последней нашей службой королевству, то так тому и быть.
— Достойно уважения, — честно признал Тайхарт. — Вы ведь знаете, что наши семьи знакомы уже давно?
— Семьи? Вы про девочку-зверолюда, которая раньше жила у нас? Да, Касар мне всё рассказал. Про стычку в нашем поместье я тоже в курсе. Я понимаю, что вы питаете к нам вражду.
— Вражду? Нет, по прошлым счетам Констье уже расплатились. Я даже искренне вам благодарен…
Тайхарт говорил медленно, исключив из голоса любой намёк на враждебность. Он даже перешёл на «вы», что было редкостью в его разговорах.
— Благодарны? — непонимающе спросила Вита. — Но за что? Мой муж оскорбил вас, а сын бросил вызов и сражался на арене. Не понимаю…
— Пусть Асэми была рабыней в доме Констье, но она выжила только благодаря вам. Неизвестно, как сложилась бы судьба ушастой малышки, не приюти вы её. Пожалуй, этого достаточно, чтобы я не желал вам смерти.
— Хм, ясно. Занятно, что именно злейший враг не желает нам гибели. Впрочем, мы забылись, господин Тайхарт. И пусть переговоры фиктивны, но я обязана озвучить условия, переданные королём.
— Я слушаю…
— Король потребовал, чтобы вы отвели свои войска, а сами сдались. Тогда он пощадит непричастных к нападению.
Услышав это, Тайхарт почти искренне рассмеялся, хлопнув ладонью по столу, отчего на досках подпрыгнули тарелки и кувшины.
— Звучит как ультиматум, — хмыкнул Тайхарт, а потом вздохнул. — А я думал, что ваш король умнее. Он мог попросить перемирие, чтобы дождаться подмоги. А это…
— Так вы знаете о помощи союзников? — слегка удивилась Вита. — Тогда вы должны понимать, что время не на вашей стороне. Столица может продержаться под осадой несколько лет, а ваша армия будет уязвима, когда остров окружат десятки боевых кораблей. Даже вам не справиться со всеми…
— Разве? — Тайхарт услышал какой-то далёкий шум и широко улыбнулся. — Вы ведь наслышаны, что у меня есть дракон. Неужели вас не удивило, что он куда-то пропал в самом начале битвы? Флот страшен своей артиллерией, но против крылатого бедствия он беззащитен…
В этот момент раздался рёв могучего зверя. В небе появилась огромная тень. Ящер тяжело приземлился возле лагеря, хлопая крыльями и тряся головой. Со спины дракона ловко спрыгнула Асэми, бросив на гостей удивлённый, но мимолётный взгляд.
— Как всё прошло? — спросил Тайхарт. — Можешь говорить, нет смысла что-то скрывать.
— Всё сделано, Повелитель! — ответила Асэми, косясь на дипломатов. — Флот разбит, они больше не представляют угрозы.
— Умница, хотя я даже не сомневался, что ты справишься.
От похвалы Асэми сильно покраснела, пушистый хвост резко бил из стороны в сторону, а ушки блаженно подрагивали. Она была довольна тем, что Тайхарт перестал считать её ребёнком, за которым нужно следить.
Услышав этот разговор, Вита невольно вскочила со стула. Она переводила взгляд с дракона на Асэми и обратно. Было похоже, что дипломатка вот-вот может потерять самообладание. Но в конечном итоге она смогла подавить внутреннюю панику и смиренно вздохнула.
— Я так понимаю, союзный флот не придёт нам на помощь?
— Правильно понимаете, — заверил Тайхарт. — На моей стороне магия, армия мертвецов и дракон. У королевства нет шанса устоять. Возвращайтесь за стены и сообщите об этом королю. У вас есть час на то, чтобы снять барьер и добровольно сдать столицу. В противном случае я пойду на штурм…
— Боюсь, они не согласятся на капитуляцию, — вздохнула Вита, уже предвидя множество смертей и разрушений.
Тайхарт понимающе кивнул и ответил:
— Тогда советую вашей семье не покидать своё поместье. Оно может случайно уцелеть, даже если вокруг всё будет полыхать.
Вита бросила на Чёрного Палача быстрый взгляд, а затем улыбнулась краешком губ, поняв достаточно прозрачный намёк.
Женщина развернулась и двинулась в сторону городских стен. Её спутники пошли следом.
На мгновение Вита вдруг остановилась, посмотрела на Асэми и тихо произнесла:
— Ты так выросла, кроха. Я знаю, что была излишне строга. Надеюсь, ты простишь меня. Все люди совершают ошибки. Этот мир не поделён на чёрное и белое. Непогрешимые святые бывают только в книгах.
Вита опустила взгляд и снова зашагала по дороге.
Глава 19. Падение Чернобога
Последние минуты спокойствия таяли, близился конец «перемирия».
Тайхарт сидел в роскошном кресле, поставленном прямо на вершине небольшого холма. Справа раскинулся огромный город, закрытый магическим щитом, слева безмолвно стояли отряды армии нежити, а впереди висел над морем круг яркого солнца.
— Недурно, — оценил Тайхарт.
Он попивал горячий чай из широкой чашки. Аромат заваренных трав разносился по округе, даруя ощущение уюта.
Асэми сидела на краешке стола и косилась на кувшин с вином. Очередной раз тяжело вздохнув, она отвернулась от соблазнительной ёмкости и обратилась к учителю:
— Повелитель, время почти истекло.
— Знаю, — тихо ответил Тайхарт, всё ещё наслаждаясь мгновением. — Похоже, король и его подданные решили сопротивляться до конца. Они либо надеются на крепость магического щита, либо всё ещё ждут флотилию с Храмового острова.
— А мы сможем пробить барьер? Он похож на тот, что был на арене два года назад, только в сотню раз сильнее.
— Да, защита достойная, признаю. Но ведь у нас есть козыри в рукаве…
— Дракон?
— И твоя Лунная магия.
Тайхарт посмотрел на Асэми и добродушно улыбнулся. Последнее время он стал чаще полагаться на силу своей ученицы. Её вторая стихия была поистине устрашающим оружием, порою превосходящим даже силу Тьмы.
— Но пока это не началось… Скажи, что ты думаешь о той женщине — Вите Констье?
— Повелитель, вы и сами всё знаете, — вздохнула Асэми поджав губы. — Совсем ребёнком я попала в их дом и стала рабыней. Было очень много плохого, но и чуточку хорошего. А зачем вы спрашиваете?
— Я сказал Вите, что благодарен за твоё спасение. И это действительно так. Пусть тебя сделали рабыней, но благодаря этому ты выжила…
— Наверное…
Тайхарт отпил из чашки, а после нахмурился, в его взгляде появилась злость.
— Когда мы захватим Чернобог, я планирую казнить короля, его семью и всех близких ко двору. Это необходимо сделать, чтобы наша власть стала непоколебимой. Враги должны видеть, что бывает за неповиновение.
— Если так нужно… — Асэми потупила взгляд янтарных глаз и украдкой вздохнула.
— Однако низшие дворянские дома я не трону,
