камеры наблюдения, которые сняли момент твоего появления возле дома Куликова. Скорее всего, на них будет и время, когда ты уходила… Во сколько, кстати, это было?
– Где-то около двух ночи. Он предлагал остаться до утра, но, во-первых, мне было слишком противно, а во-вторых, родители стали бы волноваться, звонить друзьям… Я же не знала, что их нет дома!
– То есть, ты подтверждаешь, что отец и мать отсутствовали, когда ты пришла?
– Я… нет, я…
– Таня, лучшее для тебя и твоих родителей – говорить правду, потому что вы уже и сами запутались в своих показаниях, а это идет вам всем только во вред!
– Вы не понимаете, мама… она не могла… Ладно, согласна, что у меня были причины ненавидеть Катьку, но мама…
– Мы все выясним, – пообещала Лера. – Я отпущу тебя под подписку, а мы проверим твое алиби. Если все так, как ты говоришь, подозрения с тебя будут сняты.
– А мама?
– Мы во всем разберемся, можешь не сомневаться. Дежурный!
Прокурор ждал ее в коридоре.
– Что вам рассказала моя дурочка? – спросил он. – Танюшка еще ребенок, хоть и гонору у нее… Послушайте, моя дочь…
– Похоже, у нее алиби, – перебила его Лера.
– Ч-что… правда?!
– Да.
– Значит, вы ее отпустите?
– Разумеется. С вашей женой сложнее – она призналась в убийстве!
– Бред какой-то… Вы сказали, Ира наняла сыщика для слежки за мной и Катериной?
– Точно.
– У нее не было для этого причин, Катя… она не была моей любовницей!
– А детектив вот считает иначе!
– Да он просто не понял ничего, Катя… она моя дочь, понимаете?
Лера почувствовала, как ее челюсть резко падает вниз, и поспешила ее подобрать.
– Ваша… дочь?
– У них с Танюшкой разница в полгода. Я никогда не был женат на ее матери, это был… ну, случайный секс, по молодости. Я тогда ездил в Тихвин в командировку, остановился у приятеля, жил там несколько недель. Городок-то маленький, делать там особо нечего, а мать Катерины тогда была симпатичной и разбитной девахой, готовой к приключениям… Я к тому времени успел жениться, а она уже воспитывала двоих детей.
– И вы закрутили романчик?
– Да не было романа как такового, я же говорю – так, ничего не значащая связь!
– Она сообщила вам, что беременна?
– Я понятия не имел!
– А если бы имели?
– Дал бы денег на аборт – мне ребенок на стороне без надобности! С тех пор мы не общались, клянусь! А потом родилась Танюшка…
– Как Катерина вышла на вас?
– Мать зачем-то сказала ей обо мне, хотя, насколько я понимаю, она вышла замуж и выдала Катю за дочку своего мужа – не представляю, зачем ей понадобилось рассказывать о давно минувших временах!
– Так значит, вот почему она искала встречи с вами!
– Ну да. Она и на телевидение приходила, в массовке участвовала, только там я на нее внимания не обратил, и ей не удалось остаться со мной наедине. Один раз она все-таки подошла, но я отправил ее восвояси, не дослушав.
– Вы ей не поверили?
– Мало ли кто выдает себя за мою родню! А потом я неожиданно обнаружил Катю в доме матери – можете себе представить мое удивление! Мама сказала, что ее порекомендовала Таня, потому что Катя ее попросила…
– А вы знаете, что она не просто просила, а требовала?
– Но как она могла, ведь… Неужели она рассказала Танюшке, что я…
– Нет-нет, о вашем отцовстве она не упоминала. У Катерины был компромат на Татьяну.
– Что еще за компромат?
– Так, обычные молодежные штучки в интернете, но для них это важно, понимаете?
Лере не хотелось «сдавать» девчонку, она и так попала в переплет.
– Ну да, вы правы, – вздохнул прокурор. – Я ведь понятия не имел, что Катя ее шантажировала, чтобы подобраться поближе к моей семье!
– Выходит, ее вы своей семьей не считали?
– Вы должны меня понять: я видел ее впервые в жизни! Хотя, честно говоря, и при более близком знакомстве…
– Она вам не понравилась? – догадалась Лера.
– Я сейчас свидетельствую против себя, что не в моих правилах, однако вы правы: Катя мне не нравилась. Танюшка, конечно, тоже не подарок, но она, по крайней мере, что думает, то и говорит, она – как открытая книга, понимаете?
– А Катерина была не такая?
– По-моему, она решила, что я стану ее пропуском в сладкую жизнь! Я пытался объяснить, что я прокурор, а не олигарх, но ей почему-то казалось, что это примерно одно и то же. Я действительно мог бы помочь ей с трудоустройством после окончания университета, однако она, как я понял, не слишком-то стремилась работать по профессии. Катерина, она хотела… «хорошо устроиться», так она говорила.
– И что это значило?
– Думаю, найти себе состоятельного мужа, или любовника, а пока что…
– А пока что она тянула деньги из вас? Почему вы не отказали ей?
– Она шантажировала меня.
– Планировала рассказать обо всем вашей жене?
– Да нет, у нее были другие планы!
– Какие? – удивилась Лера, чья фантазия не шла дальше предположения о том, чтобы устроить новоявленному папаше семейные проблемы.
– Катерина грозилась пойти на телевидение, объявить себя моей дочерью официально, потребовать теста ДНК, устроить мне публичную обструкцию, вызвать общественное порицание – дескать, прокурор города бросил незаконнорожденную дочку, алименты не платил, она выросла в нищете… А я ведь даже не знал о ее существовании! Она была недовольна суммой, которую я ежемесячно выделял ей на расходы, хотя моя мать ведь тоже ей платила, да и она практически жила в ее квартире вместо того, чтобы ютиться с двумя девчонками в общаге… Я пытался объяснить, что не беру взяток, поэтому у меня нет заводов, самолетов и пароходов, но она не верила!
– Получается, у вас была причина избавиться от Катерины, ведь она портила вам жизнь?
– Убить собственную дочь? Да за кого вы меня принимаете?!
– Ну, вы же сами сказали, что она вам не нравилась, а проблем могла создать много… Кстати, неужели вы поверили ей на слово?
– Разумеется, нет – я сделал тест ДНК! Честно признаться, до последнего надеялся, что это ошибка… Грехи молодости меня нагнали – банальщина! Я не убивал Катю, хоть и не сумел заставить себя испытывать к ней отцовские чувства. В некоторой степени мне было ее жаль: она действительно в детстве нуждалась, ведь в ее семье всегда не хватало денег, и она донашивала одежду дочерей подруг своей матери. Так что я ощущал ответственность за нее, но не представлял, что мы будем делать дальше, потому что Катя оказалась расчетливой,
