ТРИДЦАТЬВТОРАЯ
Мои пальцы проводят по губам, пока я иду по траве в оцепенении. Я подождала, пока не увидела, что Чан уходит, весь в крови, и прокралась внутрь. Я должна была быть уверена, что этот план сработает - тот, который будет стоить мне всего.
Но оно того стоит, если моя стая в безопасности.
Я качаю головой на собственную глупость из-за того, что поцеловала его, и проглатываю желание внутри себя, вызванное его грубыми губами. Это неправильно. Он охотник. Мы оба играем друг с другом, так почему же это казалось таким правильным?
Черт!
Мне нужно прийти в себя. Слишком много всего происходит, чтобы мечтать о дурацком гребаном поцелуе.
— Куинн.
Я резко оборачиваюсь, видя, что Дом направляется в мою сторону. Ночью я выскользнула из его объятий, и, несмотря на это, он все еще тепло мне улыбается.
Он также знает меня достаточно хорошо, чтобы не спрашивать. — Привет, — говорю я, несколько потрясенная.
— Ты в порядке? — спрашивает он, замедляя шаг.
— Да, все в порядке. — Я прочищаю горло. — В чем дело?
Его рука обвивается вокруг моего плеча. — Как насчет того, чтобы пробежаться, чтобы выпустить пар? — Он шевелит бровями, заставляя меня рассмеяться.
— Конечно, звучит неплохо. Хорошая охота может просто поднять мне настроение и напомнить, зачем я это делаю.
— Пойдем. — Он берет меня за руку, и мы бежим трусцой к границе деревьев, где быстро сбрасываем одежду, засовывая ее в полое бревно, прежде чем обратится. Мы прячемся за деревьями, наши лапы касаются земли, когда Дом одаривает меня волчьей улыбкой, а затем взлетает.
Его бурый волк - размытое пятно. Он меньше некоторых, но чертовски силен. Хотя он все еще не так быстр, как я, и он это знает. Это игра, и я даю ему фору, прежде чем мчаться за ним.
Запах кролика наполняет мой нос, и я борюсь с естественными охотничьими инстинктами моего волка, жажда крови заставляет мои уши и хвост подергиваться. Дом тоже чует запах, и мы поворачиваем. Я иду направо, а он налево. Опустив нос, я выслеживаю кролика.
Дом щелкает веткой, чтобы заставить его бежать, мы оба привыкли охотиться друг с другом, а потом уходим.
Одним прыжком я приземляюсь на пушистого зверька и быстро сворачиваю ему шею, чтобы сделать его смерть гуманной. Я посылаю свою благодарность земле, которая меня обеспечивает, когда беру в пасть истекающего кровью кролика и показываю Дому, когда он выходит на поляну.
На мгновение он виляет хвостом, давая мне понять, что играет, а затем с рычанием бросается на меня. Я бросаю кролика и встречаю его лоб в лоб. Мы ударяемся о землю и катаемся, наши лапы ударяются друг о друга. Он пытается прижать меня, и я отскакиваю вне пределов досягаемости. Его передние лапы выдвигаются, поднимая его задницу выше в воздух, пока он наблюдает за мной, а затем снова делает выпад.
Он пытается раскрутить меня, чтобы я выступала под ним.
Это игра, это флирт, и мы оба это знаем. Когда ему удается прижать меня, я возвращаюсь в свою человеческую форму, как и он. Дом обнажен и тяжело дышит на мне, его глаза горят желанием, когда он опускает голову и прижимается своими губами к моим.
Я хватаю его за плечи, впиваясь ногтями, и раздвигаю ноги, чтобы приветствовать его. Это знакомое движение, но поцелуй кажется неправильным.
Это неаккуратно и недостаточно жестко. Мой волк почти отвергает это, и я уже собираюсь отстраниться, когда Дом внезапно исчезает.
Я резко выпрямляюсь и обнаруживаю, что надо мной стоит разъяренный Тетрим, его руки сжаты в кулаки. Он бросает на меня полный отвращения взгляд, а затем тоже уходит.
Вскочив на ноги, я мчусь за ними, останавливаясь на линии деревьев, чтобы увидеть, как Дом поднимается на ноги на траве, когда собирается стая, без сомнения, услышав шум. — Какого хрена, чувак? — Спрашивает Дом, но Тетрим не останавливается.
Он направляется прямо к нему, ударяя Дома кулаком в лицо. Дом не сопротивляется, зная правила. Это не драка, это неофициальный вызов, но за это их обоих могут изгнать. В волчьей форме это прекрасно, но как люди?
Необходимо бросить вызов, и Дом знает это, поэтому он играет по правилам.
Стиснув зубы, я направляюсь в их сторону, раздраженная и как друг Дома, и как бета этой стаи. Я не могу поверить, что Тетрим так легко игнорирует наши правила и выставляет напоказ собственнические чувства по отношению к кому-то, кто ему даже не принадлежит. Дом тяжело падает, а Тетрим продолжает избивать его, ни разу не защитившись.
Я ловлю кулак Тетрима в воздухе, когда он снова замахивается ударить Дома, его темные глаза переводятся на меня. — Я бросаю тебе вызов, — официально заявляю я, отталкивая его.
Раздаются вздохи, и собирается толпа. Без сомнения, Чан и другие скоро услышат об этом. Я уже вижу, как Белый и Фильмеа смотрят. Они понимающе кивают мне, когда я отступаю назад, чтобы встретиться лицом к лицу с Тетримом.
— Ты смеешь нападать на другого члена стаи без повода, не бросив вызов? Ты смеешь насмехаться над авторитетом этой стаи и нашими законами? Законы, которые обеспечивают нашу безопасность? Ты думаешь, что ты выше альфы? — Я плююсь, когда Белый хватает Дома и помогает ему подняться. Я бросаю на него взгляд, чтобы убедиться, что он быстро поправится.
— Куинн, — начинает Тетрим, но я перевожу взгляд на него.
— Ты только что доказал, что не уважаешь ни эту стаю, ни Альфу Чана. Ты будешь наказан за то, что так уверенно демонстрируешь свое неуважение к нашим законам.
— Почему, потому что я причинил боль твоему парню? — он усмехается.
— Нет, потому что ты посмел ударить члена стаи без вызова. Ты хочешь драться, Тетрим? Отлично, давайте бороться. — У меня больше нет слов. В конце концов, этого ждали долго.
Он заноза в заднице, но в то же время силен, так что я не могу его недооценивать. Однако его нужно остановить и наказать, прежде чем он поверит, что он неприкасаемый.
Я делаю первый ход. Не обращая внимания на стаю и перешептывания, я бросаюсь к нему. Он отступает назад, как я и ожидала, и я замахиваюсь ногой, сбивая его с ног и глядя на него сверху вниз.
— Я не причиню тебе вреда, — говорит
