так же невозможно спать. Дай ей вяленого мяса, пусть заткнёт им клюв, – поддержал подругу Эфрон, потирая затылок и зевая.
– Тихо, – ответил им Авенир, показывая пальцем в ночное небо.
Именно в этот момент по нему проплыла гигантская тень. Луна и звёзды вычерчивали её силуэт на поверхности соседних гор, и он был огромен. Это, конечно не та птица из бабьих сказок для детей, но всё-таки существо было невероятно крупным. Оно передвигалось бесшумно, с лёгким шелестом рассекая воздух, как портной вспарывает ножницами шёлковую ткань. Покружив над вершинами, она улетела из зоны видимости, оставив всех троих наблюдавших за ней теряться в догадках о том, кто же это был. А птица Авенира успокоилась лишь тогда, когда точно стало понятно, что этой ночью тень на небе больше не появится.
До конца ночи в округе было тихо и спокойно. Эфрон и Яра уснули через какое-то время и больше их никто не тревожил. Авенир просидел в раздумьях до рассвета. Прислонившись к холодному камню и размышляя обо всём понемногу, ему совсем не хотелось спать. Он не знал как назвать свою птицу и уже точно решил оставить её себе. Казалось, что она была частью их компании всегда. Хищник не стремился улететь и весьма охотно располагался на руке у Авенира или неподалёку от него. Нужно было изготовить особую перчатку из грубой кожи, что бы птица присаживалась именно на неё, и не портила острыми когтями куртку и тем более не впивалась ими в голую руку. Но это в лучшем случае удастся сделать в Пельсе, не раньше.
До рыбацкой деревни идти горами два дневных перехода. По ночам было решено отдыхать, дабы не провоцировать судьбу и удачу. Мало ли что за тень они видели сегодня в свете луны и звёзд. Да и в целом, горы по ночному времени место красивое, но крайне опасное.
Легко позавтракав яблоками и ещё мягким хлебом, компания двинулась дальше.
Путь их лежал вперед и вверх. Чистота и простор, морозный свежий утренний воздух и пар изо рта, трое путешественников, гонимых через чужие земли, сквозь враждебно настроенный мир. И никого у них больше нет, ни друзей, ни близких, ни обычных сочувствующих доброжелателей, кто мог бы подсказать или помочь. Ничего, кроме веры, надежды и любви в сердце. Ничего, кроме заветной цели, силы воли и безмерной отваги, сравниться с которой не смогут никакие зловредные козни мерзавцев и негодяев, посчитавших, что никто им не указ и сильнее их никого нет. Ошибка, колоссальная ошибка, но они ещё этого не знают. Придёт время, и уж оно точно покажет, кто действительно чего стоит.
Переход через уединённые перевалы Птичьего нагорья закалил всех троих, позволив им побыть наедине с собой и с миром. Принять и понять всю сложность их положения, всю печаль той ситуации, с которой они столкнулись. Почувствовать страх, смириться с ним, побороть его и прогнать из головы и сердца.
Нет ничего опаснее, чем заводить друзей и доверять кому-либо. Все, кто пожелает им помочь обречены на мучения или смерть. Уж их недруги об этом позаботятся. И самое ужасное, что нет точки в конце этой песни. Не написана последняя строчка, и голос не обрывается и всё поёт, словно лесные нимфы сейчас где-то рядом. Невозможно найти то место, где они будут теперь в безопасности.
Открыв ворота в Бьярмалан, братья запустили цепную реакцию, словно снежный ком. Как-будто со стороны наблюдаешь, как из снежинки рождается комочек, и он растёт набирая скорость и снося всё живое на своём пути, превращаясь в снежную лавину. И выход только один – уничтожить этот ком пока не поздно, ликвидировать угрозу, пока она не поглотила всё живое на своём пути.
Авенир, Эфрон и Яролика Феман к вечеру второго дня добрались до прямой дороги по покатому склону горы, огороженной нестройным редким забором с перилами. В конце её виднелись огни деревни рыбаков. Эта была Пельса, отдыхающая перед трудным новым днём. Рыбаки, их жёны и дети сейчас безмятежно засыпали, перед тем как снова десятки кораблей выйдут на большую воду для ловли рыбы и других морских обитателей.
Очередная яркая звезда вспыхнула на индиговом небе, указывая путь и маня за собой.
– Вега, – сказал вдруг Авенир, нарушив тишину, преследовавшую их последние несколько часов.
– Что? О чём ты, брат? – спросил Эфрон, а Яра лишь приподняла бровь.
–
Вега. Так я её назову, – проговорил Авенир и погладил сокола тыльной стороной ладони по белоснежно-пепельному оперению.
Глава 33. Пельса
Всадники въехали в деревню по главной дороге, осматривая вывески на домах в поисках места для ночлега. Найти постоялый двор не составило никакого труда. В той части города, где находились пристани, располагалась самая обыкновенная корчма. Именно там было самое оживлённое место в деревне в это время суток. Пьяные рыбаки нестройными голосами пели старые песни, а пиво лилось рекой. Стоял дружный гвалт и ни за одним столом не было спокойствия.
Войдя внутрь, путешественники протиснулись вдоль стены в дальний угол помещения. Найдя более-менее чистый стол, они расположились с удобством, и подозвали к себе хозяина заведения.
Заказав полноценный обильный ужин и питьё, у компании завязался разговор о перспективах и планах на будущее.
– Нам надо найти корабль, сделать это нужно быстро и скрытно.
– Само собой. Поэтому нужно что-то придумать с вашей внешностью и именами, – заявила Яра.
– Ага, а с тобой ничего делать не надо? И так никто не узнает?
– В этом нет смысла. Что вы предлагаете сделать с лошадьми? Продать? Ни за что. Надо действовать быстро, согласен, но прятаться не стоит. Достаточно умеренной осторожности при выборе новых знакомых, – отрезал Авенир, положив конец всем рассуждениям.
После сытного горячего ужина все трое отправились наверх, где их уже ждали шесть вёдер с водой, три с горячей и три с обычной, тёплой. Помывшись и приведя верхнюю одежду в порядок, братья отправились спать.
Яра осталась одна, но исключительно по собственному желанию. Она наполнила себе деревянную бадью чистой ещё горячей водой, вылив практически всё, что было. Сняв с себя верхнюю кожаную куртку и высокие сапоги на шнуровке, девушка с нескрываемым удовольствием потянулась, подняв руки вверх и запрокинув голову назад. После этого легкими пальцами расшнуровала бриджи из плотной шерстяной ткани и скинула их на пол, шагнув на носочках вперёд. На ней осталась только свободная длинная рубашка, мягкая и приятная для тела, но и она, будучи расшнурованной вскоре оказалась на полу.
Сделав ещё пару шагов, Яра погрузилась в приятную горячую воду, наполнявшую бадью
