мы исправим. Так что прекращаем выкобениваться. Это всех касается. Сейчас что по расписанию? Правильно, ужин. А потом — за работу. У нас пузом кверху валяться не принято, если, конечно, вы всю ночь не торчали в карауле.
Столовая тоже находилась на втором этаже. Здесь оказалось так же тесно, как и в казарме, но хотя бы пахло едой, а не грязными носками. Благородные и простолюдины ели все вместе за длинными столами.
Мы устроились в конце стола вчетвером. Волгин продолжал исторгать из себя угрозы в адрес посмевшего ему грубить старшего лейтенанта, хотя того с нами уже не было. Рядом сидели другие штрафники, некоторые искоса посматривали на нас, но заговаривать не пока не пытались.
Вдруг в столовую вбежал солдат.
— Новенькие! Антонов и Озёров. Вас подполковник в штаб вызывает.
Штаб находился в одном из зданий рядом с плацем. На втором этаже у подполковника оказался небольшой кабинет, заставленный старой мебелью. Кожа на вращающемся кресле была чуть ли не до дыр протёрта, да и компьютер на столе имел вид не первой свежести.
Пыжов курил, стоя у открытой форточки, и наблюдал, как какие-то бедолаги подметают плац. От полковника чувствовалась сила, причём немалая, почти как и от Архипа. Похоже, они имели примерно одинаковый ранг.
— Итак, господа штрафники, — Пыжов ткнул окурок в пепельницу, уселся в рабочее кресло, жалобно скрипнувшее под ним, и открыл папку с бумагами. — Тут написано, что вы оба старшие мастера. Правильно?
— Так точно, ваше сиятельство, — отрапортовал Архип. — Вторая ступень.
— Третья ступень, — ответил я.
— Вы-то мне и нужны. Расклад таков у нас. Сейчас в тёмной области копятся огромные массы отродий бездны. Нам, как самым сильным владеющим, предстоит удержать эту крепость, — огорошил нас Пыжов. — Такова ваша и моя задача на ближайшее время.
— Настолько всё плохо? — спросил я.
— Хуже, чем в докладах Его Императорскому Величеству. Мир гибнет, курсант, но в столице никто этого не понимает. Видели тьму, что висит над горизонтом на востоке? Под её покровом копятся бесовские силы. Нападения и прорывы становятся всё чаще, а туман подступает к рубежу. Вот и думайте сами.
— Да, мир гибнет, — согласился я. — Но сильные владеющие могут сдержать тьму. Семьдесят лет — небольшой срок. Шанс у нас ещё есть.
— Может быть, и могут, только где они? Командование считает, что четыре старших мастера на десять вёрст границы должны сдержать бесовские полчища, — проговорил Пыжов и добавил. — Получается, должны. Нет у нас другого выхода.
— Мне не впервой убивать тварей из бездны. Я уже сталкивался с большими скоплениями тенебрисов.
— И где же?
— Моё поместье находится рядом с границей.
— Где именно?
— Первосибирская губерния.
— Ерунда. Там уже давно ничего серьёзного не происходит. Другое дело здесь, на севере. Такое чувство, будто эти твари намеренно нас давят там, где хуже всего оборона.
— Нельзя исключать. Ими руководят разумные особи, соответственно, у них есть свои стратегия и тактика.
— Смотрю, вы уже много знаете. Это хорошо. Добровольцем пошли?
— Я — рекрут. Будучи зарегистрированным в приграничной губернии, я обязан идти служить.
— Могли послать кого-нибудь вместо себя. Так многие делают.
— Мог бы, но не захотел. Моё место здесь, на границе.
— Хм, — Пыжов пристально посмотрел на меня и сменил тему. — По пути на вас было совершено нападение. Конвоиры уверяли, что вы в одиночку уничтожили всю стаю. Сколько было тварей?
— Две лацерты, пять бестий, один беллатор и десятка два бегунов. Не самая большая группа.
— Может, и не самая, только быть её здесь не должно. Как видите, гарнизоны уже не справляются, а дальше будет хуже, — в усталом голосе Пыжова засквозили злые нотки. — Тёмные скапливаются огромными полчищами. Последняя разведгруппа не вернулась. Мы готовимся к осаде. А у меня, как назло, отобрали последнего великого мастера два месяца назад. Теперь я должен полагаться только на собственные силы и на вас, двоих штрафников.
— Мы не подведём, ваша почтенность! — бравурно заявил Архип. — Можете на нас положиться.
— Верно, — подтвердил я. — Именно для этого я и прибыл на границу. Чтобы сдержать тьму.
— Это я и хотел услышать, — сказал подполковник. — Вижу, ребята вы удалые. Значит, будем работать. Если нет вопросов, можете возвращаться в расположение.
— Есть вопрос, господин подполковник, только наедине, — сказал я.
— Хорошо, — Пыжов кивнул Архипову, и тот покинул кабинет.
— Господин подполковник, просьба есть одна. Была у меня вещица, вот такой вот рассеивающий артефакт, — я показал руками размеры камня. — Он нам здесь ой как пригодился бы. Только забрать его мне не разрешили. Он вместе с вещами остался на складе в учебке. А зачем ему там лежать? Надо сюда доставить.
— Артефакт, говорите? Да, такой крупный был бы нелишним. Только мороки будет много. По-хорошему ваше имущество они только вам в руки имеют право отдать, под личную роспись, но и тут есть проблема: штрафникам не полагается иметь при себе никаких артефактов ни рунных, ни природных.
— Господин подполковник, артефакт много жизней может спасти. Тут же половина гарнизона магией не владеют. А ещё с помощью него можно закрывать ямы. Я уже этим занимался.
— Понял я вас, Озёров, понял! Но кому объясняю? Не положено!
В этот момент вдали прокатился гул канонады, ему вторил гул взрывов.
— Артиллерией работает по скоплению? — спросил я.
— Бьём, только толку от этого как от козла молока. У нас на всём участке один дивизион работает.
— Этого мало.
— Ясен красен, мало. В общем, так, курсант, попробую я ваш артефакт достать. Но ничего не обещаю.
— Благодарю, господин подполковник. И телефон бы привезти. В нём все номера, а у меня дела в Первосибирске с поместьем. С управляющим надо связаться.
— Личными средствами связи здесь пользоваться запрещено. Да и не ловит у нас сеть. Так что письма пишите. Больше никак.
— Письма… Ну что ж, письма так письма. Тогда у меня ещё одна просьба.
— Ну?
— Со мной прибыли четыре человека, в том числе одна девушка. Она и ещё два парня — из учебки, мы в одной роте были. И они здесь впервые, даже тёмных толком не видели. А я — человек, можно сказать, опытный. Вот и хочу вас попросить,
