— Будем ждать? — деловито осведомился унтер.
— Нет. Приказ Мунна — брать сразу. Ах черт… План помещений есть?
— Только это, — ответил унтер, раскладывая на капоте автомобиля мятые бумажные листки, — Архитектурные чертежи. Так это выглядело двадцать лет назад.
Геалах негромко выругался.
— Полагаю, за это время там многое изменилось, — кисло заметил Маан, разглядывая строгие линии.
— Более чем. Многие лестницы обвалились, внутренние перекрытия и стены тоже. Мы не были внутри, но проводили визуальную разведку.
— Выходы?
— Три основных и запасной, не считая еще трех проломов. Человек в них не пролезет, но…
— Итого семь.
— Сейчас их блокируют мои люди. Но они понадобятся мне внутри.
— Оставьте снаружи троих. Я дам еще четверых инспекторов.
— Не много? — Геалах нахмурился.
— Много, — признал Маан, — Но наша первостепенная задача — не допустить бегства Гнильцов из логова, когда там станет жарко…
— Там станет, — пообещал унтер, механическим жестом коснувшись автомата на боку.
— Нам нужен надежный периметр. Если какая-то сволочь решит сбежать, я хочу быть уверенным, что ее перехватят. Мвези! Месчината! Тай-йин! Хольд!
Все они были тут, все ждали его команды. Молчаливые, спокойные, готовые выполнить свою задачу.
— Вы блокируете периметр. Держать все выходы под наблюдением и помогать друг другу перекрестным огнем при необходимости. Лалин и Геалах идут со мной и Кулаками внутрь.
Никто не возразил. Маан, хоть и был уверен в том, что возражений не последует, все равно вздохнул с облегчением.
— Внутри двигаемся тремя группами. Первую ведет Лалин. Ему нужны будут еще трое Кулаков, распорядитесь… Занять позицию тут, — Маан повел пальцем по схеме, — проверить все помещения этой секции. Держать под наблюдением лестницу — если она еще цела. Далеко не углубляться, быть готовыми выдвинуться дальше по команде. Доложить!
— Понял! — кратко ответил Лалин. Сейчас он даже выглядел старше своих лет. Должно быть, что-то переменилось в лице.
— Геалах, ведешь вторую. Тоже три Кулака. Осмотреть всю эту часть, проверить оба южных коридора к трибунам. Второй ярус — здесь и здесь. После того, как закончите маршрут, расположиться здесь и ждать дальнейших инструкций.
Геалах молча кивнул. Но Маану не требовалось подтверждения того, что тот понял свою часть работы. Геалах мог выглядеть легкомысленным, к тому же не всегда считал нужным соблюдать показную субординацию, но Маан не сомневался, что тот уже вызубрил схему наизусть. Он поведет своих людей точно и осторожно, с максимальной скоростью и минимальным риском. Это хорошо, вторая группа должна быть готовой придти на помощь в любой момент, первая будет слишком далеко.
«Из него выйдет командир», — подумал Маан, глядя на Геалаха, спокойно регулирующего ремни кобуры.
— Третью веду я. Поднимаемся на второй ярус, осматриваем помещения в этом порядке… — он показал, — потом ждем вторую группу и продолжаем движение здесь… Внимание обращать сюда и сюда. Судя по всему, там будет много завалов и строительного хлама, Гнильцы часто используют их в роли укрытий. Огонь открывать без команды, целиться в торс, стрельба — в автоматическом режиме.
Маан подумал, сумеют ли они распознать, где у Гнильца торс, когда увидят его?.. Но сам же отмел сомнения — ни малейшего основания не доверять Кулакам у него не было, а эти ребята, пожалуй, выглядели специалистами в своем деле. Правда, без инспектора под боком они все равно что слепые механизмы, годные лишь разрушать. Их зрение и слух — ничто без чутья настоящего охотника. Они могут пройти в шаге от Гнильца и не заметить его.
— Выкладка? — коротко спросил Лалин.
— Стандартная. Всем надеть бронежилеты. И… пожалуй, прихватите каждый по «ключу» из фургона. Я не знаю, сколько там внутри запертых дверей и успели ли они рассыпаться окончательно. Гранаты и тяжелое оружие оставьте. Там, судя по всему, чертовски тесно, а мы не на войне. Микрофоны — в режим двусторонней связи.
Предупредительный Геалах уже раскладывал на капоте все необходимое. В каждом фургоне Контроля был наготове стандартный набор экипировки на нескольких человек. Маан, ежась от неприятного холодного прикосновения пластика, натянул на себя бронежилет. Тяжелые пластины уперлись под ребра, мешая дышать полной грудью, пришлось повозиться, регулируя неудобные ремни-фиксаторы. «Ключ» был увесистый, неудобный, Маан покрутил его в руках, колеблясь. Он был почти уверен, что необходимости в этом неуклюжем инструменте не возникнет, тем более, что с ним будут Кулаки с унтер-офицером, но, отдав приказ инспекторам, не мог позволить самому себе послабления и, беззвучно выругавшись, приладил массивный цилиндр к бедру.
Остальные справились быстрее него. Облаченные в тяжелые штурмовые бронежилеты вместо штатских пиджаков, инспектора выглядели куда внушительнее, хотя по грозности вида вряд ли смогли бы тягаться с Кулаками. Маан оглядел свой небольшой отряд и остался доволен.
— Связь, связь… — сказал он шепотом в бусину микрофона, висевшую под ухом.
— Порядок, — отозвался Хольд, — Помехи незначительны.
— Хорошо.
Унтер-офицер ожидал его слов, и Маан не собирался заставлять его долго ждать.
— Начали, — приказал он.
И они начали.
К зданию подходили выключив для маскировки свет, но Маан, даже не видя своих людей, знал, что сейчас они, развернувшись цепью, перебегают от одного укрытия к другому, прикрывая и страхуя друг друга. Достигнув осевших от времени ступеней, они разобьются на несколько групп и блокируют все выходы.
— Первый и второй взяли, — доложил Тай-йин.
Спустя несколько секунд в эфире послышался голос Хольда:
— Пятый наш.
Осталось четыре. Конечно, у Кулаков должны были быть группы внешнего наблюдения, играющие роль еще одного кордона, ограждающего объект, но Маан знал, что надежда на них не очень высока. Он почувствует себя гораздо увереннее, когда каждая щель будет перекрыта инспекторами Контроля.
— Мвези запаздывает… — пробормотал Геалах, прикрыв ладонью ком-терминал.
— У него самая неудобная позиция. Но он справится. Что-то чувствуешь?
— Ничего. У окон они явно не торчат.
Мвези доложил через минуту.
— Шестой и седьмой под контролем.
— Отлично. Месчината?
— Двигаемся, — отозвался тот, — Возникла задержка. Много обломков. Плюс двадцать секунд.
Месчината был точен во всем и мог дать фору любому хронометру, когда в динамике вновь раздался его тихий голос, Маан мог поклясться, что прошло как раз двадцать секунд.
— Третий и четвертый блокированы.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
