– Вы путешествуете? – спросила она.
– Да. Я решил отправиться в длительное турне вместе с братом и его другом: Греция, Сардиния, Мальта, Гибралтар. Это самый короткий путь, которым мы могли добраться до полуострова, иначе я попытался бы разыскать вас раньше. Мы только вчера прибыли в Лиссабон. Я встретился со Стюартом и спросил о вас. Он сказал мне, что ваш корабль отплывает сегодня, поэтому я немедленно отправился в гавань и переговорил с капитаном Брикстоном. К счастью, на «Морском Коне» нашлись места для нас.
Шерри снова заулыбался, всем своим видом показывая, как он рад, что все складывалось для него наилучшим образом. Каролина улыбнулась ему в ответ. Невыносимо было считать его своим врагом. Конечно же, трудно было думать то же самое и о Тэлботе, но она, по крайней мере, знала, что кузен Джереда был отчаянным и чрезмерно азартным человеком, а Шерри ей казался слишком добродушным и добропорядочным, чтобы участвовать в каком-либо тайном заговоре.
Он вдруг стал серьезным и произнес сочувственным тоном:
– Стюард говорил мне о Джереде. Прими мои соболезнования, Каролина.
– Благодарю, – ответила она и сразу же почувствовала себя очень неловко. С ней всегда так случалось, когда заходил разговор о смерти мужа.
Но Шерри не позволил неприятной паузе затянуться, и молчание было прервано, когда он, посмотрев вниз, увидел Эмили.
– Ей-Богу, это ребенок Джереда! – воскликнул он, наклонившись к девочке. – Я знал твоего папу, малышка.
– Моя дочь, Эмили, – представила малышку Каролина, прижимая ее к себе. – Эмили, а это мистер Шеритон. Он дружил с твоим папой.
Девчушка с необычайной резвостью стала рассматривать молодого человека, а потом робко улыбнулась. Шерри был доволен.
– Вы с ней похожи как две капли воды, Каролина. За ней очень скоро тоже будут увиваться толпы поклонников.
Его глаза говорили, что этот комплимент относился скорее к матери, чем к дочери. Женщина смутилась и ничего не ответила. Она уже успела забыть, что такое светский флирт.
К ним подошли брат Шерри и его друг.
– Послушай, Джордж, – произнес высокий широкоплечий блондин. Судя по его внешнему сходству с Шерри, это был его брат. – Ты бы мог представить даме и меня с Энди. Мы не позволим тебе одному завладеть вниманием хорошеньких женщин.
Шерри рассмеялся и, стукнув подошедшего по плечу, произнес:
– Этот повеса – мой брат Джек, а этот – его друг Эндрю Блер. И миссис Раули с дочерью. – Он снова повернулся к свои спутникам. – Бездельники, ведите себя прилично: вы находитесь в обществе настоящей английской леди!
Джек Шеритон, нимало не смутившись, усмехнулся и поклонился Каролине.
– Чрезвычайно рад встрече с вами, мадам!
Поведение этих молодых людей очень уж смахивало на флирт, и Каролина воспринимала все сказанное ими, с определенной долей снисходительности.
Эндрю Блер, стройный темноволосый молодой мужчина с необыкновенно ясными глазами, взял ее руку и церемонно поднес к своим губам.
– Иностранки в большинстве своем очень привлекательны, но они и в подметки не годятся нашим английским красавицам! – заметил он.
Женщина покровительственно улыбнулась. Она уже начинала привыкать заново к комплиментам. Казалось, прошли те времена, когда она их слышала постоянно, и хотя это было давно, и она уже вышла из того возраста, но нельзя было отрицать, что эти слова и теперь пришлись ей по вкусу.
Она все еще улыбалась, когда послышался скрип трапа, и по шагам Каролина узнала Адама.
Взглянув на него, она поняла по его глазам, что с Шерри он знаком. Конечно, Дьюард встречал его пять лет назад, когда расследовал дело о бракованных пушках.
– Джордж Шеритон – Адам Дьюард, – представила их друг другу Каролина, используя возникшую паузу, чтобы соблюсти формальности.
– Мы уже однажды встречались, – сказал Адам, протягивая руку. Он говорил вежливо, но взгляд его был суровым. Без сомнений, его волновали те же вопросы, которые тревожили и саму Каролину в первые минуты этой неожиданной встречи.
– Конечно, – ответил Шерри, здороваясь с Дьюардом. На его лице не было каких-либо признаков неприязни или затаенной обиды. – Стюарт рассказывал мне, что вы привезли миссис Раули из Испании. Очень рад, что рядом с ней оказался такой мужественный и бесстрашный человек, способный на самоотверженную помощь.
Каролина представила Адаму Джека и Энди, объяснив при этом, что все трое молодых людей путешествовали по Средиземному морю. Она надеялась, что ее слова ослабили подозрительность ее защитника, но взгляд его темных глаз не изменил своего выражения. Она, конечно, сделала вид, будто совсем не замечала недоброжелательного настроя своего спутника по отношению к этим людям, и весело щебетала, пока корабль не отчалил. И тогда все подошли к борту, чтобы еще раз взглянуть на Лиссабон.
Перед ними проплывали полуразрушенные дома, настойчиво напоминавшие о войне. И когда город, удаляясь, постепенно таял в туманной дымке горизонта, к горлу женщины подступил ком.
– Когда-то здесь было очень красиво! – вздохнул Шерри. – Ужасно видеть, во что превратилась эта страна.
– Это правда, – подтвердил Адам. – Война – великий разрушитель, она не щадит ничего.
Уловив печальные нотки, прозвучавшие в его словах, Каролина вдруг поняла, как ей близко его настроение. Чтобы понять, что такое война, человек должен прожить какое-то время в самой ее гуще. Пропасть, которая отделяла их с Адамом от этих молодых людей, чьи представления об этой войне основывались только на информации из английских газет, была огромной. Она была так же огромна, как пропасть между городом, который они покидали, и городом, в который направлялись.
– Смотрите! – вскрикнула Эмили, уже снова сидевшая на плечах у Адама, и взволнованно указывала на форт Сен-Жулиан и форт Сен-Буржио, которые как стражи стояли по обе стороны истока Тагуса. Каролина не видела их со времени своего последнего плавания, но помнила очень хорошо. Ей представилось, как вот так же, четыре года тому назад она с Эмили на руках, стояла на палубе корабля, входившего в Тагус. Тогда ей казалось, что прошлое осталось позади навсегда, но она ошиблась. Все вокруг напоминало ей о былом: Адам, Шерри и даже Эмили.
В лицо дул порывистый морской ветер.
– Еще две недели, и мы будем в Англии! – сказал Шерри, придерживая шляпу.
Каролина взглянула на Адама и уловила на его лице напряженное выражение.
– Да, – машинально подтвердила она. – В Англии.
* * *
– Какая ты красивая, мама! – восхищенно воскликнула Эмили.
Женщину очень развеселили эти слова дочери. Она еще раз придирчиво оглядела свой наряд. Платье из серого, с серебристым оттенком, шелка, отделанное тонким кружевом, когда-то было одним из любимых ее вечерних туалетов. Сшитое очень просто, оно, однако, выглядело элегантнее всей той одежды, в которой ее привыкла видеть дочка.
