Конечно, осколок должна получить я, во славу огня! — заявила Ниуру. — На моем счету больше всего врагов!
— Ты слишком часто бьешь мимо цели, — парировала Ульдантэ. — Мой молот разит без промаха!
— Чародей всегда в приоритете перед одаренными эльфами, — вещала Эббот. — У меня более разнообразный арсенал заклинаний!
— Мне бы хотелось посмотреть, к чему придет развитие древесной брони, — спокойно заметила Лиетарис, вклинившись в обсуждение.
— Гр-ру-бха-хи! — заржала Мякотка, возжелавшая тоже подать голос.
— Да сколько можно! — скривился Мрадиш, массируя виски. — Вы мне уже все уши прожужжали насчет этого осколка. Налетели словно чайки на упавший сухарик! Дайте мне еще немного подумать над кандидатурой. Будете давить — продам осколок в городе, и он не достанется никому!
Остаток поездки Хоран был хмур и неразговорчив. Лишь по возвращении в Цитадель Света немного расцвел. Особенно при общении с архижрицей. Оозарту являлась очень красивой и необычной Солнечной эльфийкой, причем высокого ранга. Ниуру регулярно бурчала, что Мрадиш слишком перед ней много лебезит. Да и Лиетарис вдруг ощутила небольшой укол в своем сердце, когда Хоран решил вдруг поцеловать архижрице ручку.
Оозарту удивилась обычаю, поскольку у них не было принято подобного, но испепелять наглеца на месте не стала. Все-таки Эстевия покровительствовала Мрадишу, наказав всячески с ним содействовать.
— Вы доказали делом, что Школа Солнца может вам доверять, — проговорила Оозарту, осматривая добытые нами трофеи. — В ближайшие годы Кочующее Стадо больше не побеспокоит окрестные города. Говорите, что вас тревожит!
Отряд находился в обширном храме в окружении жрецов Солнца и других высокопоставленных служителей культа.
— С благоволения великой Эстевии я прошу Школу Солнца об одолжении, — склонил голову Хоран. — Мы собираемся нанести удар в самое сердце Братства Тумана и серьезно ослабить проклятого Локдара. Но для этого нам нужна помощь Школы Солнца.
На лице Оозарту ни один мускул не дрогнул. А вот другие жрецы загомонили, принявшись обсуждать нашу просьбу. Скорее всего, архижрица уже была в курсе дела — ее посвятила в детали Эстевия. Для остальных же предложение стало своего рода сюрпризом.
— Мы услышали вас, господин Мрадиш. Школа Солнца проведет обряд утренних лучей, дабы получить одобрение Богини. Решение солнцеликой Эстевии — закон!
Большинство жрецов нам не доверяли, но они были вынуждены повиноваться воле архижрицы и самой Богини. Лишь после соблюдения всех формальностей Школа Солнца выступит на их стороне против Братства.
Собрание закончилось, и отряд вернулся в город. Они расположились в хорошей гостинице, где готовили вкусный печеночный торт. Добыча с Буйволов сразу пошла в дело.
Вечером после схода жрецов они сидели в зале таверны и отмечали успешный рейд против Кочующего Стада. Весомое достижение для их небольшого отряда. Целые армии уничтожались Буйволами, а они сумели одолеть рогатую орду.
— Хоран, когда ты отдашь мне мой осколок, во славу огня⁈ — продолжался старый разговор.
— Не слушай дурную Красную. Она точно себя подорвет, — возражала Ульдантэ. — Нельзя ей доверять большую силу!
— Наставник! — пристала к нему и Лейна.
Лиетарис хотела было тоже принять участие в обсуждении, но Хоран взорвался:
— Хватит, вы меня достали! Я решил, кому отдам голубой осколок!
Мрадиш выскочил из-за стола, даже не допив свой напиток.
— Ты куда⁈ — двинулась следом за ним Ниуру.
Они с интересом направились за Хораном. Чародей подошел к гурдюшне и быстро отыскал своего любимого питомца.
— Ты не можешь так поступить! — возразила Красная, поняв, к чему все идет. — Ночевать будешь один!
— Согласна, — кивнула Лунная. — В первую очередь надо возвышать близких, питомцев — потом.
— Ну и ксарг с вами! Все мозги выклевали. Голубой осколок не достанется никому из вас. Пока подумайте над своим поведением!
Мякотка слизнула осколок, стоивший многие сотни золотых, за мгновение. Драгоценная вещь исчезла в нутре зверя. Лиетарис слегка опечалилась, но настаивать и спорить не стала. Таково решение Хорана, и она примет его.
Вот Ниуру с Ульдантэ остались крайне недовольны. Эльфийки решили бойкотировать своего любовника. Спорное решение по мнению Лиетарис, но лезть с советами она не стала.
Гурдиха перескочила на новый ранг. Ее выпустили во двор, где она еще долго гарцевала, дабы выпустить накопленную при переходе энергию. Затем отряд вернулся в питейный зал.
— Возможно, сегодня мы в последний раз празднуем вместе, — поднял кружку Мрадиш. — Неизвестно, выживем ли мы или сгинем навечно. Нам предстоит битва с Божеством. Мало кто из смертных решался на подобное. Так выпьем же: за сражение за наше будущее, за новую жизнь без гнета демиургов! Люди и эльфы будут свободны от божественных оков!
Кружки ударились над столом. Настроение отряда было слегка подавленным. Люди и эльфы боялись небожителей. Лиетарис не была исключением. Это действительно мог быть их последний пир. Пережить встречу с разгневанным Богом не каждому дано. Неизвестно, как хорошо работает Закон Равновесия, и придут ли Небесные Судьи на помощь.
Лиетарис вполне могла погибнуть в этой безумной авантюре. А ведь Высокая эльфийка еще многое в своей жизни не сделала и не попробовала. У нее были свои мечты и чаяния когда-то. Вот только после набега людского воинства и пленения она отказалась от былых грез. Плыла по течению и принимала мир таким, какой он есть.
Но, может, пока еще остается такая возможность, ей стоит подумать о своих собственных желаниях? Ведь завтра будет уже поздно.
Отряд начал расходиться по номерам гостиницы. Лиетарис чуть помедлила и дождалась, пока и Хоран не отправится на покой. Ульдантэ и Ниуру его бойкотировали, так что чародей отправился в комнату в одиночестве.
Эльфийка долго собиралась с силами, но в итоге решилась и направилась следом.
— Куда это ты намылилась? — с подозрением вопросила Красная эльфийка, нагнав ее в коридоре.
— Ты сама отказалась, Ниуру, так что нечего становиться на пути.
Красная сузила глаза, но затем фыркнула:
— Где же твои принципы теперь, несравненная Лиетарис?
— Некоторые принципы легко тают, когда смерть дышит в спину.
Эльфийка вежливо постучалась в дверь и, дождавшись разрешения, вошла в номер.
— Лия? Что-то случилось? — вопросил зевающий Хоран.
Чародей раньше частенько смотрел на нее плотоядным взглядом, но в последнее время такое происходило все реже. Похоже, он просто смирился с ситуацией и более не рассматривал ее в таком качестве. Это даже слегка задевало самолюбие эльфийки.
Лиетарис закрыла дверь в номер на замок и высказала прямо в лоб:
