герой, которого не держали опухшие ноги, растянулся на полу, но тут же приподнялся на руках и пополз, отталкиваясь локтями, в угол, подсказанный голосом.
Сестры подняли жуткий визг, и заметались по помещению в панике забыв в какой стороне выход, это сыграло на руку нашему богатырю, давая лишние минуты на то, чтобы прийти в себя, и хоть немного восстановится.
Медленно, очень медленно ноги обретали чувствительность. В неосвещенном факелами углу он нашел то, что искал. Меч сразу опознал хозяина засветившись мягким желто-красным светом, но вот остальную амуницию одеть Федогран не успел. Стоя на коленях, и как раз доставая из сваленной в кучу амуниции кольчугу, он услышал предупреждающий крик шишка:
- Осторожно брат! Она сзади!
Ватные ноги помогли избежать мгновенной смерти, сами собой подогнулись, и богатырь рухнул боком на пол. Над головой, коснувшись волос, просвистело что-то острое, срезав как бритвой прядь. Послышался грудной вздох разочарования, и Федогран тут же рубанул мечом на звук, себе за спину, в надежде зацепить ноги врага, и тут же оттолкнувшись, перекатом ушел в сторону, он встал на колени скосив взгляд. Еле заметная тень, на грани видимости, заскользила шуршащими бликами, быстро приближаясь.
- Не смотрите ей в глаза, закричал богатырь, предупреждая друзей об опасности. – Это смертельно.
— Не поможет. – Зашипел сзади смехом женский голос, на манер змеи растягивая согласные. – Вы все уже мертвы, хотя этого еще не осознаете.
«Надо тянуть время», — промелькнула мысль в голове нашего героя, — «с каждой секундой чувствительность возвращается в ноги».
- Ты чего такая злая, красавица? – Произнес он вслух. – Тебя кто-то обидел, или зеркальце разбилось?
- Шутник. – Засмеялась Горгона. – Откуда ты знаешь, что я красива, если не смотришь? Взгляни на меня, ты не пожалеешь.
- Нет уж, уволь, ты видимо на столько прекрасна, что мужчины каменеют от одного только взгляда, а вот мне что-то совсем не хочется стать мраморной статуей.
Федогран наконец-то поднялся оперевшись на меч, ноги тряслись, но уже не подгибались. Чувства обострились. Боковым зрением он видел крадущуюся тень за спиной. Он замер в ожидании нападения. Атаковать самому глупо, в движении снижается концентрация, а она сейчас играет главную роль. Каждый шорох, любой запах, это подсказка богатырской интуиции, говорящая воину, как поступить, куда двигаться, и где опасность, поэтому он стоял и ждал.
Наконец до слуха донесся шелестящий смертью звук взлетевшего для атаки оружия. Быстрый наклон головы спас от неминуемого поражения острия вражеского клинка в область шеи и, с разворота, резкий, молниеносный удар в ответ, пылающего огнем меча. Ни вскрика, ни стона, только тягучее сопротивление от прохождения стали сквозь разрезаемую плоть, и тут же глухой звук падающего тела, и гулкое постукивание подпрыгивающей, отрубленной головы по каменному полу. Победа. Быстрая, но унесшая столько сил, что Федогран, тяжело дыша, и капая потом со лба себе под ноги, упал на колени.
- Молодец. – Женский голос неизвестной помощницы, и крик шишка. - Ты ее убил! - Слились в одно целое.
- Теперь освобождай пленников. – Звучало в голове. – Забирай голову и идите прямо по тоннелю до реки, пока не увидите трёхглавого пса. Покажи ему голову, чтобы глаза Горгоны посмотрели на зверя, тот застынет в гипнотическом трансе, и ты сможешь привязать его к столбу, к которому пришвартована лодка для переправы в подземный мир Аида.
Ждите. Бог появится быстро освобождать своего любимого пса. Расскажи ему обо всем, что здесь происходит. Этим ты поможешь амазонкам избавиться от проклятия, и сбережешь в дальнейшем многие жизни героев.
Я знаю, что ты сможешь это сделать, избранник богов. – Голос замолчал, и Федогран начал действовать.
Огненный меч резал, метал как масло. Цепи падали на каменный пол освобождая пленников Персефоны одного за другим. Морщась и охая, они поднимались, растирая окаменевшие конечности, разминались, приседая со скрипом закостеневших суставов и шли к куче с амуницией одеваясь и вооружаясь. Единственный, кто чувствовал себя более-менее сносно, был шишок, он перебегал от одного к другому и помогал в силу своих невеликих способностей, кому указывал на его меч, вытаскивая из общей кучи, кому растирал ногу, или руку, возобновляя кровоток и чувствительность.
Бер ревел, извергая из себя все известные проклятья, делая приседания и наклоны, и сверкая глазами с таким гневом, что едва не плавились камни под метающим молнии взглядом. Вул же напротив был абсолютно спокоен, задумчиво протирая вытащенной из кучи тряпкой меч.
- Что дальше? – Поднял он глаза на Федограна. – Есть какие-нибудь идеи?
Тот заворачивал в этот момент в чью-то кожаную куртку, вытащенную из общей кучи, голову Горгоны. Он медленно поднял глаза и посмотрел на друга.
- У меня в голове звучит, чей-то голос. По опыту знаю, что так могут обращаться только боги, и он, или вернее она, мне подсказывает что делать. На данный момент, нам предлагают встретиться с верховным богом подземного мира Аидом, и рассказать ему, что тут произошло. Думаю, стоит прислушаться, и выполнить просьбу. Немного жутковато, конечно, спускаться в царство мертвых, но оно того стоит.
Глава 22 Воля Аида.
Любимое детище Аида, созданное из мрака и пламени, неслось навстречу беглецам, оглашая своды подземелья рычанием ужаса, проникающего в сердца, и педализирующего волю, любого, кто его слышал.
Три огромные головы с оскаленными, в желании скорее порвать соперника белоснежными клыками, на фоне огненных пастей, клубились неизбежностью мучительной смерти срывающегося черной мглой под напором ветра бешеного бега. Спасения от такого нет. Само окончание бытия приближалось огромными прыжками гипнотизируя ужасом свою жертву взглядом кровавых глаз.
Кто назвал это создание собакой, или не понимал, о чем говорил, или лжец. Ничего общего с этим милым домашним животным оно не имело. Три вытянутые крысиные головы, с прижатыми к оголённым черепам короткими, кошачьими ушами, два ряда острых как бритвы клыков в бордовых огненных пастях, плюющихся ядом змеиных языков. Коротконогое тело таксы, покрытое черной антрацитовой рыбьей чешуей, и подрагивающий нервным ожиданием неминуемой поживы хвост.
Вот такое жуткое создание, защищало переправу через священные воды Стикса, и на данный момент оно было нацелено на внезапно появившихся гостей, намереваясь напугать, порвать, уничтожить, но не допустить проникновения чужаков на охраняемую территорию.
Непроизвольная дрожь прокатилась по телу волной ужаса, пытаясь парализовать волю, но Федогран справился с чувствами, и сбросил кожную куртку, с предмета, который держал в руках. Голова Горгоны, распахнув в последний
