Хума чуть не выронил меч — он узнал призрака, стоящего перед ним в плаще с капюшоном. И когда служитель Моргиона вытащил из-под плаща кинжал, рыцарь в отчаянии отпрянул назад и замер, опустив меч.
— Достаточно одного укола этого кинжала, чтобы вы мгновенно уснули навеки. Мне остается только слегка уколоть вас.
Служитель Моргиона поднял кинжал, нацелив его острие на горло Хумы. Тот просто не мог заставить себя сопротивляться. Это невероятно. Это немыслимо. Это кошмарный сон, от которого Хума вот-вот очнется!
Агент Моргиона тихо рассмеялся и опустил кинжал. Смех прозвучал эхом в мозгу Хумы так, словно издевался над всем, во что рыцарь верил.
— Я пытался спасти вас, да, пытался, но, увы!
Хума не мог произнести ни слова, они застряли у него в горле. «Ренард, что это должно означать?»
Глава 19
— Вам нечего сказать, рыцарь Хума? — спросил Ренард. — А у нас ведь еще есть время для беседы. Все спят, стены толстые. Нас никто не услышит.
— Во имя Паладайна, Ренард, что это должно означать?
Хума, казалось, видел лицо Ренарда, несмотря на темноту и капюшон, покрывавший его голову.
— Умирая от чумы, я молил Паладайна, Мишакаль, всех богов этого храма о спасении. Они не помогли мне. Я уже не верил, что останусь жив. Мое лицо сейчас многих пугает. Если бы они увидели меня тогда, оно показалось бы им еще более ужасным. Знаете ли вы, что такое алая чума?!
Хума знал: алая чума — самая страшная из всех болезней. Когда вспыхивала эпидемия этой чумы, приходилось сжигать целые деревни. Люди умирали в страшных мучениях, многие в отчаянии кончали жизнь самоубийством.
Название чуме было дано из-за алого оттенка кожи, который появлялся у заболевших.
— И вот когда я уже не сомневался, что смерть совсем близка, меня посетили не боги, которым я молился, а совсем другой бог, предложивший мне сделку с ним. — Ренард поднял вверх свой кинжал. — Это был Моргион. Только он ответил на мои молитвы, хотя я никогда не обращался к нему. Он обещал избавить меня от страданий, если я стану служить ему. Решиться, Хума, было нетрудно. Я согласился немедленно и с радостью.
Хума молился, чтобы наконец-то очнулся правитель Освал, чтобы рыцари и священники пришли как можно скорее в храм… Но таких чудес не произошло.
Как долго Ренард вынашивал свой план?
Хума скорее услышал, чем увидел в темноте, что Ренард внезапно выхватил меч из ножен. Рыцарю снова и снова пришлось отражать удары Ренарда. Но Хума знал, что среди рыцарей Вингаардской Башни нет равных Ренарду в искусстве фехтования.
Неожиданно Ренард перестал нападать и тихо засмеялся:
— Очень хорошо. Вы сражаетесь не хуже своего отца.
— Моего отца?
Ренард сбросил капюшон с головы, и даже в полной темноте Хума увидел его лицо — таким оно было бледным.
— Да, отца. Именно поэтому я защищал и спасал вас, как вы уже знаете. На вас — метка Моргиона, которая означает, что помеченному ей служители Моргиона не должны ни в коем случае причинять вреда.
Хума вспомнил слова, которые он слышал от слуг Моргиоиа тогда, в руинах. Они видели эту метку и говорили о ней.
— Однако как я был глуп и сентиментален, стараясь защитить своего родственника, — продолжал Ренард.
«Родственника?» Хума замер от предчувствия, что он вот-вот узнает мучившую его всю жизнь тайну: кто был его отцом.
— Вы так похожи, Хума, на моего брата. А мой брат — Дьюрэк, государь из Элдора. Элдор был разорен вскоре после того, как мы с братом вступили в рыцарство. Сейчас от Элдора остались уже одни руины. Я не получил в наследство ничего. Все, имевшее хоть какую-то ценность, досталось моему старшему брату, вашему отцу.
— Замолчите!
Хума яростно замахнулся мечом на человека, предавшего все, во что он верил. На человека, бывшего прежде его другом.
Ренард легко парировал его удар, и они снова опустили мечи.
— Я стал служить Моргиону еще до того, как отец послал нас с братом в столицу Соламнии. Я защитил Дьюрэка меткой, но это не спасло его. Ваш отец погиб в сражении через год после того, как стал рыцарем. Он вместе с небольшим отрядом прикрывал отступление нашей армии; необходимо было хоть на время удержать в наших руках перевал через восточные горы в Хайде — единственный путь, по которому силы Такхизис могли напасть на рыцарей с тыла. Я не попал в его отряд. Прощаясь с ним, я хотел рассказать брату всю правду о себе, но, конечно, не решился. Вели бы в то время я хоть что-то знал о его жене и ребенке…
Хума весь дрожал, ему невыносимо было слышать весь этот рассказ, и вместе с тем он жаждал узнать об отце как можно больше.
— О! У вас будет возможность на том свете расспросить государя Освала о Дьюрэке!
Ренард вновь перешел в атаку, думая, что застанет рыцаря врасплох. Они снова начали бой.
Хума видел искаженное от бешенства лицо Ренарда. Исчезла непроницаемая маска, за которой, как за щитом, Ренард прятал свое лицо.
Неожиданно Хума сам перешел в атаку.
— Как ее звали, племянник? Карина? Я видел ее лишь однажды, когда спустя годы приехал в деревню, в которой брат часто бывал перед смертью. Она была прекрасна: пшеничные волосы, точеное, как у эльфов, лицо, стройная женщина, полная жизни. Я думал даже поухаживать за ней, но… Но увидел вас, Хума: оживший Дьюрэк, только еще ребенок. Помимо всего прочего, она избегала такого страшилища, каким я тогда был. Я был глуп и не думал ни о чем, кроме обещания, которое дал своему истинному повелителю.
Меч Ренарда со свистом рассек воздух перед лицом Хумы. Молодой рыцарь отскочил в сторону и приготовился к обороне.
— Вы убили ее, да? — В голосе Хумы был холод — холод смерти.
Он вспомнил последние дни матери на этой земле — чума унесла ее, набросившись, казалось бы, неизвестно откуда.
— Вы должны благодарить меня. Ведь я думал о вас. Я хотел, чтобы вы стали рыцарем, как и Дьюрэк. Я думал, что смогу все удержать в тайне.
Ренард нагло улыбался.
Хума, отражая его удар, вдруг воскликнул:
— Сон! Я видел сон о вашем страшном боге.
— Я думал, что смогу перетянуть вас на свою сторону, сделать своим товарищем и соучастником.
— Почему шум в храме Паладайна?
Оба противника от неожиданности замерли на месте: в зал хлынул яркий свет.
У входа стояли Беннет и два рыцаря ордена Меча.
Бросив быстрый взгляд на Беннета, Ренард осознал свою оплошность. Беннет ночевал у себя дома, и его не удалось усыпить, как остальных рыцарей в храме.
— Ренард?! Хума?!
Увидев плащ с капюшоном, покрывающий доспехи Ренарда, сын Великого Магистра сразу понял, кем в действительности является рыцарь Ренард. Бениет выхватил меч и направил его на предателя:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
