лет, целует другую девушку. А ты была разбита, когда увидела Августа с Шей, хотя вы… Это вы. Так что тут я на стороне Ланы.
– Целью нашего плана был Рен, – напомнила я.
– Вначале – да. Но затем ты влюбилась в Августа, и всё поменялось. Сегодня ты поцеловала Рена не потому, что хотела с ним встречаться, а назло.
Меня словно ударили. То, что я злилась на Августа, не значило, что я не заботилась о чувствах Рена.
– Он нравится мне.
– Я бы поверила тебе, если бы ты выбрала менее публичное место.
– Я же не бросилась на него посреди класса.
– Ты пыталась доказать, что Август не сделал тебе больно. Или ты использовала Рена, чтобы почувствовать себя лучше, что только усугубляет ситуацию. Это в любом случае плохо выглядит.
Я убрала еду обратно в контейнер, аппетит пропал совсем.
– И это говорит та, кто не признаётся мальчику, который ей нравится, потому что слишком боится, что люди могут о ней подумать. – Это было худшим, что я могла ей сказать. И я буквально прошла через то же самое с Августом до того, как поняла, что он всё ещё влюблён в Шей. Не все слова даже успели вылететь изо рта, а я уже о них жалела. Но лавину так просто не остановишь. – Прости меня. Я не хотела.
Джемма откусила морковку с таким треском, который скорее походил на выстрел.
– Хотела, – сказала она, отодвигая стул. – Не переживай. Раз ты решила разрушить свою жизнь за один день, я не буду тебя останавливать.
– Джемма, пожалуйста, не сердись.
– Если не хочешь, чтобы люди сердились, может, хватит вести себя так, словно ты центр вселенной? У некоторых есть дела поважнее, чем держать тебя за ручку, пока ты ревёшь, что твой фальшивый парень поцеловал свою настоящую девушку. Может, стоило просто поговорить с Августом, как я тебе советовала, а не вмешивать в это остальных? Не моя вина, что тебе не понравилась эта идея. И уж тем более это не вина Рена. Говори с Августом, не говори с Августом, но оставь нас всех в покое.
Я схватила её за руку, пытаясь остановить.
– Ты права. Мне очень жаль, ладно?
– Ладно. – Она села обратно, но горечь в её словах говорила о том, что она ещё не простила меня.
– Я серьёзно. Я всё исправлю с Реном, обещаю.
Хотела ли я исправлять что-либо с Августом – это другой вопрос.
Глава 23
Правило любви № 19:
Дарите ту любовь, которую бы хотели получить взамен.
Мой тур извинений начался с Рена.
Чтобы не повторять вчерашних ошибок с проявлением чувств на публике, я приехала в школу рано и стала поджидать на парковке. Когда он вышел из машины, я помахала рукой и он повернул в мою сторону. Я ждала, сидя на бампере своей машины с двумя стаканчиками горячего кофе из «Мальчишек-печенюшек».
– Есть минутка? – спросила я, протягивая стакан в качестве знака мира.
– Привет. – Он улыбнулся быстро, но сдержанно. – Я хотел позвонить вчера, но я так и не понял, что это было. То есть, очевидно, это был поцелуй. Хороший. Просто я очень долго не целовал никого, кроме Ланы, так что я начал загоняться из-за того, что всё это значило. Ты ждала моего звонка?
Неловкость и так ощущалась, но нервная болтовня всё только усугубила. Я бы сказала что угодно, лишь бы положить конец пыткам, которые Рен сам себе устроил. Но после моего поведения вчера он заслуживал правды.
– Нет, это мне следовало позвонить. Чтобы извиниться. Я хочу попросить прощения за поцелуй и за то, что заставила тебя нервничать из-за него. У меня была мысль, что я быстрее забуду Августа, если начну встречаться с кем-то ещё. Вот почему я тебя поцеловала. Что было паршивым поступком по отношению к тебе, потому что я не спросила, хочешь ли ты и готов ли. Это было эгоистично с моей стороны, и я обещаю, что подобное не повторится.
– Значит, я твоя замена? – На его лице отразилась печаль, но в то же время облегчение, что не он стал причиной поцелуя.
Что бы он ни чувствовал, я поспешила объяснить:
– Нет. Точно нет. Замена подразумевает нечто временное, незначительное, а я не отношусь к тебе так. Я поцеловала тебя, потому что ты мне очень долго нравился. Но как ты вчера не мог перестать думать обо мне, так и у меня в мыслях был только Август. Я решила, что смогу забыть его, если мы с тобой будем больше чем друзьями.
Он сделал один большой глоток кофе, не заботясь о том, что может обжечься. Рен всегда пил кофе так. Как будто, если перед ним было что-то, что он очень любил, оно перетягивало на себя всё его внимание. И то, что Лана считала рутиной, на самом деле показывало, что Рен счастлив. Если ему что-то нравилось, он придерживался своих привычек. Вот почему мне даже не пришлось думать о том, какое печенье привезти Рену сегодня утром. Странно, но до меня только сейчас дошло, почему Рен был таким надёжным и предсказуемым.
– И всё-таки ты хотела, чтобы я позвонил. Я полный придурок, – сказал он.
– Ты последний, кого бы я назвала придурком. В этой ситуации я тот человек, который повёл себя ужасно. Я слишком надавила, хотя знала, что ты не готов к новым отношениям. К тому же мне самой стоило бы разобраться с чувствами к Августу. Ты, конечно, ни при чём. Прости, что втянула тебя в это.
– Я не знаю, сколько мне потребуется времени, чтобы забыть Лану. Но ты права, я ещё не готов. Потому что сейчас даже мысль об этом причиняет столько боли, словно кто-то пытается вырезать мне сердце тупым ножом для масла. Что довольно болезненно и неэффективно. Несправедливо просить тебя подождать, но если это всё-таки случится – а я надеюсь, что однажды это случится, – и если мы оба захотим попробовать, то я не против.
– Я тоже, – ответила я, положив голову ему на плечо. По крайней мере, мы с Реном останемся друзьями. Я не понимала, через что он проходит, но я могла быть рядом. Помочь ему снова стать счастливым. Даже если он никогда не будет со мной встречаться. И вдруг я поняла кое-что ещё. – Если тебе так плохо без Ланы, почему бы не попытаться исправить ваши отношения?
Это шло вопреки всему, что я думала о любви. Если Лана разбила ему сердце, значит, это
