облегчение, смешанное с остатками шока. Они не понимали, как она это предугадала, но результат был налицо — они избежали катастрофы. Игорь поймал взгляд Алисы. Та молча подмигнула ему, проводя рукой по лбу в жесте «фух, пронесло».
Эйфория от успешного завершения аврала витала в воздухе, но длилась ровно три секунды. Её прервал Семён Семёнович, который встал посреди зала, приняв официальную позу, и откашлялся.
— Коллеги! — начал он душным, назидательным тоном. — Ситуация, безусловно, была крайне напряжённой. Однако это не повод для расслабления! Я заметил, что в моменты пиковой нагрузки некоторые сотрудники позволяют себе неконструктивные методы борьбы со стрессом. — он многозначительно посмотрел на людей, сидящих в зале.
— Запомните: удовлетворять свои низменные позывы в рабочее время — будь то курение в неположенных местах, употребление энергетиков сверх нормы или… — он сделал многозначительную паузу, — телесные контакты, отвлекающие от работы, — категорически недопустимо!
По залу пронёсся сдавленный смешок. Алиса покраснела и уткнулась в монитор.
— Справляться со стрессом нужно цивилизованно! — продолжал Семён Семёнович, довольный производимым эффектом. — Например, я в подобных случаях практикую дыхательную гимнастику по методу Бутейко! Или составляю подробный план действий на ближайшие две недели! Также рекомендую вести таблицу Excel для мониторинга вашего пульса в течение дня! Это дисциплинирует и отвлекает от ненужных мыслей!
Кто-то громко вздохнул. Кто-то закатил глаза. Но Семён Семёнович, не замечая этого, с важным видом отбыл к своему рабочему месту, оставив после себя шлейф неловкости и лёгкого раздражения.
Игорь, просидев ещё минут двадцать и убедившись, что паника окончательно улеглась, поднялся с кресла.
— Куда путь держишь? — тихо спросила Алиса, не отрываясь от монитора.
— Справлять малую нужду, разрешите? — так же тихо, но с ухмылкой парировал Игорь. — По методу Бутейко, разумеется. Дышу и… расслабляюсь.
— Только смотри, не составь там таблицу Excel, — фыркнула она в ответ.
Он вышел в коридор и направился к мужскому туалету. Зайдя внутрь, он сразу услышал приглушённые звуки из дальней кабинки — сдавленное женское хихиканье и низкий мужской смех. Игорь на секунду замер. Затем, сделав вид, что ничего не замечает, подошёл к писсуару.
Пока он делал своё дело, из-за двери кабинки доносились шёпот:
— … ну я не могу, он же заметит!
— … да ничего он не заметит, все на работе…
— … тише ты!
Игорь, закончив, с иронией посмотрел на дверь кабинки. «Неконструктивные методы борьбы со стрессом, ага», — подумал он. Он громко спустил воду, демонстративно подошёл к раковине и начал мыть руки с преувеличенным шумом, давая парочке понять, что они не одни.
Шёпот за дверью мгновенно стих. Игорь, умывая руки, с озорной ухмылкой громко сказал в сторону кабинки: — Ай-яй-яй… Нехорошо. А если бы тут был Семён Семёнович со своим секундомером и таблицей для мониторинга… морального облика?
Из-за двери послышался сдавленный вздох облегчения и знакомый голос Василия, того самого трейдера, который в свой первый день сорвал крупный куш.
— Игорь? Это ты, новичок?
— Ага, я самый, — ответил Игорь, вытирая руки.
— Фух… Ладно хоть ты, — выдохнул Василий из-за двери. — Ты же… никому не проболтаешься?
— Конечно нет? — флегматично ответил Игорь. — Но вы-то уж поаккуратнее. Вас было отлично слышно. Так что «отчёт» вы тут составляйте потише.
— Да мы тут с… э-э-э… мы тут срочный отчёт по котировкам составляем! — попытался выкрутиться Василий.
Из-за двери донёсся новый сдавленный женский смешок, который тут же попытались заглушить.
Игорь не удержался от последней шутки:
— Понял-понял. Главное, чтобы котировки не помешали вам… завершить слияние активов. Удачи!
Он вышел из туалета, оставив за дверью красноречивую тишину. На его лице играла улыбка. Похоже, в этом офисе «конфиденциальные поручения» и «срочные отчёты» были куда более распространённым явлением, чем можно было подумать.
Игорь шёл к своему рабочему месту с лёгкой, понимающей ухмылкой. Алиса, заметив его выражение лица, приподняла бровь и тихо спросила:
— Ты чего это такой довольный, как кот, сметану слизавший? Ты что там в туалете делал?
Игорь, садясь в кресло, многозначительно посмотрел в сторону коридора. Как раз в этот момент оттуда вышел Василий, стараясь придать лицу максимально деловое и отрешённое выражение. За ним, с интервалом в пару секунд, появилась его соседка по рабочим столам, девушка по имени Кристина.
Ей было лет двадцать пять. Стройная, почти модельной худобы, в идеально сидящем строгом костюме, который, однако, не мог скрыть изящных линий её фигуры. Длинные светлые волосы были собраны в тугой пучок, но несколько выбившихся прядок выдавали недавнюю суматоху. Её лицо с тонкими чертами и большими глазами было раскрасневшимся, и она старательно смотрела в пол, быстро проходя к своему месту.
— Да вот, — тихо прошептал Игорь, наклоняясь к Алисе, — застукал людей, за тем как они выполняют годовые планы по повышению… корпоративного духа.
Алиса фыркнула, прикрывая рот рукой.
— Ужас! Как так можно? Это ж надо… в рабочее время! — она качала головой с притворной строгостью, но в её глазах прыгали весёлые чертики.
— Да уж, — вздохнул Игорь с наигранной праведностью. — Я бы себе такого никогда не позволил.
— И я тоже, — тут же подхватила Алиса, играя в ту же игру.
Затем Игорь, понизив голос до интимного шёпота, добавил:
— Может, тогда повторим вчерашнее? Раз все тут такие грешники.
Лицо Алисы мгновенно стало серьёзным. Она покачала головой.
— Нет. И вообще, я жалею, что это было. Хотя… тогда очень сильно хотелось, — она поморщилась. — Но с тобой я больше пить не буду, чтобы попа больше не болела.
— Ну так у тебя ведь есть и другие… дырочки, — не унимался Игорь, уже чисто из спортивного интереса.
Алиса рассмеялась, но тут же снова стала серьёзной.
— Это — для будущего мужа. А не для тебя.
— Как жаль, что я больше не смогу побывать… в тебе, — с комичной патетикой произнёс Игорь.
Алиса ничего не ответила. Она просто улыбнулась чуть заметной, загадочной улыбкой, глядя на мелькающие цифры на своём экране, и погрузилась в работу.
Игорь тоже продолжил работать, как вдруг в его голове всплыла утренняя фраза Виктории: «Я не переношу, когда ко мне подлизываются». Хм, — ехидно подумал он, — это как раз таки она очень даже сильно «любит». Только в буквальном смысле.
Он тихо хмыкнул себе под нос, представив картину.
Как будто поймав его крамольные
