делать, – сказала я.
– Ты сама сказала написать ему.
– Просто ответить, а не давать надежду, что я его прощу. Об этом я не просила.
Джемма сунула телефон прямо мне под нос, как будто я впервые видела эти сообщения.
– Видно же, что ему очень жаль.
– Жаль, что попался, – сказала я, засовывая телефон на всякий случай подальше в рюкзак.
– Ты это не всерьёз. Ты просто злишься, что он заставил тебя избавиться от ваших фальшивых отношений, чтобы ты захотела чего-то реального с ним.
Закрыв баночки с краской, я вернула их на полку, с удивлением обнаружив, что объём розово-золотой значительно уменьшился. К счастью, маме нужна была лишь пара образцов оттенка, прежде чем красить всё целиком. Когда я повернулась к Джемме, она просто стояла, склонившись над фотографией, и внимательно её рассматривала. Как будто гипнотизировала.
– Конечно, я злюсь, – сказала я. – Как и наши фальшивые отношения, его история была просто ложью. Он использовал меня, чтобы снова сойтись с Шей.
– Прости, но я не поверю в это, пока ты его не выслушаешь. Если он на самом деле окажется придурком, то я сама помогу уничтожить все его фотографии. Но я думаю, что он не такой.
– У тебя как-то слишком много веры в парня, которого ты едва знаешь, – заметила я.
– Нет, у меня очень много веры в то, насколько легко тебя полюбить.
Прозвучало мило, и я не сомневалась, что Джемма верила в это всем сердцем. Но если бы это было так, то я бы не хотела расплакаться из-за того, что мальчик, который мне нравится, был влюблён в другую.
Когда я вернулась в дом, мама готовила на кухне. Она похлопала по стулу, предлагая присесть.
– Я не видела тебя весь день. Занималась проектом?
Сев, я позволила себе распластаться по столу. Я была опустошена эмоционально, а после восьми часов в машине и импровизированного сеанса рисования ещё и физически измотана.
– Скорее, изгоняла демонов.
– О нет. Только не говори, что вы с Джеммой красили стены без меня.
Я только сейчас заметила, что на руках ещё остались цветные следы. Собравшись в некое подобие человека, я выпрямилась и начала ковырять засохшую краску под ногтями.
– Нет, но нужно будет купить новые образцы. Краску, что была у нас, я использовала, чтобы показать Джемме, как выглядит любовь.
– И на чём ты показывала? – спросила мама, протянув мне полотенце, чтобы я скребла краску на стол.
– На стенах, на полу, на потолке. О, и ещё немного снаружи. До неё медленно доходит.
– Ясно, значит, как-то по-другому.
– Я рисовала на фотографиях. Но не на тех, что для портфолио, не волнуйся.
Если я вообще не решу прислушаться к миссис Клемент и забыть об идее с разбитыми сердцами. Как бы там ни было, Августа в этой серии всё равно не будет, как и в моей жизни.
– И как, помогло? – спросила она, успокаивающе поглаживая меня по волосам.
– Ну, по крайней мере, Джемма теперь понимает, что я имею в виду, когда говорю, что кто-то сияет.
– Я имела в виду твою борьбу с демонами, – сказала мама, – но хорошо, что Джемма теперь знает.
– Демоны в процессе.
Влюбиться легче, чем избавляться от чувств. Но, справедливости ради, с Августом у меня произошёл фальстарт. После года притворства было легко перенести эту привязанность на настоящего Августа, даже не осознавая этого. Теперь мне следовало понять, как распутать клубок чувств и оставить их в прошлом.
– Как ты поняла, что любишь папу? – спросила я, потакая маминым прикосновениям.
Она вздохнула, её рука замерла.
– Это случилось не сразу, – сказала она, поворачивая стул в мою сторону. – Не думаю, что вообще замечала свои чувства. У многих так. Но однажды я просто взглянула на него и поняла. Я видела, насколько сильно он меня любит, и от этого было очень тепло. Меня так переполняли чувства, что, казалось, будто я взорвусь в любой момент. И я знала, что если посмотрю в зеркало, то увижу, что сверкаю так же ярко, как и он.
Однако этого сияния больше не было. Точно не из-за моего отца. Её захватили новые чувства к Алексу. Однако маме только предстояло признаться себе в этом.
– Как перестать испытывать подобное к кому-то? Ты просто живёшь с этими чувствами, пока однажды не влюбляешься снова?
– Любовь так не работает, милая. В ней нет чёткого порядка. Она запутанная, сбивающая с толку и, как бы ни хотелось обратного, непредсказуемая. Ты не можешь предугадать, в кого влюбишься. Или когда.
– Но предположим, что я хочу. Как мне избавиться от этих чувств или сделать так, чтобы они не становились сильнее? Например, когда человек, которого ты любишь, уже в отношениях с кем-то. Или когда он оказался не тем, кем ты его считала.
– Я хотела, чтобы ты была осторожнее с Августом, именно поэтому. Что-то меня в нём беспокоило. Особенно после того, как ты рассказала правду о ваших отношениях. Что произошло?
Я опустила голову, чтобы не встречаться с её «я знала, что от него будут неприятности» взглядом. Мне не нужна была ещё одна лекция, я лишь хотела, чтобы она рассказала, как забыть его.
– Я увидела, как он целуется с бывшей, которая оказалась не бывшей. И я видела, как сильно он её любит. Он хотел со мной поговорить, но зачем? Он любит её. Не меня.
– Любовь может запутывать, помнишь? – ответила она. – Можно любить больше одного человека.
– Но не тогда, когда чувства настолько переполняют тебя, что ты не можешь их скрыть. Август сегодня был именно таким. Это то, что было у вас с папой. Ты не можешь любить кого-то ещё, когда чувствуешь такое.
Мама подняла мой подбородок, заставив меня посмотреть ей в глаза.
– Я не буду гадать, что на сердце у тебя или у Августа. Но я знаю любовь. Если у тебя есть чувства к Августу – настоящие чувства, – то они не исчезнут просто потому, что ты так хочешь, или потому, что он тебя обидел. Они будут с тобой ещё какое-то время. Или навсегда. И это нормально, потому что эти эмоции – часть тебя.
Звучало хорошо в теории, но на практике, когда любишь кого-то, кто не любит тебя в ответ, ты словно медленно умираешь изнутри. И я бы сделала что угодно, чтобы это прекратить.
Глава 22
Правило любви № 5:
Хороший поцелуй не заполнит пустоту в сердце.
Печенье Августа стало хитом. По крайней мере, если судить по моему блогу и
