– Да, нам уже пора. И прежде, чем мы уедем, я хотел бы попросить вас, Саманта, об одном одолжении. Это крайне важно, а лошади могут еще немного подождать.
– О чем же вы хотите меня попросить? – спросила она, боясь услышать его ответ.
– Сядьте, пожалуйста, – попросил он Саманту. Она поняла, что он не скажет ни слова, если она не подчинится.
– Дело в том, что только вы имеете влияние на Йеля, – сказал он, встав на одно колено перед стулом, на котором она сидела.
Она едва не рассмеялась в ответ.
– Он хочет уехать не только от вас, ваша светлость, но и от меня тоже. Очень хочет.
– Но вы можете все изменить, – сказал он, взяв ее за руку. – Вы понимаете, мне кажется, что Йелю хотелось бы иметь с вами более близкие отношения.
– Ему хотелось бы иметь более близкие отношения со всеми, кто носит юбку, – съязвила она.
– Не обманывайте себя, Саманта. Он очень разборчив и обладает хорошим вкусом. Впрочем, он всегда был таким.
– Неужели? Тогда за что же его лишили наследства?
Теперь Вейланду стало не по себе. Он смущенно посмотрел на Саманту.
– Это совсем другая история, моя дорогая. Я обязательно расскажу вам ее когда-нибудь, но только не сегодня.
Склонив голову, Саманта пристально посмотрела на него.
– Я слышала, что тут были замешаны какие-то женщины.
– Да хоть миллион женщин. С тех пор прошло уже много лет. Вас это не должно волновать. Кроме того, отец лишил Йеля наследства не из-за его пристрастия к слабому полу. Если бы дело было только в этом, он лишил бы наследства не его, а меня. Нет, отец рассердился на Йеля из-за того, что он промотал огромную сумму денег. Но с тех пор мой брат сильно изменился. Иначе ему бы просто не удалось создать собственную торговую компанию.
Саманта пыталась осмыслить услышанное. Она увидела деверя в новом свете. Саманте трудно было представить Вейланда в роли дамского угодника.
– Я знаю, что вы с Йелем вступили в брак не по любви. И все же, Саманта, я не согласен с вами. Я не думаю, что вы Йелю совершенно безразличны.
Теперь Саманта взглянула на него с нескрываемым интересом.
– Зачем вы мне это говорите?
– Потому что я вижу, как он смотрит на вас, Саманта. Я ведь тоже мужчина и прекрасно понимаю, о чем он в этот момент думает. Если бы не вы, он ни за что не поехал бы со мной в Лондон.
– Но я не могу заставить его остаться. На следующий же день после нашей свадьбы он сказал мне, что собирается уезжать. Насколько я знаю, он до сих пор не передумал.
– Пока он никуда не уехал, – произнес Вейланд приятным бархатным голосом. – Я уверен в том, что стоит вам только захотеть, Саманта, и вы сможете убедить его остаться.
Опустив голову, она посмотрела на свои руки.
– Я не знаю, – сказала она, разглаживая складки на юбке.
Вейланд положил руку на спинку стула Саманты.
– Я признаю, что он поступил не совсем правильно, женившись на вас под вымышленным именем. Однако он уже объяснил, что заставило его так поступить. Его объяснение было вполне правдоподобным. Но поймите же и меня! Я хочу сохранить целостность нашей семьи. Я прожил много лет без своего брата и не хочу еще раз его потерять. Он мне нужен. Он должен заняться нашими семейными делами.
Он погладил руку Саманты.
– У меня есть к вам одна просьба, – сказал он, осторожно проведя по тыльной стороне ее ладони большим пальцем руки. – Впрочем, зная ваш характер, я боюсь, что вам будет очень трудно выполнить эту просьбу. И все же, ради благополучия нашей семьи, я рискну попросить вас об этом.
Саманта затаила дыхание.
– Я хочу, чтобы вы заставили моего брата полюбить вас.
Саманта чуть не упала со стула.
– Вы с ума сошли? – вот все, что она смогла ему сказать. – Йель не из тех людей, которых можно водить за нос.
– Да, он не такой, – сказал Вейланд, презрительно усмехнувшись. – Но все мы подвержены соблазнам. Нужно только правильно выбрать приманку. Я вижу, что мой брат влюблен в вас. Уж поверьте мне, у меня на это дело глаз наметан. Он, словно рыцарь, готов совершать ради вас благородные поступки. Будьте с ним поласковее, и он прислушается к доводам разума.
– Поласковее?
Вейланд посмотрел ей прямо в глаза.
– Вы же понимаете меня. Чтобы пол трясся, – сказал он. Саманта поспешно вскочила со стула, и он не успел ее остановить.
– Вы понимаете, о чем меня просите? – воскликнула она, остановившись в центре комнаты.
– Все это вполне естественно. Да ведь вы такое уже проделывали, – спокойно ответил он. – По-моему, церковь считает это вашим супружеским долгом.
Она посмотрела на Вейланда.
– Я не могу сделать это. Мне придется изменить своим принципам и пойти на сделку с совестью. Я слышала, как вы отзывались о своей жене, и поэтому думаю, что вы меня понимаете.
– Да, да. Я понимаю вас… Однако речь идет о благополучии нашей семьи. Йель уже давно не тот своенравный и капризный юноша, каким он был в девятнадцать лет. Он стал человеком, достойным уважения. Я хочу, чтобы он остался в Англии. Ему больше не нужна ни эта его компания «Рог Шиппин», ни любая другая компания. Я в этом уверен. Дело в том, что семья Эйлборо владеет не только движимым и недвижимым имуществом, но и коммерческими предприятиями. Представляете, как тяжело всем этим управлять? Йель может помочь мне сохранить это состояние для будущих поколений нашей семьи. Он нужен моим сыновьям. Он нужен вашим детям. Я готов сделать все возможное и невозможное для того, чтобы он остался в Англии.
Саманта приложила ладонь к своему животу. Дети… Она, возможно, уже носит в себе ребенка Йеля. Что же она скажет этому ребенку, когда он вырастет и спросит, где его отец? Вейланд привел довольно веские доводы. Ее дети тоже будут принадлежать к семейству Кардерок.
И все-таки у нее есть гордость. Моральные принципы.
– Насколько я понимаю, ваша светлость, – сказала Саманта дрожащим от волнения голосом, – вы хотите, чтобы в угоду вашим желаниям я пошла на сделку со своей совестью. Вы требуете, чтобы я превратила в посмешище священное таинство брака. Йель, произнося перед алтарем брачные обеты, не собирался жить со мной в мире и согласии до конца своих дней. Он все время говорил о том, что собирается уехать и оставить меня здесь одну. Я не буду упрашивать его остаться. И соблазнять его я тоже не намерена.
Герцог плотно сжал губы. Казалось, он подбирал слова для того, чтобы ответить ей.
– Саманта, – сказал он, подойдя к ней, – то, что вы крайне щепетильны в вопросах чести, просто восхитительно, однако меня это, если можно так сказать, слегка раздражает. Я не привык к тому, что мне отказывают, когда я прошу выполнить то, что считаю необходимым и полезным. Я принял вас как сестру и открыл для вас двери своего дома. То, что вы в ответ на мою доброту отказываетесь помочь моей семье, просто… – он помолчал немного, подбирая подходящее слово, – огорчает меня.
