все ищут, госпожа. Принц Рикман волнуется и послал меня на поиски. Он не хочет начинать торжественный обед без вас.
Я чуть за голову не схватилась от отчаяния.
– Нора, пожалуйста, передай его высочеству, что у меня лихорадка. Я не могу присутствовать на обеде. Но сделай это незаметно. Скажи, что я ему все позже объясню. Это очень важно.
Горничная с сомнением покосилась на меня, но возражать не стала. Она кивнула и вышла из покоев, а я поспешила в спальню.
– Ну как?
Луд уже закончил с раной, и она теперь выглядела намного лучше, хотя стежки и казались чересчур грубыми. Но я была уверена в Луде, поэтому не стала высказывать свое дилетантское мнение.
– Ему нужен покой. Никаких движений, пока рана не заживет. Вот специальное зелье.
Он протянул мне флакончик с красноватой жидкостью.
– Давай ему по три капли каждые два часа. Чуть позже я зайду и проверю его состояние, а пока мне нужно бежать. Я отлучился всего на минутку.
– Луд, спасибо! – выдохнула я. – Ты настоящий кудесник!
– Да ладно тебе, – отмахнулся парнишка. – Не волнуйся. Трикс поправится.
Луд ушел, я уселась на кровать, не зная, что делать дальше.
– Катрин, напитай нас, пожалуйста, энергией, жжж, – обратился ко мне Баг. – Мы с Ярой попробуем помочь Триксу магией. Он несильно к ней восприимчив, но мы надеемся, что от совместных усилий эффект будет ощутимее.
– Конечно! – обрадовалась я тому, что хоть чем-то могу быть полезной.
Я принялась передавать энергию с таким рвением, что глаза духов вскоре засверкали ослепительным красным сиянием.
– Все, все, хватит! – промурлыкала с довольным видом Яра. – Ты нас совсем избаловала.
– Мне не жалко. Лишь бы Трикс поправился.
Пума посмотрела мне в глаза с таким видом, точно хотела узнать, о чем же я думаю в этот момент, но потом резко отвернулась и поторопила Бага:
– Давай, нужно соединить наши потоки.
Жук взлетел с кресла и повис над кроватью, трепеща крылышками.
– Ну ррразом! – скомандовала Яра, и с ее рога сорвался луч света, а с крыльев Бага посыпались искры.
Золотистое сияние окутало Трикса, и я зажмурилась, не в силах выдержать настолько яркий свет. Когда я смогла снова открыть глаза, духи уже закончили магическое воздействие и, тяжело дыша, сидели на полу возле кровати.
– Как он? – шепотом спросила я, боясь нарушить звенящую тишину, воцарившуюся в спальне.
– Пока рррано что-то утверррждать, – выдавила пума. – Будем надеяться, ему скоррро станет легче.
– Мы ему больше ничем помочь не сможем, жжж. Пойдем, Яра. Нужно выяснить, что там с Девониром.
Пума поплелась в гостиную, а Баг медленно полетел за ней. Я отправилась в гардеробную, намереваясь переодеться в удобное легкое платье, чтобы остаток дня провести возле ящера. Луд назначил лечение, нужно сделать все, чтобы Трикс выздоровел как можно скорее.
***
Вечером Луд зашел еще раз и сказал, что ящер идет на поправку. У меня от сердца отлегло. За прошедшие несколько часов Трикс всего один раз открыл глаза, но ничего вразумительного так и не смог сказать. Я вся извелась и уже не знала, что и думать, поэтому слова Луда стали для меня истинным утешением.
– Огромное спасибо! – стиснула я руку парнишки. – Ты не представляешь, как я рада это слышать.
– Не волнуйся ты так. Панголионы – самые живучие магические животные из всех. Я вообще поражаюсь, как Девониру удалось его ранить. Такую чешую почти невозможно пробить.
– Он знал, куда нанести удар, – пробормотала я, вспомнив, какие нежные и чувствительные чешуйки на брюшке у Трикса.
Луд ушел, оставив очередные капли и указания, как их принимать. Я уже хотела вернуться в спальню, как в дверь покоев постучали, и послышался голос принца Рикмана:
– Катрин, можно войти?
– Конечно, – впустила я его. – Проходи.
Его высочество оглядел гостиную, точно хотел здесь кого-то найти, и сказал:
– Как ты себя чувствуешь? Прости, что так задержался. Возникли некоторые непредвиденные дела. Я не смог вырваться раньше.
– Присаживайся. Я в полном порядке.
Мы расположились на диванах, друг напротив друга.
– Но мне передали, что ты плохо себя чувствуешь, – удивился Рикман, и мне пришлось все ему рассказать.
Разумеется, я не стала упоминать ни о духах, ни о моих отношениях с ящером. Просто обрисовала ситуацию в общих чертах и упомянула о том, что меня спас мой ручной панголион, а Девонир его ранил и скрылся.
Принц долго молчал, о чем-то сосредоточенно размышляя, и, наконец, произнес:
– Никогда бы не подумал, что кто-то сможет приручить панголиона. Они ведь ядовитые и очень опасные.
– Это совсем не так, – обиделась я за Трикса.
– Тебе виднее, – мягко улыбнулся Рикман. – Знаешь, я, кажется, кое-что выяснил.
Сердце пропустило удар. Неужели ему что-то известно о духах и их особой миссии или про затруднения Трикса? Вдруг я ненароком выдала чужие тайны? От волнения во рту пересохло, и я еле выговорила:
– И что же?
– Помнишь, ты послала через Нору для меня цветочный браслет, а я собирался отдать его одному знакомому?
– Да, конечно.
– Так вот, у меня появились доказательства страшного преступления! Лид Кинай убил магическое животное и использовал его кровь для запрещенного ритуала! Теперь Девониру конец. Даже королева не сможет его защитить, когда я выдвину обвинение в судейской комиссии.
Из моей груди вырвался вздох облегчения.
– Это отличная новость! – не сдержалась я. – Ой, то есть не то, что он убил несчастное животное. Я совсем другое имела в виду.
Рикман улыбнулся, и в его синих глазах отразилась нежность.
– Я понял. Не волнуйся. Теперь я добьюсь, чтобы Девонира арестовали и выбили у него признание насчет причастности Карейн к инциденту с нареченными. Он больше не будет тебе досаждать.
Его притягательное открытое лицо внезапно стало мрачным, и он отвел взгляд.
– Тебя что-то беспокоит?
– Д-да, – выдавил принц. – Понимаешь, прежде чем прийти сюда, я отправился с начальником королевской стражи в башню колдунов. Я надеялся уже сегодня арестовать Девонира. Но… но он исчез.
– Как исчез?!
– Сам не знаю, – принц взъерошил рыжевато-светлые волосы и стиснул пальцы. – Может, разнюхал о моих планах и сбежал. Не знаю. Но я очень переживаю за тебя. А происшествие во время конкурса талантов еще раз доказывает, что Девонир в отчаянии и готов на
