Понимая, что ей нужно что-то ответить, Саманта пробормотала:
– Да, это правда.
Вейланд встал из-за стола и принялся расхаживать по комнате.
– Я ведь не требую от него невозможного. У него есть определенные обязанности. Он должен помогать мне вести наши семейные дела. Понимает ли он это? Нет, не понимает! Он настаивает на том, что хочет жить собственной жизнью. Уезжает, когда ему вздумается, а мне одному приходится нести на своих плечах эту непосильную ношу.
Саманта медленно пережевывала сосиску. Вейланд затронул больную тему, и ей было не по себе.
Он посмотрел на нее.
– Быть герцогом не так уж легко и приятно, – признался он. – Мне нужна помощь. Желательно, чтобы моим помощником был человек, посвященный во все тонкости семейных дел. Например, мой брат. Ведь Йелю принадлежит «Рог Шиппин». В детстве он не мог одолеть латынь, а сейчас у него появилась просто потрясающая деловая хватка. Это как раз то, что нужно нашей семье.
– А как же ваша сестра? – справившись, наконец, с сосиской, спросила Саманта. – Она ведь замужем. Неужели ее муж не может вам помочь?
– Кто? Этот болван? – выпалил герцог и тут же пожалел о своей несдержанности. – Только не говорите ей, что я так о нем отзывался. Для нее весь свет сошелся клином на ее муже, однако я ему не доверяю. У него такие маленькие глазки… Кроме того, Саманта, здесь все упирается в кровное родство. Йель не может просто взять и отвернуться от меня. Мы с ним одной крови. Вы меня понимаете?
– К сожалению, я в этом не разбираюсь, ваша светлость, но я уверена, что Йель вас понял бы.
– Да, – согласился Вейланд. – Я очень боюсь того, что если он снова уедет, то уже никогда не вернется, – сказал он. Больше герцог не произнес ни слова. Заложив руки за спину, он ходил по комнате, мрачный и расстроенный.
У Саманты пропал аппетит, и она положила вилку на тарелку.
Ей было бы намного легче принять неизбежное, если бы не их ночной разговор с Йелем. Она словно раздвоилась. Одной Саманте по-прежнему хотелось думать, что он мерзавец и негодяй. Другая Саманта бережно завернула подаренную им розу в бумажные салфетки.
Голос герцога вывел ее из задумчивости.
– Саманта, вы с моим братом довольно неплохо ладите, не так ли?
Подняв глаза, Саманта с подозрением посмотрела на него. Она прекрасно понимала, что, Фенли тоже навострил уши и ловит каждое его слово.
– Вы считаете, что это возможно? Ведь он женился на мне под чужим именем и собирается уехать и оставить меня одну.
– О, вы об этом, – сказал Вейланд, облегченно вздохнув. – Да, ваша семейная жизнь началась довольно странно, но сейчас вы стали очень близки друг другу, не так ли?
– Я вас не совсем понимаю, – сказала Саманта, откинувшись на спинку стула.
Вейланд сел на стул, стоявший напротив нее.
– Близки, понимаете? – сказал он и, наклонившись через стол, соединил свои ладони. Этот жест был довольно красноречивым. – Вы были с ним близки, не так ли?
Саманта почувствовала, как к ее щекам приливает кровь.
– Да, мы ладим, – сказала она, прокашлявшись. Больше она ни в чем не собиралась признаваться.
Вейланд недоверчиво посмотрел на нее.
– Ну же, Саманта, признайтесь, вы с ним очень близки.
– Я не понимаю, что вы имеете в виду, – сказала она, прикидываясь наивной глупышкой.
– Сквайр Биггерс сказал мне, что вы едва не проломили пол в гостинице.
Саманта просто онемела от удивления. Оказывается, герцог может говорить такое! Она украдкой посмотрела на Фенли. Он делал вид, что его очень интересует какое-то пятнышко на одной из серебряных тарелок.
– Все было не совсем так, – уклончиво ответила она.
– Они вас хорошо слышали.
– Что слышали? – спросила Саманта. Она очень боялась ответа на этот вопрос.
– Очевидно, кто-то из вас двоих довольно громко выражал свои чувства, – сказал Вейланд и пожал плечами. – Такое иногда случается.
Саманте вдруг стало трудно дышать. Ей показалось, что стены комнаты просто давят на нее. Она шевелила губами, но так и не смогла произнести ни слова.
Вейланд взял руку Саманты в свои.
– Послушайте, мои слова смутили вас, но, поверьте, я не хотел этого. Я собирался откровенно поговорить с вами, чтобы затронуть один очень деликатный вопрос.
– Я не знаю, ваша светлость, способна ли я на большую откровенность, – честно призналась Саманта.
Посмотрев на Фенли, герцог дал слуге понять, чтобы тот покинул комнату. Как только за ним закрылась дверь, Вейланд спросил у Саманты:
– Вы с моим братом… – Он замолчал, подбирая слова, а потом продолжил: – Занимались любовью во время нашего путешествия? Вы понимаете, о чем я спрашиваю, не так ли?
От изумления у Саманты перехватило дыхание. Она хотела отнять у герцога свою руку, однако он еще сильнее сжал ее.
– Я… Я, наверное, не смогу ответить на этот вопрос.
Вейланд недовольно поморщился.
– Значит, не занимались. Черт побери, я так и думал.
– И почему вы были так в этом уверены? – спросила она с искренним удивлением.
– Мой брат – человек очень энергичный, деятельный и беспокойный. Поэтому мне необходимо знать… э-э… удовлетворен он или нет.
Саманта прекрасно понимала значение слова «удовлетворен». Неужели все мужчины только об этом и думают?
Отпустив ее руку, Вейланд сел на стул.
– Я тоже когда-то был новобрачным и хорошо помню, какое страстное желание испытывают мужчина и женщина, ставшие любовниками. Я вчера предлагал Йелю свой экипаж, однако он отказался.
– Вы предлагали ему экипаж?
– Да. Если вы не занимались любовью в экипаже на мягких и пружинистых сиденьях, то можно сказать, что вы еще вообще не занимались любовью, – сказал он и улыбнулся, вспомнив о чем-то.
У Саманты в голове помутилось, когда она услышала его бесстыдные и дерзкие слова.
– Наверное, вам не стоило так откровенничать со мной, – сказала она, встав со стула.
Вейланд тоже поднялся на ноги.
– О, подождите. Поверьте, я не хотел вас смущать. Я совсем забыл, что вы вели уединенный образ жизни и мои слова могут шокировать вас.
– Мой образ жизни здесь совершенно ни при чем. Вы, ваша светлость, вне всякого сомнения, глава этой семьи, однако это не означает, что вы можете вмешиваться в наши с Йелем отношения.
Лукаво улыбнувшись, он сказал:
– Когда вы говорите со мной подобным образом, то кажетесь мне такой же своенравной и независимой, как мой упрямый братец.
Саманта решила сменить тему разговора.
– Нам, наверное, уже пора отправляться в дорогу, – сказала она и направилась к вешалке, чтобы взять свои плащ и шляпу, но он преградил ей путь.
– Да, нам уже пора. И прежде, чем мы уедем, я хотел бы попросить вас, Саманта, об одном одолжении. Это крайне важно, а лошади могут еще немного подождать.
