что-то разглядеть. Как может выглядеть дверь подземного хода? Что я ищу?
Я огляделся и снова поднялся на ноги, потоптался на месте. Что-то брякнуло металлически под каблуком сапога. И через секунду я уже разгребал мусор ладонью, настолько увлёкшись поисками. Ржавые кольцо и простой запор, мне даже хватило сил сдвинуть его вбок. Я ухватился за кольцо двумя руками, убрав свечу на кусок битого камня, упёрся, широко расставив ноги. Рыхлая земля поехала под каблуками, блин, это стоило мне немалых усилий.
Тяжёлая дубовая дверь на ржавых петлях подалась мне навстречу, а в полу открылся чёрный лаз.
Опа на! Я нашёл его… Вот он — подземный ход! Я, оказывается, всё это время жил в башне первого луча. Вот так вот!
Я склонился вниз, подсвечивая огоньком свечи. Каменные пыльные ступени уходили вниз, в чёрную густую темноту. Лезть туда с огарком свечи я не рискнул. Эх, был бы надёжный фонарик… Но не сейчас. Утром кто-нибудь может начать искать меня на завтрак или мало ли что ещё кому понадобится. Я смогу спуститься сюда только ночью.
Сердце моё возбуждённо стучало в груди. Вся эта ночь была насыщенной — я понял, что умею читать и явно заработал переизбыток информации, проглотив разом две книги. А ещё я нашёл путь, который выведет меня на свободу. Я покину Лоранд, найду это старое заброшенное кладбище и склеп Малого Ортуса. И уйду из этого мира.
Только не надо торопиться, ради Бога. Надо хорошо всё продумать, проверить этот лаз и найти способ уйти от замка. Не пешком же я смогу это сделать, и, думаю, я смогу добраться до Ортуса не за один день. А это значит, что свой побег я должен хорошо продумать, основательно приготовиться и всё тщательно спланировать. Попытка у меня будет только одна.
Глава 15.1
Я всё готовил к своему побегу. Старался всё взвесить и всё предугадать наперёд. Я не мог уйти верхом: для этого мне нужен был конь, а вывести коня из Лоранда и спрятать где-то не заметно — нереально в принципе. Уходить пешком тоже бесполезно, первая же погоня меня поймает. Но я обдумывал этот вопрос, пока меня не осенило.
Лодка! Мы с Вирагом вытащили из реки лодку, и она, скорее всего, так и лежит ещё на берегу Ронды никому не нужная.
Теперь вставал другой вопрос — я не умел плавать, боялся воды и не знал, как грести вёслами. Видел это только в кино, а этого мало. Допустим, течение сейчас в Ронде большое, после столько-то дождей, река унесёт лодку и без вёсел, нужно только направлять, чтобы не воткнуться в какую корягу или косогор, то есть, нужно держаться середины реки. Вот тут я и побаивался большой воды, хватит ли мне смелости воплотить мой побег?
Но я надеялся на себя, хотел верить, что в нужный момент я всё же соберусь и не струшу, научился же я ездить верхом и стрелять из арбалета, может, научусь и в лодке по реке плыть…
Я облазил подземный ход в первую же ночь после того, как его нашёл. Всё, конечно, за многие годы выглядело заброшенным и не видевшим человеческих рук долгие-долгие годы. Но сработано всё было на совесть, ход достигал человеческого роста, в нём можно было ходить, почти не пригибаясь, и ход нигде не просыпался и не обвалился, чего я боялся. Да, кое-где камни, что облицовывали потолок и стены, конечно, попадали и покрошились от времени, но пройти со светом можно было. Предки мои сработали подземный ход грамотно, знали, что делают.
Стены и потолок хода были выложены плоскими камнями, а пол оставался земляным, кое-где сырой, видно, сказывалось близкое течение реки, но это всё преодолимо.
Я побоялся использовать под землёй факел: он чадил и много сжигал кислорода, я ожидал завалов и тупиков, не знал, как будет с воздухом, поэтому взял с собой только свечи, хотя света от них, конечно же, меньше, чем от факела.
Ход вывел меня почти к самой реке в стороне от замка, он был прямо в косогоре, тоже — деревянная дубовая дверь, засыпанная землёй. Я вылез ночью, рядом шумела Ронда, и мне казалось, что река близко-близко. До лодки по моим приблизительным прикидкам было ещё далеко, но это всё преодолимо. Конечно, подземный ход вывел меня далеко от действующего брода. Кто знает, может быть, когда строили и копали этот проход, брод мог быть в другом месте. Река же меняет русло постоянно, двигается, и брод тоже смещается вслед за ней. Может быть, когда-то в прошлом брод был как раз рядом с пролазом, сейчас же до него надо было идти.
Над косогором стояли деревья, и ветви ив спускались вниз, скрывая вход и дверь. Интересно, это было продумано сразу, или эти деревья выросли уже позже, закрыв от посторонних глаз выход подземного лаза? Глянуть бы при свете дня, как выглядит это место со стороны.
Изнутри, конечно, выбраться было сложно, нелегче, чем открыть первую дверь под лестницей башни в Лоранде. За долгие годы бездействия всё заросло землёй и затянулось корнями. Видит Бог, проковырялся я долго, пока, наконец, вылез под открытое небо.
Я помнил прохладу ночи, свежий воздух после затхлого подземелья, я дышал свободой. Я сумел выбраться за стены Лоранда, а это вселяло в меня надежду. Рано или поздно я буду свободен и уйду отсюда.
Все эти дни с этим подземным ходом я не спал по ночам, отсыпался днём, как нерадивый студент. Все подумали, что я приболел и не трогали меня, не звали на обед и ужин, не доставали вопросами, а горничные приносили еду мне в башню. Всё это было мне на руку.
У меня было время всё обдумать, мало того, ту еду, что мне приносили, я заворачивал в чистую ткань, что нашёл в сундуках, и прятал под лестницей своей башни. Яблоки, куски пирогов, жареную рыбу, печёное мясо, варёные яйца в неразбитой скорлупе — я тщательно отбирал то, что могло храниться хотя бы пару-тройку дней. Я не хранил это всё в своей комнате: там было тепло от камина, поэтому держал все запасы ближе к улице и
