было выбора, — я качнул головой. — Ты — солдат, и ты должен был делать то, что сказал твой босс. За это я тебе прощаю, пусть это и приносит мне определенные неудобства.
Я усмехнулся, и по тому, как он дернулся, понял, что лицо мое опять исказилось. Со временем станет лучше, но сейчас оно жуткое.
— Да и в общем… Я хочу предложить вам свою дружбу.
— Дружба — это хорошо, — кивнул я. — Это очень хорошо, людям вообще свойственно дружить. Мы — социальные существа, Тони, а без друзей… Но дружбу нужно подкрепить не только словами, но и делом. И ты для меня кое-что сделаешь.
— Вы… — проговорил он. — Вы хотите, чтобы я убил для вас дона Маранцано?
Я коротко хохотнул, сделал еще глоток из бутылки, и улыбнулся, на этот раз, попытавшись сделать это честно и открыто. И похоже опять не получилось.
— Парень, даже если бы ты мог это сделать, я бы не стал об этом просить. Знаешь почему? Мне это не выгодно. Я за мир, и за любовь. Война мне не нужна, а если кто-то из больших боссов умрет, то она непременно начнется. Нет. Ты должен устроить мне встречу с Сэлом. А перед этим рассказать все, что знаешь. Капишь?
Фабиано кивнул, облизал губы. Было видно, что он не совсем понимает, к чему я клоню, но готов на все, что угодно, лишь бы остаться в живых. И мать спасти естественно.
— Я все понял, мистер Лучано, — сказал он тихо. — Я расскажу все, что знаю. Все.
— Зови меня просто Лаки, — сказал я, чуть приподняв руку. — Если мы теперь друзья, то все эти «мистеры и сэры» уже ни к чему.
Он чуть взбодрился, посмотрел на пустую бутылку, но просить еще пива не решился. Тем более, что оно не наше, а Грека. Но от него с пары бутылок не убудет.
— Хорошо, Лаки, — сказал он.
— Тогда начнем сначала. Я знаю о тех, кто забрал меня с Третьей Авеню. Ник Капуцци. Он уже говорит с рыбами. Винни Морелли и Джованни Коста. Они скоро умрут. Это ведь так, я не ошибаюсь?
— Все верно, мистер Лучано… — сказал он, а потом поправился. — Только Винни уже мертв…
— Да? — спросил я, немного удивившись. — А как же так случилось? Мне даже жаль, что его убил не я.
— Его застрелили в перестрелке на Конни-Айленд. В ресторане, какой-то траттории. Вчера вечером.
Вот как. Значит, это все-таки был я. Или Сэл, мой охранник. Так это что же получается, Маранцано все-таки решил воспользоваться им? Он же говорил команду профессионалов отправит. Я другого ожидал, думал, что он выпишет себе новую команду откуда-нибудь из Чикаго. Там более чем достаточно крутых парней.
— Хорошо, — сказал я, кивнув. — Об этом мы еще поговорим. А теперь расскажи о больнице. Кто был с тобой, что произошло?
— Когда дон Маранцано узнал, что ты выжил, Лаки… Он был зол, очень сильно. На Капуцци он наорал и приказал вернуть весь долг в течение недели. А мне сказал, что нужно закончить работу. Ведь ты этого так не оставил бы верно, и все равно добрался бы до нас всех. Как и получилось в общем-то…
— И он отправил тебя в больницу. Одного?
— Да, — кивнул Фабиано. — Я взял двоих парней, надежных, из тех, с кем проворачивал дела, хотя они не наши, не посвященные. Маранцано сказал нам, что полиции на месте не будет, и что охранник всего один. Я так понял, он договорился с кем-то из легавых.
Ну да, скорее всего с тем самым детективом-немцем. Он был, очевидно, нечист на руку, но в нынешние времена в этом нет ничего удивительного, гораздо сложнее найти честного полицейского, чем того, кто готов брать взятки. Жаль только, что добраться до него мы не сможем. Исчезновение детектива полиции — это очень громкая история, а про убийство уж и говорить нечего. Они начнут рыть носом землю, копаться, вспомнят и про меня естественно. И законными методами ограничивать себя уже не станут.
— Я понял, Тони, — кивнул я, сделав в уме пометку. — С ним тоже разберутся.
— Так… — он потерял нить разговора на секунду, но я ободряюще кивнул, и парень продолжил. — Они отправились внутрь, знали, где и что. А через пять минут я увидел, как вы со своим охранником выходите. Понял, что дело провалилось, и решил дернуть прочь. Вы еще в меня стреляли.
Он вдруг грустно усмехнулся. Ну да, еще пару дней назад мы стреляли друг в друга, а теперь сидим и спокойно говорим. Более того, обращаемся друг к другу по именам, и вообще пытаемся создать новую дружбу.
— Да, — кивнул я. — И как Сэл отреагировал на этот провал?
— Назвал меня дилетантом, и сказал, что в следующий раз отправит на дело настоящих профессионалов. У вас в окружении крыса, даже не у вас, а у Массерии. Парень по имени Энцо, один из ближайших его соратников, Лаки.
— Его тоже уже нет, — кивнул я. — Значит, он отправил Винни в ресторан с этими самыми профессионалами. Ты знаешь что-то об этом, Тони? Может быть, говорил с Винни?
— Да, мы говорили, — подтвердил Тони. — Он сказал, что на этот раз план стопроцентно надежный. Что они должны встретить тебя у выхода с ресторана и расстрелять из Томпсонов в упор. И все должно кончиться быстро. Довольный был, говорил, что докажет боссу, чего стоит.
— Но есть одна проблема… — проговорил я. — Они стали палить раньше, когда мы с Джо-боссом еще сидели в ресторане. И пытались убить и его, на чем и погорели. Ты знаешь что-то об этом?
— Нет, Лаки, — Фабиано покачал головой. — Я спросил у Винни, почему бы им не убрать сразу двоих, раз там будет и Массерия. Он сказал, что Сэл запретил его трогать строго настрого. Они должны были убить только тебя, Лаки.
Так. Значит, кто-то пошел против воли босса. И кто бы это мог быть.
— А ты знаешь, что еще за парни там были?
— Это были парни Джо Бонанно, — ответил Тони. Но я с ними не знаком. Винни был, и это все, что я знаю.
Так. Надо покопаться в
