с гортанью.
Грег уставился в ночь сквозь щель между ставнями. Без толку. Во дворе никого, Грег прижался щекой к раме, чтобы вглядеться во тьму, и тут в ставню трижды громко стукнули, и она затряслась, будто бы от пощечин.
– Ты чего сидишь в темноте, хоть крыльцо освети, мать твою!
Грег едва не зарыдал от облегчения, узнав голос Александра.
– Давай открывай ставню!
Грег с трудом отодвинул шпингалет, застрявший в разбухшем дереве. А когда наконец справился, увидел Александра – руки у того были полны.
– Ух ты, какая у тебя тут компания!
Грег повернулся к телевизору, Макрон затерялся среди военных палаток, его леденящая речь погрузила комнату в волглую бурую тьму.
– И как, хорошо проводишь время со своим друганом?
Грег смущенно потупил глаза, а потом стал оправдываться:
– Тут же связи нет, мне ничего не остается, кроме как смотреть телевизор.
Схватил контейнер с едой и бутылку вина, которую ему протянул Александр – ужинать он сегодня будет тушеной уткой, там, наверху, все как раз садятся за стол.
– Про долипран не забыл?
– Я тебе еще вчера привез упаковку.
– Там всего три штуки было, я последнюю в полдень принял.
– Завтра позвоню в аптеку, но я правда тебе не вру: у них все разобрали.
– А твой ветеринар не может мне его раздобыть?
– Приедет он, обещаю, он делает все, что может.
– В котором часу?
– Когда закончит, а это значит поздно. Ну, ладно, ты как, все еще кашляешь?
Этого вопроса хватило, чтобы на Грега напал приступ нервного кашля.
– А, вижу.
– Нет, не кашляю, зато сморкаюсь, не переставая, и горло болит, а кашлять не кашляю.
– А как по мне, кашляешь даже сильнее вчерашнего.
– Да это ваша дурацкая пыльца, не привык я жить в деревне, на воздухе, ну не для этого я родился!
– А температура как?
– Ты этот свой древний градусник наверняка коровам в задницы запихиваешь…
– Ну естественно: вчера я тебе его отдал сразу после того, как вытащил из попы у Рейнеты, чтобы ты получше прочувствовал, каково оно в деревне.
– Ну ты козел!
– Разогрей это на газовой плите, если не собираешься шваркнуть на землю.
Грег отнес еду на кухню, а потом, поскольку одиночество и температура его доконали, потребовал, чтобы Александр остался с ним поужинать.
– Напоминаю, что ты на карантине, так что давай-ка не будем нарываться.
– Да насрать я на это хотел, нет у меня никакого вируса, или тебе полегчает, если я его все-таки подхватил?
– В «Интермарше» ты ощупал все упаковки, какие подвернулись, да еще и дрался со всеми подряд.
– Хватит чушь городить. И вообще, у меня тут даже пушки нормальной нет, если явятся другие румыны, чего будет-то?
– Забаррикадируешься, как в крепости, у тебя две винтовки, еще, если хочешь, оставлю тебе Лекса с Максом…
– Боюсь я этих твоих псин.
– Ладно, если явятся – звони, телефон отключать не буду… Ну, пока!
Грег в одиночестве поужинал перед телевизором, убавив звук до минимума, прислушиваясь к каждому шороху снаружи. И на эту ночь он тоже устроится на диване в гостиной и станет ждать, пока сон выдернет его из реальности. Из-за высокой температуры все новости в телевизоре почему-то казались странными: молодая брюнетка, почти потонувшая в лондонской ночи, поведала, что принца Чарльза изолировали в замке Балморал, его последний тест оказался положительным – что доказывало: хотя бы у него есть возможность сделать этот самый тест. Болезнь протекает легко, однако принц предпочел уединение в обществе герцогини Камиллы. Грег почувствовал себя не таким одиноким, поскольку целая группа комментаторов дружно подтвердила, что заразился принц от Альберта II, короля Монако – у того тоже тест положительный, – а главная интрига заключалась в том, обменялись ли принц Чарльз с королевой поцелуями при их последней встрече, в каковом случае он мог заразить и ее.
Грег обильно потел, кости ломило, и то, что эти там испытывают совершенно аналогичные ощущения, вот разве что долипран у них есть, доставляло ему глубокое удовлетворение.
Сам же он попытался вспомнить, где именно мог подхватить вирус. В «Интермарше»? Конечно, не так шикарно, как в Монако, а может, вообще поймал от этих румын. Еще его могли заразить Каролина или Ванесса – считается, что у 25 % болезнь протекает бессимптомно. Чем больше он размышлял, тем однозначнее приходил к выводу, что вирус он позаимствовал именно у родственничков со стороны жены.
Завтра он стребует у этого ветеринара хлорохина, потому что, хотя от Альбана, Саида и Эрика и не было никаких новостей, он прочитал в их аккаунте в твиттере, что эта штуковина действует безотказно, так что препарат обязательно ему поможет, особенно если это и не вирус вовсе.
Грег натянул на себя покрывало. Сам того не сознавая, закрыл глаза, ощутил на веках лучи солнца. На берегу залива в Монако было просто изумительно, никогда еще он не видел подобной синевы, море и вовсе казалось нарисованным. Мажордомы в ливреях скользили между гостями, протягивали им подносы со стаканами воды, упаковки с лекарствами. Королева Англии раскланивалась и с теми, и с другими, при этом неуклонно приближаясь к нему, а Дональд Трамп хлопал всех встречных по спине и рассказывал каждому, кто соглашался его слушать, что в Центральном парке можно устроить отличное массовое захоронение, потому что на этом самом островке, где хоронили погибших от СПИДа, совсем уже не осталось места. «Тестируйте, тестируйте, тестируйте», – твердил усатый глава ВОЗ, переходя от одной группы к другой: терраса была огромной, нависала над летом, у входной двери звонили, но никто не обращал на это внимания, хотя звонок заливался очень мелодично, звонок громогласный и ужасно противный – так и не смолк, пока не разбудил Грега… Новости по телевизору кончились, теперь показывали оперу в трех актах, и он потянулся к пульту, потому что даже распрямляться было лень. Видимо, час был уже совсем поздний, и тем не менее звонили в его дверь. Грег откинул покрывало, его телефон заливался тоже, оказалось – Александр, который сообщил: ветеринар уже пять минут ждет под дверью.
Грег бросился открывать, и от представшего зрелища у него подкосились ноги: за дверью стоял мужчина в белой маске, небесно-голубом защитном костюме и в защитных очках.
– Ну вот и хорошо, а то я уже разволновался!
И таким вот космонавтом он шагнул в дом, не дожидаясь, когда Грег его пригласит.
Дебокер направился прямиком в кухню, там сразу же открыл окно, велел Грегу сесть на стул, напомнил, что он не врач, а ветеринар, так что может всего лишь высказать свое мнение. Грег уже не слушал, ситуация окончательно его доконала. Прежде чем
