в окно и поинтересовался: – Вечером пропустим по рюмашке-другой?
– Почему нет?
– Значит, договорились. После работы увидимся, и ты покупаешь водку, как обещал. Я приеду за тобой на станцию. Не вздумай обманывать.
Андрей сделал честные глаза и прижал руку к груди:
– Да ни в жисть! Не поверишь, сам хочу расслабиться в приятной компании.
В предвкушении дармовой выпивки Семченко повеселел и весь остаток пути травил анекдоты. Андрей удивленно посмотрел в окно, когда «УАЗ» проезжал мимо городской комендатуры, но ничего не сказал. Лишь сделал в уме еще одну
