– Надеюсь, ты выходил к автомату не в таком виде, – еле слышно пробормотала она.
Зейн стоял совершенно голым. Выразительно, чудесно голым. И очень возбужденным.
– Я достал ее из минибара в гостиной, – удивленно ответил он. После чего глянул на себя и с усмешкой спросил: – Там осталась еще одна. Сходить?
Бэрри выпрямилась и смело взяла в руку его подрагивающую плоть.
– Я не из тех женщин, которые теряют голову от пары банок «севен-ап», – сообщила она с достоинством. А после небольшой паузы подмигнула. – Не то, что некоторые.
Почему-то она ожидала, что после этих слов окажется в постели. И ошиблась. Утром его желание было особенно сильным, так что через пару бурных минут она стояла, наклонившись над ванной, а он пристроился сзади. Секс получился быстрым, мощным и немного грубоватым. Бэрри снова очнулась лежа на полу, но на сей раз получила некоторое удовлетворение оттого, что рядом лежал Зейн, вытянув свои длинные ноги под туалетный столик.
После долгого молчания он лениво признался:
– Я надеялся, что смогу сдержаться до того момента, как мы оба окажемся в душе, но недооценил воздействие газировки на тебя, милая, и свою реакцию на наслаждающуюся женщину.
– Думаю, нам нужно приобрести акции этой компании, – размышляла вслух Бэрри, прижимаясь обнаженным телом к мужу и не обращая внимания на холодный пол.
– Отличная идея.
Зейн повернул голову и начал целовать жену, и на секунду она задумалась, не станет ли пол в ванной свидетелем еще одного представления. Но он ловко вскочил на ноги и подал ей руку, помогая подняться.
– Предпочитаешь позавтракать в номере или спустимся в ресторан?
– В номере.
Бэрри уже проголодалась. Пока официант из службы обслуживания номеров принесет завтрак, она как раз успеет принять душ и переодеться. Бэрри выбрала блюда и, в то время как Зейн делал заказ, собрала нужную одежду. Шелковое платье сильно помялось, пришлось захватить его в душ, чтобы немного разгладить складки паром.
Бэрри приняла долгий расслабляющий душ, но этого времени не хватило, чтобы платье полностью разгладилось. Она не стала выключать воду и сделала погорячее, чтобы увеличить количество пара. На вешалке у двери висел толстый махровый халат с логотипом отеля на нагрудном кармане. Бэрри надела его и затянула пояс, посмеиваясь над размером и весом халата, после чего вышла из ванной, чтобы посмотреть, насколько длинным окажется шлейф подола.
Зейн не принимал душ. Он с кем-то разговаривал в гостиной, и Бэрри удивилась необычной расторопности официантов из обслуживания номеров. Но когда она шагнула в распахнутую дверь, то почему-то услышала только голос мужа.
Сидя вполоборота на подлокотнике дивана, он говорил по телефону. У Бэрри создалось впечатление, что он вел разговор, но одновременно внимательно прислушивался к звуку льющейся воды.
– Продолжай сидеть на хвосте ее отца, так же как на хвосте его хвоста, – говорил он. – В подходящее время возьмем их всех, чтобы потом не подчищать оставшиеся концы. Когда пыль уляжется, государство и правосудие сами поделят их между собой.
Бэрри ахнула, с лица схлынули все краски. Голова Зейна резко дернулась в ее сторону. Его глаза практически потеряли синий цвет и стали пронизывающими, серыми, холодными.
– Да, – продолжал говорить Зейн, не отпуская ее взгляд. – Здесь все под контролем. Продолжай давить.
Он прервал разговор и полностью развернулся в сторону Бэрри, которая тупо заметила, что муж еще не ходил в душ. Должно быть, повис на телефоне, как только она пошла в ванную, начав предательскую компанию, которая может засадить отца в тюрьму на долгие годы.
– Что ты натворил, – прошептала она, едва не разваливаясь на части от мучительной боли. – Что ты натворил!
Зейн спокойно поднялся и направился к ней. Бэрри попятилась, сжимая отвороты толстого халата, как будто это могло ее защитить. Он бросил любопытный взгляд на полуоткрытую дверь ванной комнаты.
– Почему ты не выключила воду?
– Пыталась разобраться с платьем, оно сильно помято, – автоматически ответила она.
Он насмешливо поднял брови. Бэрри разобралась не только со складками на платье.
– С кем ты разговаривал?
Голос Бэрри звучал жестко от предательства, а так же от попыток не дать боли вырваться наружу.
– Со своим братом, Ченсом.
– И какое он имеет отношение к моему отцу?
Зейн пристально смотрел на жену.
– Ченс занимается разведывательной деятельностью для одного из правительственных агентств. Не для ФБР и не для ЦРУ.
Бэрри сглотнула, пытаясь справиться с застрявшем в горле комом. Возможно, Зейн не предавал ее отца, возможно, тот уже находился под наблюдением.
– Как давно он следит за отцом?
– Ченс не занимается слежкой, он ею руководит, – уточнил Зейн.
– Сколько?!
– Начиная с прошлого вечера. Я позвонил ему, когда ты принимала душ.
По крайней мере, муж не пытался врать или уклоняться от ответов.
– Как ты мог? – прошептала Бэрри, глядя на него огромными пустыми глазами.
– Легко! – резко ответил Зейн. – Я – офицер полиции, а перед этим служил офицером флота, защищал свою страну. Неужели ты думаешь, что я оставлю в покое предателя, даже если он – твой отец? Просила защитить тебя и ребенка? Вот этим я и занимаюсь. Когда избавляешься от змеиного гнезда, не выбираешь, каких тварей убить, а каких оставить. Убиваешь всех до единой.
В глазах Бэрри помутилось, она почувствовала, что качается. Боже, сможет ли она когда-нибудь простить Зейна, если отец окажется за решеткой? Сможет ли простить себя? Сама во всем виновата! Разве не знала, что он за человек? Позволила себе не думать об отце только потому, что так отчаянно хотела Зейна. Конечно, он выдаст властям ее отца. Если бы она подумала головой, а не отдалась во власть эмоциям и гормонам, сразу бы догадалась, чем займется муж. Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы предсказать поведение мужчины, потратившего всю сознательную жизнь на охрану безопасности своей страны. Глупо игнорировать очевидное.
Вряд ли среди живущих можно найти большую идиотку! Даже не задумалась на эту тему.
Бэрри услышала настойчивый голос, повторяющий ее имя, а потом большое тело отгородило ее от всего остального мира. Она почувствовала, что он взял ее за руки. Отчаянным усилием Бэрри старалась не потерять сознание и, превозмогая слабость, судорожно глотала воздух.
– Отпусти меня, – запротестовала она и поразилась, каким далеким оказался ее голос.
– Черта с два!
Зейн поднял жену на руки, отнес в кровать и, наклонившись, осторожно положил на скомканные простыни.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
