*Аня*
На мне снова свадебное платье. Красивое, модное, в этот раз наверняка жутко дорогое. Алена с мамой поправляют подол, шутят на тему моего аморфного состояния. Да какое состояние. Я просто Барби, которую сейчас повезут к Кену. И ждет нас кукольный домик с идеальной жизнью.
Только взгляд все чаще в телефон.
Он конечно не позвонит. Зачем? Ведь я ему все сказала. Тогда чего я жду? Почему настолько не тороплюсь спускаться к машинам.
– Ань, ты живая вообще? Юра уже ждет, – торопиться мама, как никогда сегодня красивая.
– Живая, – пожимаю плечами, беру холодный гаджет в руку, снова листая месседжи. Ни одной попытки до меня достучаться. Неужели я оказалась права?
Меня ведут вниз. На первом этаже отец, два брата, невестка. Вся семья в сборе, все готовы ехать в загс, где уже ждут другие гости. Все вроде бы даже счастливы.
Я чувствую, как меня мутить начинает.
– Аня, – доносится откуда – то сверху голос отца. – Ты в норме?
– А что такое норма? – спрашиваю со смешком, но когда отец хмурится, улыбаюсь шире. – Да все нормально. Главное ты счастлив, что наконец избавишься от обузы.
Разговоры смолкают, все взгляды обращаются на меня.
– Ань, что ты такое говоришь? – еле выговаривает мама, а я отбиваю каблуками чечетку, делая вид, что шучу и жизнь прекрасна. Сдохнуть только хочется.
– Да все отлично, ну что за траурные лица. Или вы сегодня уже кого – то убили?
Никто не смеется, а я, махнув на них рукой, подхватив подол платья иду на выход. На подъезде к воротам дома стоит четыре шикарно, украшенные машины.
Подхожу к мерсу, куда должны сесть мы с отцом. То ли традиция такая, то ли ради безопасности.
– Ты пила? – задает отец вполне закономерный вопрос, а я поднимаю голову, словно обращаясь к утреннему, уже припекающему солнцу и головой качаю.
– Пока нет. Но чувствую на радостях нажрусь как следует.
Папа толкает меня в машину, о чем – то болтает с черноволосым водителем, кепка которого натянута ниже некуда, а смотрю на то, как загружаются другие члены семьи.
Сережа хмурится, смотря на меня, но я показываю ему средний палец, и он закатывает глаза.
– Аня, пока едем, можем поговорить? – заговорил отец, как только машина тронулась. Или я мозгом тронулась?
– О чем? – вот уж удивил. Он со мной давно не пытался разговаривать.
– Мать считает, что ты торопишься со свадьбой.
Я хохочу, ну потому что бред говорить об этом сейчас.
– Немного поздно говорить об этом, когда мы едем в ЗАГС и все гости должны собраться в мега крутом ресторане. Или тебе надо просто спросить? Ну, для приличия. Для галочки. Спасибо, все отлично.
– Ладно, давай я просто спрошу, любишь ли ты Костю?
– А как его можно не любить? Я же замуж за него выхожу.
– Ты опять меняешь тему! Я задал прямой вопрос! Аня!
– Нет, господи, конечно я его не люблю! Зато его обожаешь ты и готова носить на руках вся семья, только потому что он избавил вас от моих истерик. Просто рыцарь семьи Самсоновых!
Отец шумно сопит, смотрит на меня так, словно ударить готов, а я ладошку его кулак накрываю.
– Ну слушай, я же не отказываюсь от брака с ним. Он правда хороший. Лучше, чем некоторые.
– Такие как Ломоносов? Ты все еще сохнешь по нему?
– И ничего я не сохну, – отворачиваюсь к окну, за которым проносится бесконечная лесополоса. А потом мы заезжаем на мост.
Бесявая, кстати, развилка впереди. Я порой задумываюсь и ошибаюсь куда ехать. И у меня стойкое ощущение, что и водитель наш собирается ошибиться.
– Ты мне дочь, мозг выносишь! Если ты хочешь отменить свадьбу, то предлагаю сделать это сейчас, пока мы до ЗАГСА не доехали, чтобы потом не было мучительного развода. Я не понял, Олег, ты забыл как ехать до Москвы?
Вот, не я одна заметила! Водитель вошел на мосту не в тот поворот, и теперь нам придется делать дополнительный круг, чтобы догнать остальных.
– Простите, Юрий Вячеславович, задумался.
– Задумываться будешь, когда я тебя уволю, – рычит папа, отвечает на звонок. Остальные волнуются, что мы отстали, но папа успокоил их. – Да этот парень новенький, долбаеб.
Я тут же внимательнее смотрю на водителя, который натянул кепку ниже, чем нужно.
В голове мелькает мысль, но у отца она быстрее. Он бросает телефон и тут же достает откуда не возьмись ствол, приставляя его к голове водителя.
Я только к краю кресла отползаю.
– Старею. Кто ты, ублюдок и на самом ли деле заболел Гриша?
– Юрий Вячеславович, я за рулем, на огромной скорости, а вы…
– Тормози, урод, пока мозги не вышиб!
Он останавливается прямо на автомагистрали, включает аварийку.
– Выходи, – орет отец и тот выходит, а я пытаюсь понять, где его видела.
– Дима! – в голове вспышкой воспоминания. Димас, как еще его Богдан называл!
Они уже вышли из машины, и я за ними.
– Что за Дима? Еще с утра ты был Олегом.
И тут сквозь шум проезжающих машин, я явственно слышу стук. Мы с отцом переглядываемся, смотрим на багажник. Отец тут же берет за шкирку того самого Диму, который был участником моего похищения. Я о нем совершенно забыла. Хотя, не считая отсутствия квадратных очков он почти не изменился. Отец быстро обыскивает его и ведет к багажнику, продолжая держать на мушке.
– Не могли бы вы убрать пистолет?
У меня от происходящего голова кружится, адреналин в крови подскочил, но все это определенно веселит
