телефону вы говорили, что удалось совершить какой-то прорыв.
Он сел в кресло и развел руками:
– В итоге все решилось довольно просто. Я погуглил и по запросу «Вайолет Скай» обнаружил статью из манчестерской газеты, датированную седьмым марта восемьдесят седьмого.
Он передал мне распечатку.
На прошлой неделе публика «Аметист Лаундж» имела возможность насладиться невероятным концертом двадцатидевятилетней мисс Вайолет Скай. Гости заведения пришли в восторг от восхитительного голоса новой звезды.
Мне удалось поговорить с артисткой, чье настоящее имя Вайолет Добс, перед ее выходом на сцену: «Моя мечта наконец сбылась. Это огромная честь – выходить на ту же сцену, что и признанные звезды эстрады, Лулу, Брюси, Дасти. Мне пришлось ущипнуть себя, чтобы поверить. Надеюсь оправдать доверие».
Должен признать, что волноваться Вайолет совершенно не о чем. Ее выступление оказалось поистине завораживающим, так что, предполагаю, эта певица обосновалась на сцене «Аметист Лаундж» всерьез и надолго».
Йен Черри, о событиях в городе.
К статье прилагалось фото. Мама сидела в своей гримерке, подняв бокал, словно только что произнесла тост.
Она выглядела такой счастливой и полной жизни, что слова застряли в горле. Глаза защипало от слез. Мистер Маггл запрыгнул ко мне на колени, и я потрепала его по голове.
– Вы в порядке, миссис Ричардс?
Я кивнула и осторожно спустила на пол рыжего пушистика. По щекам потекли слезы, но теперь у меня было достойное оправдание.
– Простите, у меня аллергия на кошек.
– О, напрасно вы не предупредили, очень жаль.
Детектив загнал своего питомца в дальнюю комнату и закрыл дверь, но заглушить его жалобное мяуканье было невозможно.
– Куда бы человек ни направлялся, следы всегда остаются. Даже если сильно постараться, вряд ли получится спрятаться так, чтобы никогда не нашли. Так что, когда я узнал настоящую фамилию, найти вас не составило труда.
Трудно было оторвать глаз от газетной статьи.
– Какой же она была красивой.
– Согласен. И, позвольте заметить, вы пошли в нее.
Мои щеки тут же залились краской.
– Хм… Надеюсь.
– В интернете есть сайт, посвященный старым временам в «Аметист Лаундж», со специальным разделом, где люди делятся воспоминаниями. Там нередко пишут о выступлениях вашей матери. Прочтите на досуге.
Я мысленно вернулась в тот год. Вайолет выступала всего пару месяцев, прежде чем уехать в отпуск.
– Спасибо, обязательно. Можно оставить эту распечатку себе?
– Конечно.
Я убрала листок в свою сумку, а детектив взял специальный штамп и приложил его к папке. На обложке появилась надпись «дело закрыто».
– Он принадлежал еще моему отцу, – улыбнулся мужчина. – Это, конечно, не очень современно, но, думаю, ему было бы приятно знать, что я до сих пор им пользуюсь.
– Я бы не сказала, что дело закрыто окончательно. Ведь мою маму пока так и не нашли.
– Наша задача состояла в том, чтобы найти вас, и она выполнена, – заключил Скотти, потирая подбородок.
В носу у меня снова защипало. Нужно поскорее выбираться из этого кошачьего царства. Поблагодарив детектива и пожелав ему всего наилучшего, я направилась к выходу, но на пороге остановилась.
– Скотти, хотели бы вы провести для меня еще одно расследование?
– Конечно. Я никогда не отказываюсь от работы.
– Мне нужно, чтобы вы нашли еще одного человека.
– Отлично. Как его зовут? – Он приготовился записывать.
На секунду в горле пересохло. Оказалось, челюсти стиснуты так сильно, что мне едва удалось раскрыть рот и произнести нужные слова.
– Его зовут Ларри Валентайн.
42
Оказавшись на улице, я наконец вспомнила, что обещала позвонить Тому.
– Я уж думала, ты совсем про меня забыла, – рассмеялся он в трубку.
– Прости, я опоздала на встречу. Так что тебе нужно?
– Как мило…
Я провела пальцем по волосам.
– Прости, не хотела показаться грубой. Только что встречалась с частным детективом, который разыскал меня. И чувствую себя немного… не знаю, обескураженной.
В памяти вдруг возникла сцена: мама терпеливо учит меня произносить это слово, которое, мне казалось, она сама же и выдумала. Мы хлопаем в ладони, отсчитывая слоги. О-бес-ку-ра-жен-ный. На последнем слоге она обычно нажимала на кончик моего носа. Подбородок задрожал, но Том, к счастью, этого видеть не мог. Я рассказала ему обо всех подробностях встречи и статье в «Вечерних новостях».
– Вау, просто невероятно. И что ты собираешься делать дальше?
Я сделала глубокий вдох.
– Лететь с Испанию.
– Одна? Когда?
– На следующей неделе.
Первый вопрос я предпочла оставить без внимания.
– Ты торопишься, да?
В этот самый момент бабушка находилась в своей палате, отгороженная от внешнего мира, который никогда больше не увидит.
– Я просто не знаю, сколько времени отпущено Бэрил.
Повисла пауза, перерастающая в гнетущую тишину, но я не знала, что еще добавить.
– Хочешь, я поеду с тобой?
– Ты?
– Чем ты так удивлена? Я прекрасно знаю, сколько мама значила для тебя, да и мне она очень нравилась.
Мое сердце едва не выскочило из груди. В витрине магазина виднелось мое отражение с раскрытым от изумления ртом. Кто-то едва не сбил меня с ног, и я принялась извиняться.
– Том, это было бы просто… Не могу поверить, что ты… О боже мой…
– В чем дело?
– Со мной едет Ральф, – выпалила я, сжав кулаки.
Черт, черт, черт.
– Твой бывший?
Том был искренне удивлен.
– Он сам вызвался. А мне как-то не пришло в голову, что можно попросить тебя слетать со мной. Это было бы намного лучше, учитывая, что ты, в отличие от него, знал мою маму.
– Не переживай, – вздохнул он. – Но, если я могу что-то еще для тебя сделать, только скажи.
– Вообще-то есть, – поспешно согласилась я, опасаясь, что Том успеет повесить трубку. – Что ты делаешь завтра вечером?
Когда я вошла в палату, Шарлот сидела у бабушкиной постели.
– Как она?
Неизменно оптимистичная медсестра сегодня казалась немного подавленной.
– Не очень. Не стала звонить вам, зная, что вы все равно вечером придете.
– Шарлот, – хрипло проворчала бабушка. – Я в полном порядке, не надо волновать мою внучку, – она шарила рукой в поисках пульта от кровати.
Медсестра нажала кнопку, и Бэрил выросла передо мной, словно феникс, воскресший из пепла.
– Ты уже нашла мою Вайолет?
– Стараюсь. Купила билет на самолет на следующую неделю. Ральф вызвался лететь со мной.
– Кто такой Ральф?
Сначала я решила, что бабушка шутит. Она часто говорила, что мой муж умер для нее после всего, что он натворил. Но в этот раз все было по-другому. Похоже, она действительно ждала моего ответа.
– Ба, ты помнишь Тома?
Я кивнула старому другу, и он вошел в палату. Бэрил тут же оживилась.
– Том Маршалл! Этого красавца я буду помнить до конца жизни… который, впрочем, уже недалек.
– Я так рад снова вас видеть, миссис Добс, – он шагнул ближе. – Сколько лет, сколько зим.
– Эй, что это еще за миссис Добс? Я чувствую себя старухой, а мне меж тем всего девяносто один. Зови меня Бэрил.
– Я пока пойду, – объявила Шарлот, поднимаясь. – Чуть позже вернусь с лекарствами.
– Иди сюда, мальчик, – бабуля позвала Тома. – Хочу тебя рассмотреть как следует.
Он подался вперед, и старушка взяла его за подбородок, медленно повернула вправо и влево, разглядывая, словно лошадь
