— Хочешь ещё что-нибудь узнать? Или я пойду?
— Это он попросил, чтобы ты со своими разбойниками не трогали меня? — еле выговорила я, продолжая пребывать в состоянии полной отрешённости.
— Нет, об этом он ничего не говорил, — мягко ответил эльф, ему явно не хотелось делать мне ещё больнее.
— Спасибо, Брайд, — мне, наконец, удалось сфокусироваться на своём случайном информаторе.
Уже у двери бывший разбойник обернулся:
— Вита… Ты собираешься остаться в Конне?
— Точно нет, — ответила я, хотя сначала даже не поняла, о чём он вообще спрашивает, — а что?
— Мне лучше быть подальше от тебя, — выдохнул эльф и стремительно вышел, напоследок сверкнув глазами.
Глава 17
Некоторое время я металась по комнате, словно загнанный в клетку зверь. Дыхательные упражнения не помогали, сосредоточить внимание на Сердце Магии не получалось — какая же хреновая из меня вышла ученица! Спасибо тебе, Фаррел, за спасение, за улыбки, за науку… Да за всё!
Когда находиться в ограниченном пространстве стало невыносимо, предупредила Миру, что хочу прогуляться (она пыталась отговорить, но безуспешно), и выскочила на улицу с такой скоростью, будто за мной гналось стадо разбушевавшихся носорогов.
Свежий воздух едва не сбил с ног — оказывается, пока я рефлексировала, прошёл небольшой ливень, который промыл каменистые тротуары площади Смелых. Любимый аромат петрикора[1] вкупе с расстроенными чувствами сотворил для сознания адскую смесь — я почти впала в транс и долго бродила по городу, потеряв счёт времени.
Постепенно удалось восстановить внутренний баланс и протянуть ниточку силы к Источнику, но параллельно я забрела в какие-то жуткие дебри, потому что вовсе не обращала внимания, куда иду.
Больше всего это место напоминало фотографии из Припяти. Другая реальность, но суть заброшенки везде одинакова: полуразрушенные двухэтажные дома смотрят пустыми глазницами окон, из некоторых уже торчат зеленеющие молодые деревца, неухоженные брусчатые дороги поросли травой и кустарником, мёртвая тишина и вокруг ни души. Как назло, вспомнился квартал людоедов, прогулка по которому закончилась хорошо только благодаря своевременной помощи незнакомца.
Когда заметила впереди группку людей, то сначала ничего плохого не подумала, наоборот, обрадовалась — сейчас подскажут, как найти площадь Смелых. Но что-то в них было не так, и мгновение спустя в полной мере ощутила агрессивно-глумливый настрой незнакомцев. Почему промолчали мечи? Почему не предупредили?
Мужики дружно уставились на меня, я обернулась в поисках пути отступления и увидела, что сзади вышагивает толпа чуть ли не вдвое больше. Откуда взялись-то? Неужели мне повезло забрести в бандитскую малину? И почему их тут не ищут, ведь подобные места наверняка состоят на учёте и отлично известны властям.
— Эй, киска, ну-ка иди сюда, покажи свою киску! — раздался голос, ударивший по ушам противным скрипом.
Ко мне подрулили двое — высокий тощий эльф и громадный мужик жутко бандитского вида.
— Только сначала отдай-ка мечи, похоже, немалой цены, — добавил грубым басом «страх и ужас» с непропорциональной лысой головой, больше напоминающей огромный замшелый валун, — киска твоя уже никуда не денется.
Я с улыбкой выхватила мечи, и неотёсанный болван, подойдя за ценным презентом, получил сполна — мерзкая голова полетела с плеч от сильнейшего удара. Где-то на подсознательном уровне я ещё успела удивиться, что клинок прошёл слишком свободно — словно разрезал кусок масла. Похоже, мне довелось стать орудием воли мечей, решивших наказать человека, покусившегося на них. Или это было их извинением за то, что прошляпили угрозу?
— Ах ты, дрянь, взять живой! — Заорал эльф и кинулся на меня, остальные — следом.
Это был мой первый бой насмерть не с тварями, а с людьми. Пару минут бандиты ещё полагали, что я не доставлю больших проблем, что их павший товарищ — нелепая случайность, но, когда один, другой, третий рухнули, как подкошенные, тактика остальных коренным образом изменилась. Добавились магические атаки, разбойники нападали чётко и слаженно. Почти слившись с мечами в одно целое, некоторое время я ещё сдерживала взбесившихся мужчин Иннаром, а Фэнтосом отбивала заклинания, летящие с разных сторон — это свойство Стража-Защитника мы выяснили на тренировках с Фаррелом. Но, в конце концов, пропустила ту самую заморозку, о которой, казалось бы, так недавно услышала от своего наставника. По телу волной пробежал раздирающий душу лёд, и я отключилась.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Пришла в себя в полутёмном помещении. Каменные стены, земляной пол. Руки и ноги привязаны буквой «Х» к невероятно толстому деревянному столбу — похоже, очень древнее дерево срубили для такой «благородной» цели.
— Очнулась, тварь. Ты убила моих людей, за это придётся ответить.
Эльф. Не тот, что был на дороге. Вроде бы даже смазливый, но при этом, мягко говоря, не привлекательный: излишне капризные очертания губ придавали его лицу похабное выражение, яркие глаза с длинными густыми ресницами смотрели похотливо и зло. Вот это везение… Похоже, я действительно столкнулась с той самой бандой, о которой предупреждал стражник, которую все ищут и которая очень опасна. Замечательно.
Отвечать хозяину темницы не стала, лишь усердно наращивала внутренний покой и связь с Сердцем Магии, понимая — сейчас это единственное, что может помочь продержаться.
— Ты странная штучка, я не могу определить расу — вроде человек, а, вроде, и нет. Кто ты такая, Тахор тебя забери?
Я снова промолчала. Тогда эльф подошёл вплотную, внимательно посмотрел в глаза и вдруг резко впился в губы, одной рукой больно схватив за грудь, а другой — между ногами. Меня охватило жуткое омерзение, я исхитрилась изо всех сил укусить язык насильника до крови, а когда он отпрянул, плюнула в глаза.
В ответ получила удар по лицу, потом ещё, ещё и ещё. Чёрт с ним, лучше пусть бьёт, лишь бы больше не трогал. Тяжело дыша, проклятый эльф остановился.
— Тварь! Да ты будешь ползать у моих ног, облизывать руки и умолять, чтобы дал отсосать.
И он направил на меня эльфийские чары. Каково же было изумление главаря банды, когда спустя несколько минут до него, наконец, дошло, что его магия не действует!
Потрясающе! Значит управление эмоциями — это отличная защита от вмешательства со стороны! Я чуть-чуть улыбнулась разбитыми губами, радуясь своему маленькому успеху, но для чокнутого садиста сие действо стало спусковым крючком. Он начал планомерно избивать меня по животу, рёбрам и ногам.
Подавляя рвущийся крик боли и продолжая держаться за магическую нить, протянутую к Источнику, я думала о том, что, если не вернусь к вечеру, быть может, мои спутники догадаются, что случилась беда и придут на помощь… А я постараюсь продержаться, сколько смогу.
Сумасшедший эльф бил очень умело, искусно удерживая свою жертву на краю обморока, но, в конце концов, сознание всё же покинуло меня.
Очнулась лежащей на неудобном топчане. Всё тело ужасно болело, руки и ноги оказались прикованными к стене тонкими, но прочными цепями. На откуда-то взявшемся столе обнаружила кувшин и хлеб. От вида даже такой мало-мальской еды затошнило, а вот воду выпила всю.
В противоположном углу камеры-одиночки, в зоне недосягаемости лежали мечи. Неужели проклятый эльф понял, что если унести братьев подальше, на другой день они появятся рядом со мной? Ещё одна надежда на спасение угасла, не успев родиться.
— Я не хочу насиловать тебя, ослабеешь и отдашься сама. Или вручу в подарок моим парням — они о-очень не против встретиться с прекрасной воительницей.
Даже не заметила, как вернулся мой мучитель. Эльф стоял у входа в тюрьму — руки в карманах, улыбается одними губами, взгляд холодный и плотоядный.
— Ты не стал забирать мои мечи? — проигнорировав его слова, чуть хрипло спросила я.
Голос слушался плохо.
— Не считай меня идиотом, — зло бросил мужчина и уселся на одинокий стул, — я вижу сильную связь между вами. Вряд ли можно забрать их насильно без неприятных последствий. Ты сама передашь их мне, не сомневайся.
