Разумеется, открыла она не ту.
– Богиня, да у тебя здесь гребаный бассейн!
– Так и есть. А у тебя разве нет? Ты же говорила о роскошной ванной!
– В том-то и дело. У меня ванна. Роскошная, но ванна. Не бассейн. Так, ладно. Жизнь несправедлива. Все, я пошла. До встречи, ваше величество Катажина! Думаю, мне стоит обращаться к тебе именно так после увиденного. Ваше высочество. – Вивиан улыбнулась Райденну и склонилась в шутовском поклоне.
– Прощай, Вивиан, – с явным облегчением выдохнул Лунный, наблюдая за тем, как за ведьмой захлопнулась дверь в ее покои.
– До завтра, – пробормотала я.
И мы остались одни.
– Что ж, – я неловко постучала по столу пальцами.
– Что ж, – повторил Райденн, покосившись на ломившийся от еды стол, – похоже, здесь любят поесть.
Неловкость между нами становилась осязаемой. Казалось, еще немного, и она обретет форму.
– Ты об этом пришел поговорить? – не удержалась от подначивания я. Лис определенно дурно на меня влияет.
– Вообще-то нет. Я пришел по другой причине. – Уголки его рта дернулись в улыбке, но взгляд оставался внимательным. Так, словно спрашивал, не передумала ли я.
Его слова повисли в воздухе, пробуждая во мне воспоминания. Я будто снова услышала его шепот, почувствовала его губы у самого уха. «Не сейчас, Катажина. Позже». По коже побежали мурашки. Кажется, «позже» вот-вот наступит. Я ждала и одновременно боялась того, что случится дальше. Одно дело – обняться в порыве чувств при свете дня в компании друзей, и совсем другое – стоять вот так напротив друг друга в полумраке. В спальне. Наедине.
Пауза затягивалась.
– Выйдем на террасу. Ты не против? – предложил Райденн.
– Здесь есть терраса? – изумилась я и чуть тише пробормотала: – Ну, конечно. Конечно, здесь есть терраса. Надо было догадаться.
Приняв мое восклицание за согласие, Лунный открыл стеклянную дверь, которая походила на одно из окон. Неудивительно, что я не заметила.
Райденн галантно пропустил меня вперед. Солнце село, уступив место бледному свету луны и холодным далеким звездам. Я залюбовалась.
– Тебе понравится в Лунных землях, – оценил мою реакцию принц.
– Не думаю, – брякнула я, а сообразив, как это прозвучало, тут же пустилась в объяснения: – Я не в том смысле. Просто пытаюсь сказать, что я и здесь-то себя чувствую неловко, у меня совершенно нет манер, а в Лунных землях все наверняка изысканные и утонченные… Я не смогу вписаться, – обреченно добавила я.
У меня просто талант все портить. Особенно когда рядом Райденн. Наверное, в его присутствии мне стоит говорить только о погоде или луне. «Райденн, тебе не кажется, что луна сегодня особенно прекрасна?» Или еще лучше – вообще не говорить. Просто молчать и целоваться. А что? Не самый худший вариант. Прекрасный вариант, сказала бы. Я почувствовала, что снова краснею.
– Катажина, – принц коснулся моего плеча, возвращая меня к реальности, – тебе не стоит переживать о том, что ты не впишешься. Даже я не смог. Так что просто будь собой, – улыбнулся он, – у тебя это отлично получается.
От его слов на душе стало теплее. Жаль только, душевное тепло совсем не спасало от порывов холодного ветра. Кажется, магия туатов не действовала после заката. Я поежилась.
– Сейчас вернусь, – предупредил принц.
И действительно, уже через минуту он бережно накинул мне на плечи плащ, но руки так и не убрал. Я чувствовала тепло его тела. Слышала его дыхание, таявшее в бархате ночи. Слова казались лишними. В молчании, которое мы делили друг с другом, было так много нежности, так много понимания. Соприкасались не только наши тела, но и души. Именно сейчас, в этот момент тишины, я по-настоящему ощутила нашу близость.
Его рука, лежавшая на моем плече, мягко заставила меня повернуться. Теперь мы смотрели друг другу в глаза. Райденн нежно провел пальцами по моей щеке, и от его легкого прикосновения по телу будто прошли сотни электрических разрядов.
– Давно хотел это сделать, – эти слова он выдохнул мне прямо в губы и наконец накрыл мой рот поцелуем. Хорошо, потому что, если бы он этого не сделал, я бы поцеловала его сама.
Его губы сминали мои. Чувственно, медленно, со вкусом. Так, словно я была изысканным вином, которое хочется смаковать. Его пальцы скользили по моей щеке, зарывались в волосы, гладили спину. С каждым мгновением наш поцелуй становился все более страстным, жадным, нетерпеливым. Мое тело слишком сильно отзывалось на его прикосновения. Мы стояли вплотную друг к другу, но нам обоим этого было недостаточно. Он прижимал меня к себе, а я тянулась к нему навстречу. Мои пальцы сжались у него на затылке. Хотелось стать ближе. Еще ближе. Раствориться в этом поцелуе без остатка. Забрать себе этот момент. Сейчас существовали только мы. Наши руки, наши губы, наши объятия.
Это не было похоже на наш поцелуй в переулке или тот, когда я поцеловала Райденна на озере. У наших губ не было привкуса отчаяния, ужаса, безрассудства или безысходности. Впервые мы целовали друг друга, не прикрываясь обстоятельствами. Мы делали это, потому что хотели. И это было прекрасно.
Когда мы наконец оторвались друг от друга, сердце колотилось так, что, казалось, стучало прямо у меня в ушах. Дыхание сбилось. Его глаза были так близко. Затуманенные, помутневшие от желания. Он словно был пьян. Пьян мной. И это безусловно пьянило меня. Я не удержалась и снова поцеловала его в уголок губ.
Райденн погладил меня по волосам, прижал к себе. Совсем как тогда, у вагонеток. Так, словно не хотел отпускать. Столько нежности было в этом прикосновении, что я растаяла. Вдохнула его запах. Свежий, будто ясное зимнее утро. Душа вдруг отозвалась такой чистой, звенящей радостью, что я даже опешила. Подобный восторг я испытывала только когда набирала скорость и неслась на коньках по замерзшей глади воды. Да, в конце я обычно падала, но это совершенно не мешало наслаждаться катанием. От последней мысли мне стало грустно. Боюсь, болезненное падение ждет меня не только на льду.
Я немного отстранилась и запрокинула голову, чтобы взглянуть Райденну в лицо. Он смотрел в ночное небо, и его мысли витали где-то далеко-далеко. Почему-то почудилось, что размышляет он примерно о том же, что и я.
– О чем ты все время думаешь? – Мне не удалось сдержать любопытство. Несмотря на наш поцелуй, Райденн по-прежнему оставался для меня загадкой. Мне отчаянно хотелось понять его. Стать хоть немного ближе.
– О Пустоши, об Айтаре, о том, могло ли все сложиться иначе, останься я здесь. Об испытаниях, о моем отце, о тебе.
– Со мной все будет
