свистнет, и скажет: «За что Г-сподь поступил так с землею этой и с домом этим?» И скажут: «За то, что оставили они Г-спода, и стали держаться других божеств, и поклонялись им, и служили им».
Что-то Гоголевское чувствуется в этом тексте.
И удивится прохожий ему, и свистнет, и скажет: видели ли вы украинскую ночь?.
Получается, что сам Всевышний признает наличие других богов, а любовь Всевышнего обусловлена жестким контрактом, нарушение которого повлечет за собой карательные предупреждения. Знай наших!
Крупный и мелкий
И зарезал Шломо двадцать две тысячи голов крупного скота и сто двадцать тысяч мелкого скота. Случилось это на празднике открытия Храма.
Допустим, что так и было. Представим, что в маленькой и бедной Иудее действительно удалось откормить такое количество домашних животных, что можно зарезать десятки тысяч голов и еще останется достаточно для пропитания.
Немножко статистики. Если допустить, что с одной коровы получают в среднем 200 кг мяса, то Шломо в своем приступе святости только с крупного скота получил 4 миллиона 400 тысяч кило мяса. По статистике, этого достаточно чтобы досыта кормить в течение одного года 220 тысяч современных израильтян. В Иерусалиме не осталось бы места для жителей, задумай Шломо пригнать в святой город упомянутое стадо.
Профессиональному мяснику требуется примерно от нескольких часов до полного рабочего дня, чтобы разделать тушу одной коровы. На разделку 22 тысяч коров ушло бы чуть более 60 лет. А 60 профессиональных мясников, соответственно, управились бы за один год. И Шломо свободно мог при таком раскладе простоять на Храмовой Горе вплоть до Ассирийской Интервенции. Мы не знаем, сколько мясников работало на Шломо, но, судя по Книге, управились они с работой за две недели.
Ладно. Праздник окончен, а Шломо продолжает потрясать всех своей запредельной улетностью.
И сделал царь Шломо двести больших щитов из кованого золота: по шестьсот шекелей золота пошло на каждый щит. Называя вещи своими именами, царь-батюшка пустил на ковку щитов 1440 кило золота. Почти полторы тонны драгоценного металла. Потом он сделал еще три сотни щитов, менее крупных.
Начнем с того, что щит из золота это примерно, как щит из свинца. Тяжелый и не практичный — такой щит вряд ли защитит от хорошего железного меча или топора.
Давайте посмотрим, какой щит можно отлить из 600 шек золота, т. е. 7200 грамм. Стандартный круглый бронзовый щит гоплита 10 мм в толщину и был 80-100 см в диаметре при массе от 6 до 9 кило. Плотность золота почти в 3 раза выше плотности бронзы, поэтому смею предположить, что или золотой щит был или же в три раза тяжелее, если толщина и диаметр оставались бы стандартными, или в три раза тоньше, при стандартном диаметре, или в три раза меньше, при такой же толщине. Как крышка от средней кастрюли. Так что обсуждать маленькие щиты вообще не вижу смысла.
В реальности, если и были золотые щиты, то скорее всего, умные мастера покрыли обычные бронзовые щиты позолотой, а золото пустили на зубные протезы.
И все сосуды для питья у царя Шломо были золотые из серебра не было ничего, оно во дни Шломо не ценилось ни во что.
Такая трата благородного металла! Наверняка Шломо и ночные горшки себе и супруге отлил из золота, но Писание о том скромно умалчивает.
Корабельный флот Шломо держал в Средиземном и в Красном морях, но после Шломо флоты эти волшебным образом испарились, или с двенадцатым ударом золотых часов превратились в тыквы.
Царица Шиба, или Шва, известная русскоязычному читателю как царица Савская, при виде Шломо и всей его запредельной улетности, почувствовала слабость в ногах и влагу в трусах. Со слов автора известно, что именно ощущала царица, чего она жаждала, о чем мечтала При всём, при том, полное отсутствие конкретных фактов её существования. Йеменцы и Эфиопы не могут поделить несчастную царицу между собой, поскольку Писание не уточняет, на какой именно каменистой почве расцвел сей прекрасный цветок.
Не так давно некие археологи выступили с сенсационным заявлением.
— Мы получили доказательства существования царицы Савской!
— Ух ты! Интересно! И что же это?
— В анализах осадков с донышка горшка 10 века до н. э. обнаружены корица и мускатный орех!
— Да ну? И что же?
— Эти специи могли появиться в Израиле только из Индии, по торговым путям, которые контролировала царица Савская!
Что можно возразить на такие доводы? Только покрутить пальцем у виска.
Другой весьма почтенный профессор-археолог заявил, что обнаружил доказательства существования Объединенного Царства Давида и Соломона. Речь идет о Хирбет Каяфа, руинах древней крепости с толстой стеной и массивными воротами. Крепость датирована 10 веком, и известны иудейские крепости такого же плана 9 и 8 века.
— А как вы знаете, что эта крепость не Ханаанцев, например?
— А крепость находится на границе между иудеями и филистимлянами, практически, на том самом месте, где происходил поединок между Давидом и Голиафом! (если он вообще происходил).
— Ну и что?
— Ну и чья могла быть эта крепость, если не Давида?!
Аргумент просто убийственный.
Кроме того, профессор нашел обломок горшка, на котором нацарапано финикийскими (или прото-ивритскими) буквами что-то невнятное.
— Если вот эту букву прочитать вот так — то это однозначно древний иврит! — восклицал профессор с трибуны. — А если иврит, то евреи! А если евреи — то иудеи! А если иудеи — то, кто, как не Давид?!
Представьте, что через тысячу лет археологи проводят раскопки в Иерусалиме. Раскопали, скажем, какое-нибудь кафе. И археологи придут к закономерному выводу, что в Иерусалиме жили китайцы — судя по обилию китайских надписей на предметах.
В Хирбет Каяфе, кстати, нашли еще одну надпись, довольно четкую, Ишбааль, сын Беда. Нам известен Ишбааль сын Шауля, израильтянин, но не иудей. И это автоматически отдаляет нас от иудеев, но профессор неудобную надпись решил проигнорировать.
Другой, не менее почтенный профессор, специалист по древним семитским языкам, тщательно изучил обе надписи и признал:
— Все что мы можем сказать, это лишь то, что нам нечего сказать.
Драматические заявления должны базироваться на драматических и однозначных свидетельствах, у нас же здесь их просто нет. Мы можем сказать, что надпись свидетельствует о том, что ее сделал натренированный писец где-то в позднем XI или раннем X веке, что это Линеарное алфавитное письмо. С уверенностью можно сказать, что это ханаанский язык. Никаких связей с каким-либо царём или некой исторической личностью по этому письму установить невозможно.
И построил Шломо город Тадмор в пустыне. Тут оказывается,
